Гороскоп. Гадания. Предсказания. Календарь. Праздники

Образ страны в культуре, образовании, науке. Государственная политика в области культуры и искусства

Вконтакте

Одноклассники

В статье мы кратко рассмотрим понятие и сущность культурной политики, ее формирование, развитие, направления, цели, задачи, возможности, проблемы и основные принципы.

В современном обществе создана и функционирует сложная, высокоразвитая система духовного производства , которая обеспечивает производство, распространение и потребление культурных ценностей, их хранение и передачу. Она оказывает воздействие на производственную, экономическую, социальную и политическую сферы человеческой жизни, находясь, в свою очередь, под их влиянием. Практическая значимость системы духовного производства для современного общества проявляется в том, что во всех странах современного мира государство управляет культурными процессами , как с помощью соответствующего законодательства, так и посредством использования финансово-экономических, административных и политических средств.

В современных странах существуют законы, регламентирующие деятельность системы образования и науки, работу средств массовой информации, охрану культурного наследия, охрану авторских прав как в сфере научно-технического, так и художественного творчества. Законодательно регламентируются право отдельного человека и групп людей на удовлетворение их культурных потребностей. Развитые государства ежегодно направляют значительную часть средств государственного бюджета на финансирование образования, науки, проектно-конструкторских исследований, на поддержание государственных учреждений культуры (музеев, театров, архивов, библиотек, хранилищ кинофотоматериалов, консерваторий и концертных залов и т. д.), охрану и реставрацию памятников культуры.

В XX столетии как никогда прежде выявился огромный инновационный потенциал культуры, способной коренным образом изменять людей. В первую очередь это связано с . По оценке специалистов, современный приводит к тому, что каждые 5-6 лет происходит смена поколений техники. Это значит, что соответствующим образом должны измениться профессиональные знания и навыки людей, их образ жизни, потребности. Вместе с тем, выяснилась и огромная опасность стихийного , использования достижений человеческого творчества в узкокорыстрых интересах, для создания новых инструментов и форм подавления и угнетения человека. Поэтому одной из важных задач специалистов в области культуры, широкой общественности, руководителей государства является выработка и проведение продуманной культурной политики, т. е. политики в сфере культуры, определяющей цели и стратегию культурного развития, основные принципы, методы и средства регулирования культурных процессов в современном обществе .

Определяющую роль в выработке современной культурной политики играет ЮНЕСКО — Организация Объединенных Наций по вопросам образования и культуры . На Всемирной конференции по политике в области культуры, которую ЮНЕСКО провела в Мексике 26 июля—6 августа 1982 года, была принята Декларация Мехико по политике в области культуры , сформулировавшая концепцию и основные принципы современной культурной политики.

ЮНЕСКО при определении принципов культурной политики исходит из широкого понимания культуры как совокупности «ярко выраженных черт, духовных и материальных, интеллектуальных и эмоциональных, характеризующих общество или социальную группу» . Культура в таком понимании включает в себя, «помимо искусства и литературы, образы жизни человека, основные права человека, системы ценностей, традиции и веры» .

Одним из основополагающих принципов культурной политики является принцип единства и многообразия культуры . Этот принцип означает, что, во-первых, мировая культура представляет собой результат культурного творчества всех народов, составляющих культуры. В частности, в число таких памятников включен Софийский собор в Киеве. На его реставрацию ЮНЕСКО выделяла специальные средства. В-третьих, сохранение и утверждение культуры каждого народа не означает культурной самоизоляции. «Культурная самобытность народов обновляется и обогащается в результате контактов с традициями и ценностями других народов. Культура — это диалог, обмен мнениями и опытом, постижение ценностей и традиций других; в изоляции она увядает и погибает» — говорится в Декларации Мехико.

Следующий принцип культурной политики — это принцип культурного измерения развития человечества . Суть этого принципа заключается в том, что любые программы развития человеческого общества — экономические, социальные, политические, научно-технические — должны включать в себя в качестве составной части и в качестве критерия необходимости подобных программ, культурный аспект . Нельзя забывать, что человек — это начало и конечная цель развития. Цель развития — не рост производства, доходов и потребления самих по себе, а их влияние на возможности развития и совершенствования человека, на более полное удовлетворение его духовных запросов. Необходимо гуманизировать развитие человечества, придать планам и стратегиям развития общества сбалансированный характер.

Одним из важнейших принципов культурной политики, провозглашенных в Декларации Мехико, является принцип культурной демократии . В его основе лежит понимание того, что культура создается обществом и поэтому принадлежит всему обществу; создание культуры и пользование ее благами не должны быть привилегией . Декларация Мехико подчеркивает: «Культурная демократия основывается на максимально широком участии человека и общества в производстве продуктов культуры, в процессе принятия решений, затрагивающих культурную жизнь, в распространении и использовании культуры» .

Культурная демократия несовместима с дискриминацией, с попытками ограничить участие людей в создании, распространении и пользовании культурой на основании их социального положения и происхождения, пола, языка, национальности, религиозных убеждений, принадлежности к этническим группам. Культурная демократия предполагает географическую и административную децентрализацию культурной жизни, более равномерное распределение культурных центров по территории страны, приближение их к нуждам и потребностям населения конкретных регионов, определение культурных планов и программ в ходе диалога власти и граждан.

Развитие культуры любого народа и любой страны в современном мире не может происходить вне рамок международного сотрудничества. Международное культурное сотрудничество как принцип культурной политики должно способствовать взаимопониманию народов, созданию в их отношениях атмосферы уважения, доверия, диалога, мира. Международное культурное сотрудничество и внешняя культурная политика должны основываться на уважении достоинства и ценности каждой культуры, на отказе от попыток установления каких-либо форм неравенства, подчинения или замены одной культуры другой, на равновесии в культурных обменах.

В Декларации Мехико также было уделено особое внимание проблемам взаимоотношений культуры с современными средствами массовой информации и коммуникации, а также с индустрией культуры, продукцией которой является (популярная музыка, кино, мода и т.п.). Современные средства массовой коммуникации формируют образ мира, в котором мы живем. И этот образ может быть как правдивым, так и ложным, как многосторонним, так и весьма однобоким. Многое здесь определяется тем, кто создает информационный образ и откуда исходят информационные потоки.

К началу 80-х годов ХХ века четыре крупнейших информационных агентства (Франс Пресс, Рейтер и два американские — Асошиейтед Проесс и Юнайтед Пресс Интернешнл) собирали, обрабатывали и распространяли 80% информации, предназначенной для читателей газет во всем мире. Сегодня, по оценкам специалистов, почти 90% центров производства и распространения информации в сети Интернет находятся в США. Такая концентрация центров производства и распространения информации сама по себе, даже независимо от чьей-либо воли, уже создает предпосылки для возникновения несбалансированности информационных потоков, затрудняет культурам многих народов доступ к мировому информационному пространству.

Сложной проблемой современной мировой культуры является индустрия культуры и ее продукция — . Даже независимо от наших оценок эстетических и моральных ценностей, пропагандируемых массовой культурой, совершенно очевидным является ее унифицирующее воздействие на умы и вкусы людей, размывание национальных культурных традиций, весьма агрессивное поведение в информационном пространстве, в котором ею завоевана огромная часть, совершенно несоразмерная с тем содержанием, которое она несет.

Заслугой Всемирной конференции по политике в области культуры, которая была проведена ЮНЕСКО в Мексике, явилось то, что она определила основы и сформулировала главные принципы культурной политики, привлекла внимание международной общественности к сложным проблемам мирового культурного развития и призвала к поиску решений.

Истекшие десятилетия показали, что основные ориентиры культурной политики в Декларации Мехико были определены верно. Вместе с тем, время выдвинуло и новые проблемы культурной политики, которые обсуждались на целом ряде международных форумов и нашли отражение в таких документах, как «Декларация конференции министров культуры Движения неприсоединения» (Колумбия, 1997), «Заключение Панафриканской консультации по культурной политике для развития» (Того, 1998), Хартия «Про культуру», принятая конференцией, проводившейся Советом Европы в 1997 году. ЮНЕСКО в 1998 году в Стокгольме провела межгосударственную конференцию, на которой был принят «План действий по культурной политике для развития».

«План действий» подтверждает основные принципы культурной политики, сформулированные в Декларации Мехико, но, вместе с тем, он выдвигает и некоторые новые проблемы культурной политики. Конец ХХ века оказался омраченным чередой гражданских конфликтов в целом ряде африканских и азиатских государств, на Балканах и Кавказе, одним из источников которых стала культурная нетерпимость, столкновение людей на почве различий их религиозных убеждений, языка, этнической и национальной принадлежности. Эти события показали, что настоятельной потребностью культурной политики стала задача развития и поощрения культуры мира . Существенными компонентами этой культуры мира является развитие толерантного отношения к носителям другой культуры и межкультурного диалога.

На национальном уровне «План действий» рекомендует проводить такую культурную политику, которая «стремится создавать ощущение нации как многоликого сообщества в пределах структуры национального единства — сообщества, воплощенного в ценностях, которые могут разделяться всеми мужчинами и женщинами и давать доступ, пространство и голос всем его членам» . Многие современные государства сталкиваются с внутренними противоречиями между отдельными группами своего населения и для их преодоления стремятся проводить политику социальной интеграции (объединения). В связи с этим, «План действий» при реализации культурной политики, направленной на улучшение социальной интеграции, рекомендует уделять особое внимание обеспечению более широкого доступа к культуре всех секторов населения страны.

Основные проблемы и принципы государственной культурной политики, которые коротко были рассмотрены в данном разделе, то внимание, которое им уделяет международное сообщество, — все это демонстрирует насколько важное место в жизни современного общества и человека занимает культура. Знание культуры собственного народа и мировой культуры способствует духовному развитию человека, обогащению его духовного мира. Знание и понимание культур других народов, уважение их достоинства и умение достойно представить культуру собственного народа — отличительные черты современного по-настоящему культурного человека.

Использованная литература:

1.Культурология в вопросах и ответах. Методическое пособие для подготовки к зачетам и экзаменам по курсу «Украинская и зарубежная культура» для студентов всех специальностей и форм обучения. / Отв. Редактор Рагозин Н. П. – Донецк, 2008, - 170 с.

Глава I. Культурная политика как проблема культурологической теории.

1.1. Понятие «культурная политика».

1.2. «Ограниченная» и «всеобъемлющая» культурная политика.

Глава II. Культурная политика в образовательной сфере,.

2.1. Социокультурные основы формирования политики в культуре и образовании.

2.2. Образование в контексте изменения доминантных значений современной культуры.

Глава III. Становление и развитие образовательной политики в России.

3.1. Государство и становление института образования в России.

3.2. Негосударственное образование: возможности будущего.

Введение диссертации2001 год, автореферат по культурологии, Нестеров, Георгий Георгиевич

Актуальность исследования. Культурная политика в современную эпоху - «ахиллесова пята» социальной сферы не только в России, но и в мире в целом. Гуманитарная мысль и реальная практическая деятельность явно не соответствуют бурным парадигмальным изменениям в обществе, культуре, образовании. Кризис классической политики в сфере образования привёл как к пандемии утилитаризма, презрительного отношения к общекультурной составляющей обучения, так и к постмодернистскому проекту «антипедагогики», отрицающему саму необходимость культурной политики. Само словосочетание «культурная политика» представляется противоречивым «кентавром», сочетанием несочитаемого, ибо культура - это сфера свободы духа, а политика - это власть, господство одних над другими, принуждение и регламентация.

Постмодернистская критика основывается и на исторических уроках полностью дискредитировавших себя в XX веке тоталитарных политических режимов, исходящих из представления, что сферой культуры можно управлять так же, как заводом или воинской частью. Возрастание в современном мире неинституциональных, андеграундных, «криптоционных» социокультурных форм, казалось бы, приводит нас к выводу об абсолютно стихийном развитии культуры.

На этом фоне разворачивается глобальный кризис образования: несмотря на пришествие новых информационных технологий обучения, рост статуса «символического капитала», возникновения мощных систем негосударственного обучения, мировой корабль образования несётся неизвестно куда, без «руля и ветрил».

Однако, определение целей, характера, направленности, способов реализации образовательной политики возможно только в рамках культурной политики, специфическим, соответствующим данному историческому периоду, образом воздействующим на культурную жизнь общества. Только на этой основе возможно дать прогностические характеристики в образовательной сфере и образовательной политике, выстроить сбалансированную систему государственного и негосударственного образования.

Степень разработанности проблемы. В связи с разрушением советской системы культуры проблемы культурно-образовательной политики стали активно обсуждаться как во властных структурах, так и на научных конференциях, в многочисленных работах учёных и практиков. Большинство специалистов в данной области склоняется к мысли о необходимости активизации государственной федеральной культурной политики, различными же остаются точки зрения на её приоритеты и определение её сущности (И.И.Горлова, С.С.Загребин, В.К Королёв, Б.Н.Топорнин, В.Н.Коновалов и др.).

Ряд авторов определяют культурную политику через её «ведомственную» принадлежность к Министерству культуры (З.Д.Ильина). Зачастую культурная политика, осмысляясь в рамках ведомственных ограничений, отождествляется с понятиями «художественная деятельность», «искусство» (см., например, план Государственной комиссии по проведению «Года поддержки культуры» в 2000г.).

Если ограничить предметную сферу культурной политики зримыми формами её существования, то проблема её определения переводится на уровень описания и перечисления. Недаром признанный специалист в данной области И.И.Горлова отмечает, что многие специалисты ограничивают данный феномен экономическими проблемами, связанными с финансированием, налоговым, юридическим статусом и т.д. учреждений культуры.

Другая позиция представлена философами и культурологами, опирающимися на более широкое понимание культуры, в частности, на утвердившийся в отечественной гуманитаристике деятельностный подход (В.Е.Давидович, Г.В.Драч, Ю.А.Жданов, Э.С.Маркарян). Культурная политика в данном контексте включает в себя целесообразную, комплексную систему практических мероприятий, регулируемых государством, общественными организациями, предпринимательскими структурами и т.д. и направленных на сохранение, развитие и приумножение культуры общества (Б.С.Ерасов, А.М.Кравченко, С.П.Мамонтов, А.А.Оганов, И.Г.Хангельдиева и др.).

Особое значение для настоящего исследования имеют классические и современные работы, посвященные роли государства как института культуры. Разброс мнений здесь очень велик - от сугубо позитивных до резко негативных его оценок (Платон, Гегель, Л.Н.Толстой, Ортега-и-Гассет, Вл.Соловьёв, Н.А.Бердяев, И.А.Ильин и др.). Проблемам взаимоотношения власти и культуры посвящены интересные работы Дж.Бренкмана, Ш.Плаггенборга, В.Л.Тамбовцевой, А.В.Фалина, Э.Шапиро и др.

Последнее десятилетие российской истории образования прошло под знаком кризиса, многочисленных попыток реформирования и выработки более-менее последовательной политики государства в данной области. В рамках философии, социологии образования, педагогики с различных сторон пытаются осмыслить исследуемый нами феномен, и сам термин «образовательная политика» прочно укоренился в научной лексике наряду с понятиями «экономическая политика», «научная политика», «социальная политика» и др. В русле данной проблематики изучаются сравнительные характеристики систем управления образованием в различных странах, отношение государства к частным учебным заведениям, смена образовательной парадигмы, возможные модели будущего развития школы, перспективы негосударственного обучения, непрерывного образования и т.д. (А.И.Галаган, С.Карстен, Е.Д.Киреева, О.В.Крухмалёва, Ю.А.Огородников, Н.П.Пищулин, С.В.Резванов, В.М.Филиппов, В.Г.Харчев и др). Автор опирался также на классические работы, посвященные выявлению социокультурной сущности и предпосылок формирования образовательной политики (Э.Дюркгейм, Г.Лебон, Ю.М.Лотман, П.Н.Милюков, М.Фуко, А.С.Хомяков). С культурологически-философской точки зрения вряд ли обоснованной выглядит точка зрения, согласно которой современная школа не есть культурное достояние нации и представляет собой глобальный, унифицированный механизм (К.Абик).

Для объективной оценки и сравнительного культурологического анализа культурной политики в России на разных этапах её развития большое значение имеют как документальные источники (тексты законов, отчётов, справочников), так и работы отдельных авторов по вопросам совершенствования и реформирования российской системы народного просвещения (С.Анциферов, С.А.Галин, Э.К.Данини, Э.Демолен, Ф.Ф.Королёв, Н.А.Корф, В.Чарнолусский и др.).

Таким образом, анализ существующей литературы по заявленной теме диссертационного исследования показывает, что возникла настоятельная потребность исследовать образовательную политику в контексте общекультурной политики с точки зрения теории культуры как генерализирующей науки, позволяющей органическим образом показать единство и различие данных феноменов.

Теоретико-методологические основы исследования. Диссертационная работа основывается на содержательном сочетании философских и социокультурных методов изучения социальных феноменов и процессов. Междисциплинарный характер исследования определяет роль теории культуры как генерализирующей отрасли науки по проблематике диссертации.

Синтетическое видение проблемы связано с использованием теоретических достижений деятельностной школы в отечественной культурологии, что не отрицает опоры и на некоторые элементы аксиологического подхода В диссертации мы опираемся на теоретические разработки основного понятия -«культурная политика» - в рамках деятельностной концепции культуры (см. . Маркарян Э.С. Теория культуры и современная наука.-М.: Мысль, 1983; Волков В.В. О концепции практики в социальных науках// Социс-1997-№6; Brenkman J. Culture domination.- Ithaca, London: Comet) Univ. Press, 1987; Iliaпиро Э., Бренкман Дж Культура и власть//Общие проблемы культуры и искусства. - М. Информкультура, 1989; Человек в мире художественной культуры. Приобщение к искусству: процесс и управление.-М., 1982; Фалин А. В. Культурная политика в зеркале социально-политического анализа// Некоторые проблемы современной культуры.-М.,1987; Тамбовцева В.Л. Субъекты и объекты культурной политики// Организационно-экономические преобразования в сфере культуры: проблемы и перспективы - М„ 1990; Культурология. Под ред Драча Г.В. Ростов н/Д., 1998).

В ходе исследования был также использован ряд теоретических концептов, сформировавшихся в современном гуманитарном знании.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования выступает культурная политика (в основном государства) как система мер, направленных на сохранение, развитие и приумножение культуры.

Предметом исследования является образовательная политика как органическая часть общекультурной политики.

Цель и задачи исследования. Основная цель диссертационной работы заключается в культурологически-философском определении сущности культурной политики, проявляющейся в специфических формах политики в сфере образования. Данная цель конкретизируется в следующих задачах: показать недостаточность «ведомственного» и утилитаристского подходов к культуре и образованию; используя методологический аппарат теории культуры и деятель-ностный подход в культурологии, эксплицировать сущность культурной политики; выявить специфику регулирования культурной жизни; рассмотреть характер образовательной политики в зависимости от ценностных ориентаций общекультурной политики; провести сравнительный анализ российских образовательных политик в ходе исторического развития страны; выявить перспективы развития негосударственного сектора образования.

Научная новизна диссертации определяется следующими положениями:

Определена сущность культурной политики (в рамках теории культуры) как системной целостности духовно-нравственных целей, сознательно реализуемых во всей сфере организационно-управленческой деятельности общества;

Исследована «криптоционная» составляющая результатов регулирования культурной жизни;

Осуществлён сравнительный анализ «ограниченной» и «всеобъемлющей» культурных политик, базирующихся на разных социальных и гносеологических установках;

Изучены социокультурные основы формирования и историческая динамика образовательной политики в контексте доминирования различных систем ценностных ориентаций в общекультурной политике;

Выделены базовые системосозидающие культурные элементы в российской государственной образовательной политике.

Тезисы, выносимые на защиту.

1. В отличие от экономического, политологического, социологического и других подходов, в теории культуры культурную политику следует определить как системную целостность духовно-нравственных целей, идей и установок, реализуемых в организационно-управленческой деятельности государства, его законодательных и исполнительных органов и других субъектов культурной политики (церкви, института предпринимательства, общественных организаций и т.д.).

2. Культурная политика носит осознанный, целенаправленный характер и существует в обществе, которое в той или иной степени занимается регулированием культурной жизни страны. Однако процесс реализации управленческой деятельности в сфере культуры в значительной степени носит «зашифрованный» характер, что связано с объективацией его результатов не только в материальной сфере, но и в изменении ценностных, ментальных установок людей; высоким уровнем «криптокультурности» самой социальной системы, связанной как с экзистенциальной данностью бытия индивида, так и с существованием нерационализируемого мира повседневности; принципиальной непредсказуемостью, невозможностью прогнозирования, социальной верификации культуротворчества.

3. «Ограниченная» и «всеобъемлющая» культурная политика основывается на различном понимании того, что есть культура. Первая осмысляется в рамках ведомственных ограничений и отождествляется с управлением в сфере духовного производства, прежде всего в искусстве. Вторая базируется на деятельностной концепции культуры и носит системный, затрагивающий все функциональные подсистемы общества, характер и сопровождается структурной перестройкой социокультурных механизмов её реализации.

4. Важнейшим элементом культурной политики государства выступает образовательная политика, связанная с решением задач социализации и ин-культурации личности; введением человека в мир социума, его специализированным обучением в рамках осваиваемой функциональной социальной и профессиональной роли; трансляцией из «прошлого» в «будущее» данной социокультурной целостности. Образовательная политика государства, несмотря на происходящие в современном мире глобализации процессы,возникает на основе специфических культурных, национально-психологических, политических и других предпосылок. Формируясь в «теле культуры», она, в свою очередь, оказывает мощное влияние на социум.

5. «Сверхорганизованность» государственной культурной политики послужила одной из причин кризиса традиционной системы образования, что привело не только к развитию рынка образовательных услуг, созданию параллельных негосударственных образовательных структур, «непрерывного образования для взрослых», но и к постмодернистскому «антипедагогическому» проекту, определяющему государство лишь в качестве репрессивного механизма в сфере обучения.

Постмодернистская и «сверхлиберальная», утилитаристская смена доминантных значений современной культуры «дерепрезентирует» в культурном смысле государственную образовательную политику, утверждающую целостность «срединной» культуры общества, и ведёт к фрагментации человеческого сообщества, дезинтеграции социального поведения и целостности духовного развития. 6. Теоретико-культурный анализ позволяет выявить сходные системосози-дающие элементы, базовые ценностные регулятивы российской культурной политики в области образования дореволюционного (XIX -начала XX в.в) и Советского государств, представленные в деятельности властных институтов на различных этапах исторического развития, а именно: дуализм, духовность, репрессивность, патриотический прагматизм, консерватизм, интегративность.

Традиционно в России настороженно относились к негосударственному, «вольному» сектору образования, и его социокультурный потенциал в настоящее время раскрыт далеко не полностью. Данное обстоятельство связано как с особенностями государственной политики в этой сфере, так и со спецификой российской ментальности.

Научно-практическая значимость исследования. Результаты диссер-тационой работы позволяют углубить теоретические представления в области философии, культурологии, педагогики, связанные с изучением общих проблем социокультурной динамики, деятельности различных институтов культуры (в первую очередь, государства и образования), нахождения путей формирования новой образовательной парадигмы. Полученные результаты можно использовать в преподавании общих и специальных курсов по культурологии, философии и педагогике; имеют они значение для практической деятельности политиков и управленцев.

Апробация работы. Результаты диссертационного исследования докладывались и обсуждались на четырёх межвузовских научно-практических конференциях Юга России «Перспективы высшей школы в негосударственном секторе образования (Ростов н/Дону, 1998, 1999, 2000, 2001г.г.), на Всероссийской научной конференции «Преподавание сравнительной политологии и мировой политики в вузах России» (Новороссийск, 2000).

1. Нестеров Г.Г. Введение; Реструктурирование системы обучения иностранным языкам в общеобразовательной школе// Перспективы высшей школы в негосударственном секторе образования. Ростов н/Дону, 1998. (8 стр.).

2. Нестеров Г.Г. Негосударственное образовательное учреждение в условиях неостойчивой системы образования// Перспективы высшей школы в негосударственном секторе образования. (Тезисы докладов). Ростов н/Дону, 1999. (4 стр.).

3. Нестеров Г.Г. Возможности будущего (опыт сравнительной характеристики образования в России и за рубежом)//Преподавание сравнительной политологии и мировой политики в вузах России: Материалы Всероссийской научной конференции. Новороссийск, 2000. (3 стр.).

Заключение научной работыдиссертация на тему "Культурная политика как фактор развития образования"

Заключение.

В ходе диссертационного исследования мы пришли к идее необходимости формирования сознательно определяемой и реализуемой системы практических мер культурной политики, понимаемой в широком смысле этого слова - как определённой целостности духовно-нравственных целей, идей и установок, пронизывающих собой деятельность субъектов управления в обществе как в материальной, так и в духовной сферах. Осознанная и целенаправленная реализация образовательной политики возможна прежде всего в рамках «всеобъемлющей» культурной политики (в первую очередь - государства), задающей доминантные ценностные значения, приоритеты для развития образования. При этом различные «области значений» лидирующих в данный исторический момент форм общественного сознания инкорпорируются - через механизмы функционирования и трансляции общекультурной политики - в «тело» образовательной политики (так становится возможным её тотальная политизация).

Несмотря на то, что в современном мире культурная политика во многих странах переориентируется с моделей ассимиляции (господства культурного «большинства», нивелирования и приведения к единому знаменателю «меньшинства») на мультикультурную модель (учитывающую значимость отдельных локальных и этнических культур), политика в образовании должна носить целостный, направленный на сохранение и развитие ценностного «ядра» культуры, характер. Ориентация образования на сугубо утилитарную систему ценностей «успеха», ведёт к тому, что возникает и продолжает углубляться разрыв между социальным и культурным (анализ Э. Фроммом «больного» общества в этом смысле и сейчас остаётся актуальным). Подобная модель образовательного процесса приводит к тому, что в массовых масштабах тиражируется специалист утилитаристски-технологического типа, для которого «жизненный мир» человека, традиции, индивидуальность воспринимается как нечто примитивное и не имеющее прав на существование.

Только разумно сбалансированная, единая во всех своих различиях и специфике культурная политика государства, церкви, общественных организаций предпринимательских объединений и т.д. позволит выстроить образовательную парадигму XXI века.

В настоящее время в России необходима продуманная и целенаправленная государственная политика в области образования, связанная с выделением и достижением конкретных стратегических целей. Создание такой государственной программы должно основываться на понимании культурной политики как «всеобъемлющей».

Список научной литературыНестеров, Георгий Георгиевич, диссертация по теме "Теория и история культуры"

1. Антология культурологической мысли. М., 1996.

2. Арон Р. Демократия и тоталитаризм. М., 1993.

3. Батищев Г. Активность? // Журнал "Шахар", №1, 1993.

4. Белявский М.Т. Основание Академии наук в России//Вопросы истории. 1974. №5.

5. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. М., 1995.

6. Бердяев H.A. Философия неравенства. М., 1990.

7. Борцов Ю.С. Образование в век информации: человек и новые информационные технологии обучения. М., 1997.

8. Боффа Джузеппе. История Советского Союза. Т.2. М., 1990.

9. Веселова В.В. Традиционные и новые ценности в системе образования США//Педагогика. 1996. № 2.

10. Веселовский Б. История земств. В 4-х томах. СПб., 1909-1911.

11. Вессель Н.Х. Наша средняя общеобразовательная школа. СПб., 1903.

12. Волков В.В. О концепции практики в социальных науках// Со-цис.1997.№6.

13. Всеобщее обучение. Сборник законов и правительственных распоряжений. В 3-х томах. СПб., 1913-1916.

14. Всеподданнейшие отчеты Министра Народного Просвещения за 19001914 годы. СПб.-Пг., 1903-1916.

15. Галаган А.И. Сравнительная характеристика систем управления высшим образованием в России и некоторых зарубежных странах//Социально-гуманитарные знания. 1999. № 6.

16. Галин С.А. Исторический опыт культурного строительства в первые годы Советской власти (1917-1925). -М., 1990.

17. Гачев Г. Жизнь художественного сознания. М., 1972. 4.1.

18. Горлова И. И. Культурная политика. Краснодар, 1997.

19. Гронский И.М. К истории партийной политики в области литерату-ры//Вопросы литературы. 1989. № 2.

20. Гулыга А. Искусство без морали//Искусство нравственное и безнравственное. М., 1969

21. Данини Э.К. Средняя, школа, ее настроения и нужды // Вестник Знания. СПб., 1906. - № з. - С. 385-393.

22. Демолен Э. Новое воспитание. М., 1900.

23. Долматовский Ю.А. Автомобиль за сто лет. М., 1986.

24. Друкер П.Ф. Новые реальности. М., 1994.

25. Дюркгейм Э. Педагогика и социология//Дюркгейм Э. Социология. Её предмет, метод, предназначение. М., 1995.

26. Ерасов Б. С. Социальная культурология. 4.1. М., 1994.

27. Жорес Жан. Социалистическая история французской революции. Т.т.5,6. М., 1983.

28. Загребин С.С. Культурная политика государства и её реализация на Урале в 1900-1940г.г. Автореферат дисс. на соиск. уч. степени доктора ис-тор. наук. Екатеринбург, 1999.

29. Задача и устройство средней школы. (Три доклада Ганса Корнелиуса, Эрнста Рейзингера и Георга Керменштейнера). СПб., 1911.

30. Звягинцев Е.А. Полвека земской деятельности по народному образованию. М., 1917.

31. Ильин И.А. Путь к очевидности. М., 1993.

32. Ильина Н. Мои продолжительные уроки//Погружение в трясину (Анатомия застоя). М., 1991.

33. Ильина З.Д. Культурная политика и духовная жизнь горожан во второй половине 70-80-хг.г. (на материале Центрально-Черноземного региона РСРФР). Автореф. на соискание уч. степени доктора истор. наук. М., 1999.Искусство и рынок. М., 1996.

34. Каминец А. В. Культурная политика и современная социокультурная ситуация//Ориентиры культурной политики. М., 1994.

35. Киященко Н. И. Политические аспекты самоорганизации в культу-ре//Теоретические основы культурной политики. М., 1993.

36. Киреева Е.Д. Состояние частного образования в различных странах ми-ра//Психология и социология образования. Труды СГУ. Вып. 17. М., 2000. С.130-138.

37. Ключевский В.О. Специальные курсы//Ключевский В.О. Соч. в 9-ти т.т. Т.6.М., 1989.

38. Коновалов В.Н. Экономика и политика. Ростов н/Д., 1995.

39. Королёв В.К. Экономика как феномен культуры. Ростов н/Д., 1999.

40. Королёв В.К. К вопросу о региональной культурной политике.//Политическая деятельность: организация и управление социальными процессами. Минск, 1991.

41. Косторнова Л.А. Культура управления как проблема философско-антропологического исследования. Дисс. на соиск. уч. степени канд. философских наук. Ростов н/Д, 2001.

42. Ф.Ф.Королев "Очерки по истории советской школы и педагогики. 19171920". -М., 1958.

43. Кравченко А.И. Культурология. М., 2000

44. Краткий исторический обзор хода работ по реформе средней школы Министерства Народного Просвещения с 1871 г. Пг., 1915.

45. Крухмалёва О.В. Современные тенденции в получении образовательных услуг// Социс. 2001. № 9.

46. Кузьменко Д.П. Сборник постановлений и распоряжений по реальным училищам Министерства Народного Просвещения за 1875-1909 гг. М., 1910.

47. Культура в общественной системе социализма: (Теоретические и методологические проблемы). М., 1984;

48. Культура в советском обществе: Проблемы и перспективы развития. -М„ 1988.

49. Культурная политика России. История и современность Два взгляда на одну проблему. М.: Либерея, 1998.

50. Культурология. Под ред Драча Г.В. Ростов н/Д., 1998.

51. Лебон Г. Психология социализма. СПб., 1995.

52. Ленин В.И. О государстве//Ленин В.И.Полн. собр. Соч. Т.39.

53. Лотман Ю.Н. Беседы о русской культуре: Быт и традиции русского дворянства (XVIII начало XIX века). СПб., 1994.

54. Мамонтов С.П. Основы культурологии. М., 2001.

55. Маркарян Э.С. Теория культуры и современная наука: (логико-методологический анализ). М. 1983.

56. Маффесоли М. Околдованность мира или божественное социаль-ное//Социо-логос. Вып 1. М., 1991.

57. Милюков П.Н. Очерки по истории русской культуры. В 3-х т т. Т.2. 4.2. М., 1994.

58. Мунье Э.Персонализм // Французская философия и эстетика XX века. -М.: Искусство, 1995.

59. Народное образование в СССР. Общеобразовательная школа. Сборник документов. 1917-1973 гг. М., 1974.

60. Негосударственное образование в России. Материалы научно-практической конференции 22-23 аир. 1996 г. Новосибирск, 1996.

61. Неизвестный Э. Кентавр: Э.Неизвестный об искусстве, литературе и философии. М., 1992.

62. Обзор деятельности Министерства Народного Просвещения за время царствования Императора Александра III (со 2 Марта 1881 года по 20 Октября 1894 года). СПб., 1902.

63. Образование в Ростовской области. Официальный справочно-информационный бюллетень МО Ростовской области. Ростов-на-Дону, 1999.

64. О введении всеобщего начального обучения в Российской Империи. -СПб., 1906.

65. Оганов A.A., Хангельдиева И.Г. Теория культуры. М., 2001.

66. Огурцов А.П. Постмодернистский образ человека и педагоги-ка//Человек. 2001. № 3-4.

67. Ортега-и-Гассет. X. Эстетика. Философия культуры. М., 1991.

68. Очерки истории школы и педагогической мысли народов СССР. Конец XIX начало XX в. - М., 1991.

69. Очерки истории школы и педагогической мысли народов СССР. (19171941 гг.),- М, 1980.

70. Павленко Н.И. Пётр Первый. М., 1975.

71. Петрова Т.Э. Российское студенчество и высшее образование. М., 1995.

72. Пинский А., Семёнов А. Не пути к современной Российской школе // Проблемы школы. Сб.№1. - М.,1999,- С.63.

73. Пищулин Н.П., Огородников Ю.А. Философия образования. М.,1999.

74. Плаггенборг Ш. Революция и культура: Культурные ориентиры в период между Октябрьской революцией и эпохой сталинизма. Пер. с нем. -СПб.: Журнал "Нева", 2000. 416 с.

75. Проект реформы средней школы // Доклад совещания, образованного Государственной Думой для разработки проекта реформы средней школы. -СПб.,1912.

76. Пругавин A.C. Законы и справочные сведения по начальному народному образованию СПб., 1904.

77. Пуховская Н.Е.Формирование и реализация культурной политики в третьем рейхе. Автореферат дисс. на соискание уч. Степени канд. истор. наук. Р/Д., 1999.

78. Резванов С.В. Исторические превращения сознания и субъект образовательной деятельности.//Образование в Ростовской области. Ростов-на-Дону, 1998.

79. Рейснер М.А. Общественное благо и абсолютное государство//Вестник права. 1902. № 9-10.

80. Свод законов, циркуляров и справочных сведений по народному образованию в переходный период. Составлен В.И.Чарнолуским. СПб., 1908.

81. Советская культура в реконструктивный период. 1928-1941.-М., 1988.

82. Соловьёв С.М. История России с древнейших времён. Кн.9//Соловьёв С.М. Соч. В 18кн. М., 1993.

83. Соловьёв B.C. Сочинения: В 2т.т. М., 1990. Т.1.

84. Справочная книга по низшему образованию Составлена С.И.Анциферовым. В 10-ти книгах. СПб., 1905-1916.

85. Сталин И.В. Краткая биография. М.,1953.

86. Степанов Ю. С. Константы: Словарь русской культуры. М., 2001.

87. Тайлор Э.Б. Первобытная культура. М., 1989.

88. Тамбовцева B.JI. Субъекты и объекты культурной политики// Организационно-экономические преобразования в сфере культуры: проблемы и перспективы М„ 1990

89. Толстой Л.Н. Путь жизни. М., 1993.

90. Троцкий Л. Литература и революция. М., 1991.

91. Фалин А. В. Культурная политика в зеркале социально-политического анализа// Некоторые проблемы современной культуры. М.,1987.

92. Филиппов В.М. Высшая школа России перед вызовами XXI ве-ка.//Высшее образование в России, 2001 год, №1.

93. Фуко М. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы. М., 1999.

94. Хабермас Ю. Демократия. Разум. Нравственность. М., Наука, 1992.

95. Хейзинга Й. Осень средневековья. М., 1988.

96. Хомяков A.C. Об общественном воспитании в России/УХомяков A.C. О98. старом и новом. М., 1988.

97. Чарнолуский В. Земство и народное образование. СПб., 1910

98. Частные школы США. Формирование элиты // Зарубежная школа: авторский поиск, эксперименты, находки. Информационный обзор. -М.,1993. С. 16-19.

99. Человек в мире художественной культуры. Приобщение к искусству: процесс и управление. М., 1982.

100. Шапиро Э., Бренкман Дж Культура и власть//0бщие проблемы культуры и искусства. М. Информкультура, 1989.

101. Швейцер А. Упадок и возрождение культуры. М., 1993.

102. Шереги Ф.Э., Харчева В.Г., Сериков В.В. Социология образования: прикладной аспект. М.: Юристь, 1997.

103. Экономическое положение частных и государственных вузов за рубе-жом//Экономика образования. 2000. № 1. С.69-70).

104. Aron R. Stüdes politiques. P., 1972.

105. Braunmuhl E.von. Antipadagogik. Studien zur Abschaffung der Erziehung. Weinheim Basel, 1975.

106. Brenkman J. Culture domination.- Ithaca, London: Comet) Univ. Press, 1987.

107. Eliade M. The sacred in the secular world//Cultural hermeneutics. Dordrecht, 1973. Vol.1. № 1.

108. Full uni fees sell standards short //April 10,1997.

109. Karsten S. Neoliberal Education Reform in the Nertherland // Comparative Education. 1999. V.35. № 3. November.

110. Luis M. Garcia and Julie Delvecchio. How numbers added up on uni fees vote//The Sydney Morning Herald. April 12, 1997.

Образование – вид человеческой практики по передаче и усвоению культурного опыта; одна из форм социализации и воспитания человека, протекающая в ценностно-ориентированной и методически организованной среде обучения; социальный институт, предназначенный для сохранения и передачи в режиме обучения достижений поколений, основ цивилизации, сложившегося институционального устройства общества.

Образование включает:

1. Процесс и результат усвоения определенной системы знаний и обеспечение на этой основе соответствующего уровня развития личности, приносящей пользу себе и обществу и не наносящей вреда интересам других;

2. Систему образовательных учреждений (школа, училище, институт), различающихся по уровню образования и специализации подготавливаемых учащихся (начальное, среднее, высшее, профессиональное, повышение квалификации);

3. Социальную политику в области образования, которая выполняет экономические и социально-политические функции, отражая изменяющиеся требования производства и условия общественной жизни.

Функции образования : создание условий и предпосылок для социальной мобильности человека или социальной группы; сохранение и передача культурного достояния общества из поколения в поколение.

Общество, которое заботится о сохранении социальной стабильности, должно обеспечивать возможности доступа к образовательным системам молодежи из домохозяйств с различным уровнем доходов – от самых высоких до самых низких.

Основными задачами политики образования на всех его уровнях в стабильной рыночной экономике являются:

Содействие успешной адаптации молодежи в обществе и на рынке труда;

Противодействие негативным социальным процессам, таким, как распространение алкоголизма, наркомании и криминогенности в молодежной среде, борьба с беспризорностью и безнадзорностью несовершеннолетних;

Поддержка систем специального образования для лиц с ограниченными возможностями здоровья;

Повышение вклада образования в модернизацию экономики.

Государственная значимость задач политики образования определяет необходимость участия средств государственного бюджета в финансировании части образования. Масштабы этого участия определяются, во-первых, государственным образовательным стандартом (определяет минимальный обязательный уровень образования) и, во-вторых, государственным заказом на подготовку специалистов со средним специальным и высшим образованием.

Принципиальная схема финансирования образования в рыночной экономике выглядит следующим образом:

1. За счет средств государственного бюджета финансируются программы:

Обучения в рамках государственного образовательного стандарта;

Подготовки специалистов со средним специальным и высшим образованием в соответствии с государственным заказом;

Профессиональной переподготовки специалистов со средним и высшим образованием в соответствии с государственным заказом;

2. За счет средств работодателей негосударственного сектора экономики финансируются образовательные программы подготовки и переподготовки (сверх минимального обязательного уровня) для работников, имеющих юридически значимые соглашения о продолжении работы у данного работодателя после прохождения программ обучения;

3. За счет бюджетов домохозяйств финансируются образовательные программы, превышающие минимальный обязательный уровень, установленный государственным образовательным стандартом. Расширение спроса населения на платные образовательные услуги может обеспечиваться за счет предоставления домохозяйствам образовательных кредитов, дифференцированных по видам специальностей и уровню доходов домохозяйств.

Вне зависимости от того, на платной или бесплатной основах предоставляются образовательные услуги сверх установленного государственным образовательным стандартом минимального уровня, основное требование к ним заключается в том, чтобы они учитывали величину и структуру спроса, предъявляемые рынком труда. В противном случае неизбежен рост уровня безработицы либо работа выпускников учебных заведений не по специальности.

Образование как отрасль социальной сферы – автономная система, имеющая относительную самостоятельность и способность оказывать активное воздействие на функционирование и развитие общества. От уровня образования напрямую зависит качество трудовых ресурсов, а следовательно, и состояние экономики общества. Образование выступает фактором воспроизводства социально-профессиональной структуры общества. Система образования формирует гражданина, тем самым оказывает воздействие на политическую сферу общественной жизни. Образование через культурно-воспитательную функцию оказывает влияние на духовную жизнь общества. Формирование общей культуры является условием любой профессиональной подготовки, создает условия и предпосылки для социальной мобильности человека или социальной группы, сохраняет и передает культурное достояние общества из поколения в поколение. Современное образование является средством решения важнейших проблем не только всего общества, но и отдельных людей, являясь одним из самых важных этапов их личной биографии.

Под системой образования понимают совокупность образовательных программ и стандартов, сеть образовательных учреждений и органов управления, а также комплекс принципов, определяющих ее функционирование. В любом государстве характер системы образования определяется социально-экономическим и политическим строем, а также культурно-историческими и национальными особенностями страны. Целями государственной политики в этой сфере является создание условий для реализации гражданами своих прав на образование, по своей структуре и качеству соответствующее потребностям развития экономики и гражданского общества.

В России неуклонно продолжается становление новой системы образования, ориентированной на вхождение в международное образовательное пространство. Мировое сообщество, в котором через национальные границы свободно перемещаются ресурсы, люди, идеи, - доминирующая тенденция современности. Одно из следствий данной тенденции – сближение, интеграция национальных систем образования. Традиции и нормы мирового образования проникают в российское пространство. Происходит культурная трансформация общества, которая выражается, с одной стороны, в глобализации и интернационализации культуры, с другой – в желании отстоять свою самобытность (культурную, общинную, языковую.). Гармонизация этих двух разнонаправленных тенденций есть условие устойчивого развития системы образования.

Системы образования Беларуси и России имеют единые исторические корни, длительный опыт совместного развития. В основе их деятельности лежат единые цели и принципы: развитие свободной, интеллектуально развитой и творческой личности, воспитание любви к Родине, развитие национальной культуры, стремление строить отношение между людьми, народами и государствами на основе уважения, мира, справедливости. Однако годы раздельного существования привели к появлению расхождений в требованиях к содержанию образования и уровню подготовки выпускников учебных заведений, в перечнях профессий и специальностей. Снизился уровень доступности образования, уменьшились возможности обмена опытом, совместного использования накопленного научно-педагогического потенциала. Как следствие, в настоящее время системы образования двух стран не могут в полной мере выполнять консолидирующую и созидающую роль в создании Союзного государства. В условиях развития глобализационных процессов только максимальное использование преимуществ, предоставляемых интеграцией образовательных потенциалов Беларуси и России, способно обеспечить сохранение культурной идентичности славянской цивилизации, ее устойчивое развитие и экономическое процветание.

Целью формирования и развития единого образовательного пространства является достижение нового качества дошкольного, общего и профессионального образования, обеспечивающего развитие единого культурного и научно-технологического пространства Союзного государства, более полное удовлетворение социально-экономических потребностей Беларуси и России в высококвалифицированных специалистах, ускорение научно-технического прогресса, обеспечение устойчивого, динамичного развития общества с высоким уровнем жизни, гражданско-правовой, профессиональной и бытовой культурой.

Для достижения указанных целей необходимо решение следующих приоритетных задач :

Обеспечение государственных гарантий доступности и равных возможностей получения полноценного образовании;

Создание целостной модели согласованного развития систем образования в Республике Беларусь и Российской Федерации на основе существующего опыта реформирования образования;

Опережающее развитие общеобразовательной и профессиональной школы;

Развитие образования как открытой государственно-общественной системы на основе распределения ответственности между субъектами образовательной политики и повышения роли всех участников образовательного процесса;

Формирование в системе образования эффективных нормативно-правовых и организационно-экономических механизмов привлечения дополнительных ресурсов;

Развитие кооперации и сотрудничества в учебно-методической и научно-исследовательской деятельности.

Главными направлениями государственной научно-технической политики на период до 2010 г. являются создание условий для обеспечения инновационно ориентированного развития экономики, проведения структурной и технологической перестройки производственной и социально сферы на базе достижений научно-технического и образовательного потенциалов. Направления инновационного развития экономики определены Указом Президента Республики Беларусь от 8 июля 1996 г. № 244 «О стимулировании создания и развития в Республике Беларусь производств, основанных на новых и высоких технологиях». Для реализации этих направлений предстоит развить национальную инновационную систему как целенаправленный механизм взаимоотношений всех участников процесса производства и распространения знаний и технологий, повышения наукоемкости ВВП.

Конкретные мероприятия будут реализовываться в рамках Комплексного прогноза научно-технического прогресса Республики Беларусь до 2020 г., разрабатываемого ГКНТ и Национальной академией наук Беларуси. Предусматривается ориентация научных исследований и разработок на обеспечение нужд экономики республики.

Основной инструмент государственной научно-технической политики – государственные программы и инновационные проекты по реализации важнейших социально-экономических проблем развития республики. Основной целью развития научной сферы на прогнозируемый период является дальнейшее повышение уровня фундаментальных и прикладных исследований, научного и научно-технологического обеспечения ускоренного социально-экономического развития республики, сохранение и приумножение научно-интеллектуального потенциала общества, совершенствование системы подготовки и закрепления научных, научно-технических и научно-педагогических кадров. Необходимо создать условия для решения проблемы «утечки умов».

Возросшее значение науки в социально-экономическом развитии общества превращает интеллектуальный труд в важнейший ресурс и фактор устойчивого развития и национальной безопасности. Позитивная трансформация белорусской экономики возможна лишь на основе комплексного использования всех фундаментальных факторов общественного прогресса, ключевое значение среди которых имеют наука, новые знания и технологии, а их создают люди – ученые. Миграция высококвалифицированных специалистов – это определяющая характеристика глобализации мировой экономики и науки. Международная интеллектуальная миграция - объективных процесс, имеющий положительные и отрицательные стороны, и каким-либо запретительными мерами ее нельзя остановить, учитывая тот факт, что миграция ученых в большинстве случаев является одним из способов профессиональной и социальной самореализации. В качестве альтернативы «утечки умов» следует создавать все необходимые социально-экономические условия реализации творческого потенциала ученых и обеспечить приемлемый для их высокой квалификации уровень жизни.

В качестве главной задачи инновационной политики ставиться ускоренное освоение в производстве передовых отечественный и зарубежных научных разработок с целью насыщения рынка современной конкурентоспособной продукцией. Прежде всего, предстоит обеспечить: государственную поддержку научных исследований по приоритетным направлениям развития экономики республики; формирование условий для использования достижений науки и распространение ключевых технологий; интеграцию науки и образования; создание благоприятных правовых, экономических и финансовых условий для развития предпринимательства, конкуренции в сфере науки и инновационной деятельности; совершенствование правовой охраны интеллектуальной собственности; расширение международного научно-технического сотрудничества.

Доля расходов на науку и научное обслуживание в ВВП в 2005 г. составит 1,8 %. Общий подъем экономики позволит увеличить ресурсы инновационной сферы, наукоемкость валового внутреннего продукта должна возрасти до 1,8 % в 2005 г. и 2,5 в 2010 г. против 1 % на 2000 г.

Астафьева О.Н.

Культурная политика:
теоретическое понятие и управленческая деятельность
(Лекции 1–3)

Лекция 1. Культура в контексте культурной политики

Размышления о культуре и культурной политике следует начинать с того, что в принципе речь идет не только о «качественно близких» терминах, но и взаимозависимых пластах идей, лежащих в их основании. Проблемы культурной политики - это проблемы государственного и общественного статуса культуры, и даже те, кто говорит о ее слабости или вовсе отсутствии в современной России, глубоко заблуждаются. Ошибочность подобных утверждений коренится в существующих в обществе широких расхождениях между представлениями о самоценности культуры как таковой, значении культуры для становления человека, роли и функциях культуры в обществе, наконец, возможностях культуры как фактора, ускоряющего социальные преобразования.

В течение длительного времени вокруг центрального понятия «культура» ведутся серьезные дискуссии. В зависимости от его трактовки и смыслового наполнения культура становится объектом разных областей социального и гуманитарного знания; категорией, вокруг которой выстраиваются концепции и формируются подходы к исследованию мира материальных объектов и символов, ценностей, искусственных порядков и человеческих отношений, именуемого культурой. Методы и подходы к культуре определяют специфику научных школ и направлений, в рамках которых изучается мир культуры. Среди них и получившие всеобщее признание - философско-антропологический, деятельностный, системный, аксиологический и другие подходы. Однако не менее очевидно и то, что становление многих школ, несмотря на значимость достигнутых в их рамках научных результатов, активно продолжается. К таким школам могут быть отнесены направления, развивающие методологию семиотического, феноменологического, синергетического, социокультурного и других подходов к исследованию сущности культуры и процессов, в ней происходящих.

Так, в работах многих отечественных философов культура понимается как способ существования и форма собственно человеческого бытия, а не частная сфера жизни человечества . Культура - это все то, что «создается человеком и при этом само создает человека, производит сам феномен человечности», - подчеркивает М.Н.Эпштейн . В размышлениях о культуре В.М. Межуев связывает ее сущность с производством самого человека во всем богатстве и многогранности его общественных связей и отношений, во всей целостности его бытия, полагая, что только в процессе самотворчества человека бытие ему открывается и им создается, причем во все более универсальном масштабе. «Бытие всегда в потенции, в становлении, в преодолении наличного. Оно не то, что можно открыть в себе в качестве уже существующего, но только ускользающего от сознания, а что необходимо еще создать, что всегда впереди, а не позади. Движение к нему и есть культура. <…> Нигилизм в отношении культуры - путь назад, культура - всегда движение вперед» .

Таким образом, культура - «это не то, что можно непосредственно наблюдать в действительности, а то, что мы выделяем в ней в качестве чего-то для нас важного и ценного» , в силу чего каждая эпоха постоянно воспроизводит и решает в истории мысли проблему культуры. Кроме того, ее изучение усложняется еще и не только в связи с сохранением у теоретиков и практиков разных представлений о культуре, но и с характером решаемых ими задач. Одно дело - пытаться человеку понять весь мир во всем его культурном многообразии, постичь закономерности социокультурных изменений, и другое - быть субъектом, осуществляющим регулирование этих сложнейших процессов, будучи включенным в структурно-функциональные рамки системы социального управления.

При широком понимании культуры такие области человеческой практики как наука, образование, экономика, философия, искусство, литература, политика выступают уже не частными областями деятельности людей, включенными в систему отношений разного уровня, а «бесспорными компонентами культуры, поскольку они создаются человечеством для самосознания и преобразования человечества» . Отсюда признание безграничных возможностей культуры как самоорганизующейся системы и ее интегративного мощного потенциала для социума.

Культура предоставляет всему обществу, социальным группам, а также каждому человеку нормированные способы организации поведения, регуляции взаимодействия, формирования оценок и самоидентичности, т.е. осознания себя членами своего общесоциального, группового и индивидуального «Я», маркирования себя и окружения самобытными ценностно-символическими формами. Вместе с тем культура заключает в себе исторические механизмы самоадаптации общества к меняющейся среде, которые позволяют активизировать социальную практику, оставлять в прошлом отжившие традиции, утверждая вместо них новые поведенческие нормы и духовные ценности . Таким образом, культура выполняет в обществе множество социально значимых функций. Помимо адаптационной, коммуникативной, регулятивной, интегративной и других функций, не менее значимой выступает и познавательная функция «осмысления действительности». Культура - это не только система ценностей, регулирующая всю жизнедеятельность человека, но и уникальный социокультурный опыт хозяйствования, традиции воспитания и образования. В целом, образ жизни , а также целостная, многоуровневая система представлений о мире и его взаимосвязях, особый склад художественно-образного мировосприятия мира и пр., передаваемая от одного поколения к другому и сохраняющая одновременно устойчивость в больших исторических масштабах, но и допускающая изменчивость «картина мира».

Какова современная культура, удается ли ей обеспечить людей системой гуманистических смыслов для ориентации в быстро изменяющемся мире? Возможно ли сегодня человеку, включенному в динамику и ритмы социокультурных изменений, найти устойчивые ценностно-смысловые основания для выбора модели самореализации в мире, определяемом концептами «полицелостность» и «сверхсложностность»? В «многокультурном» мире, где «образцы разных национальных культур органично перемешиваются в повседневном быту и постепенно начинают вос-приниматься как наши», где «человек подсознательно проявляет равное уважение и доверие ко всем национальным культурам, опредмеченные тексты которых он принимает в свой оборот» .

Подобные вопросы закономерны. Столь сложного совмещения традиционного и новаторского, такой «плюрализации» бытия - сосуществования в едином пространстве/времени разнообразных норм и ценностей, артефактов, образцов отношений, стилей и образов жизни, человечество в своей истории еще не знало. Это позволяет нам предположить, что общие характеристики современной культуры отражают лишь «часть айсберга», не вмещаясь в узкие рамки даже такого широкого понятия, как «постмодернистский эклектизм». В реальности и оно обнаруживает лишь внешнюю «оболочку» культуры, не раскрывая и малой части внутренних процессов саморазвития культуры.

Действительно, у каждой эпохи/цивилизации собственные основания для расширения пространства культуры. Динамика социальных и культурных изменений формирует новый мировой ландшафт, пронизанный коммуникациями, характеризующийся мобильностью населения, связанной, прежде всего, с активизацией рыночных механизмов, включенностью людей в культурные и социальные преобразования, поисками форм взаимодействия в условиях культурного многообразия, механизмов сдерживания экологического кризиса.

Основными направлениями развития современного глобализационного этапа выступают интенсификация межкультурных коммуникаций, информатизация, виртуализация и медиатизация среды, а основными характеристиками становятся не только «стандартизация» и «унификация», но одновременно «многообразие» и «множественность», вокруг которых и есть смысл разворачивать научно-теоретические и научно-практические дискуссии о настоящем (реально существующем) и будущем (потенциально возможном) культуры. Одним из центральных в понимании сущности современной культуры становится информационно-коммуникативный фактор и постоянно обновляющаяся, в результате интенсивного освоения людьми новых средств связи и коммуникационных технологий, социокультурная среда - адекватная процессам «уплотнения» и «сжатия» мира. Не менее значимой проблемой выступает отношение к культурному разнообразию в условиях глобализации культуры. Трактовка этой новой ситуации не может быть дана в концепции культурной политики вне учета актуализирующихся проблем. Среди центральных вопросов, на которые требуются ответы, можно выделить следующие.
- Как сохранить этнокультурную самобытность, стабильность
и социальное единство?
- Каковы перспективы национальной культурной идентичности?
- На каких критериях выстраивать межкультурный диалог?
- Как научить современных людей к совместному сосуществованию
на принципах толерантности, проявлению взаимного уважения
для сохранения культурного разнообразия в мире?
- Какова, в целом, роль культуры в современном мире, во многом
ориентированном на технологические преобразования в социуме,
переживающем серьезные экономические потрясения?

Ресурсы культуры поистине неисчерпаемы и это со всей очевидностью проступает в сложные периоды социального развития. Возможности культуры раскрываются в переходные этапы и самые кризисные ситуации социального развития, когда общество в большей степени уповает на политические и экономические силы. На деле же, «при удержании в фокусе внимания таких объектов, как самоорганизующаяся экономика и, более широко, общественный организм в целом, нашу культуру допустимо сравнивать с фактором слабого, подчас исчезающего малого воздействия. Однако же - и в этом парадокс теории “слабых сигналов” - если большие системы находятся в неустойчивом состоянии (а наша экономика и общественная жизнь стабилизируются не завтра), то они, эти системы, более восприимчивы именно к слабым воздействиям <…>. Присмотримся к роли культуры в переходную эпоху! Отнюдь не абстрактная культурологическая проблема. Особенно, если задуматься, что может сыграть роль “слабых сигналов”, когда в качестве макросистемы рассматривается сама культура…» .

Такой взгляд на роль культуры в общественных преобразованиях не может рассматриваться как частная точка зрения одного из отечественных культурологов. Тем не менее, социальная практика свидетельствует об обратном. Происходит это, прежде всего, в силу сложившейся в нашей стране исторической традиции понимания культуры как одной из социальных сфер, в которой осуществляется воспроизводство особого сегмента культуры - художественной культуры, культурных благ, товаров и услуг. В таком прочтении «управление сферой культуры» закрепляется в определенной ведомственной ветви, функционирующей на разных уровнях власти. «Ведомственное» понимание и вытекающее из него отношение к культуре проявлялось в разные периоды истории в социальном, экономическом, идеологическом и политическом детерминизме, что сдерживало саморазвитие культуры в обществе, мешало процессу творческой самореализации человека.

В ходе демократических преобразований и административных реформ двух последних десятилетий в культуре произошли позитивные перемены, однако в целом сохранилось «узкое» понимание культуры как сферы и отрасли (что имеет соответствующее закрепление в законодательно-правовой базе государства). Какой смысл заключен в понятие «культура» в рамках этого теоретического подхода?

При ведомственном (отраслевом) подходе культура не исследуется как культура, созидающая собственные эффекты реальности, формируемые в результате дискурсивных практик (в духе М. Фуко), и не рассматривается как система норм и ценностей, регулирующих взаимоотношения индивидов в социуме посредством системы социокультурных институтов (по П.Сорокину).

Культура выступает системой исключительно специализированных видов деятельности, в целом - художественного творчества, поэтому проблема регулирования этих процессов становится центральной для Министерства культуры и его подведомственных структур, в то время как ценностно-смысловые основания культурной политики уходят на второй план. Концептуальные обоснования тенденций и динамики социокультурного развития уступают место ориентациям «на эффективность и полезность» культуры, часто подменяются погоней за «практическим результатом» - порой даже малозначимым для общества в перспективе, но весьма эффектным по решению проектам и программам «здесь и сейчас».

Таким образом, между теоретическими моделями и практическими возможностями их реализации на практике существует разрыв, что серьезным образом сказывается на динамике социокультурных процессов в российском обществе. На наш взгляд, преодоление так называемого ведомственного, отраслевого подхода к культуре предполагает разработку новой стратегии культурной политики. Однако такое решение не отражает всей сложности и глубины проблемы. Только на первый взгляд очевидны преимущества одного и слабость, уязвимость другого методологического подхода. Вообще с подобным противопоставлением - широким пониманием культуры и ее узкопрактической трактовкой - трудно согласиться. Скорее речь идет о двух разных по масштабу управленческих решениях, так как эти два уровня понимания культуры отражают ее целостность. Более того, в реальной жизни они поддерживают друг друга, способствуя воспроизводству культуры в обществе.

Таким образом, подчеркнем, что согласование высоких целей и конкретных практических задач соответствует сложности социокультурного пространства и направлено на поддержание его целостности.

Конечно, определенные трудности возникают в связи с проблемой «управления культурой», так как речь идет о необходимости разработки особого «управленческого алгоритма», позволяющего учитывать специфику культуры, сущностными характеристика которой являются свобода и творчество. Ведь, с одной стороны, культура как самоорганизующаяся система воспроизводит креативную (нелинейную, неустойчивую, нестабильную) среду, в которой осуществляется смена инновационных обновлений и становление традиций. С другой стороны, управление как рациональная деятельность, осуществляемая разными субъектами, принимающими на себя обязанности и ответственность за типы, формы и способы коммуникационной активности, за развитие и риски, за результаты взаимодействия осуществляется в динамичной социальной среде, в контексте культурно-цивилизационных изменений.

Для нынешнего века, насыщенного глобальными вызовами и проблемами, характеризирующимся изменением роли государств, взаимозависимостью народов и их культур, значение философских оснований для соединения теории и практики, мышления и действия, познания реальности и проектирования будущего повышается . При этом повышается и ответственность государства за избираемую стратегию, за ценностно-смысловые основания, которые определяют ориентиры культурной политики как одного из видов стратегической управленческой деятельности. Думается, что креативность подходов, технологий и практик к реализации той или иной модели культурной политики во многом зависит от достижения синергии самоорганизационных творческих возможностей субъектов управления и навыками управленческой деятельности - концептуально-технологическим и инструментально-технологическим уровнями стратегического управления, в частности. Инновационность принципов культурной политики проявляется, в том числе в предлагаемых подходах к использованию ее инструментов (правовом, экономическом, организационно-управленческом, информационном, коммуникативном и др.), в умении достигать синергийного эффекта в условиях нестабильности среды и ограниченных ресурсов.

Изменяющийся мир инициирует поиски новых концептуальных линий, связанных с необходимостью перехода России к новой парадигме развития. Вполне закономерны ориентиры на согласованность успехов экономического развития страны и уровня культурных благ и услуг, потребляемых ее населением, их доступности. На наш взгляд, наступило время, когда необходимо ставить и обсуждать вопросы о социокультурном измерении происходящих реформ, о важности продвижения России по направлению к культуроцентризму, в котором центральными являются идеи гуманистической направленности на развитие, сбалансированное между политическими, экономическими и культурными целями.

Речь не идет о новых формах социального детерминизма или жесткой идеологической конструкции. Скорее, о ценностно-смысловых параметрах порядка в социуме, повышающих значимость в общественном развитии культуры, которое меняет отношение к ней в целом и создает основания для наращивания в стране «культурного капитала», для распространения позитивных социокультурных практик.

Таким образом, концептуальное обновление современной культурной политики России базируется на стремлении общества к расширению смысла понятия «культура» на желании раскрыть истинные возможности культуры в социальном развитии. Заметим, это нашло отражение в обсуждаемом законопроекте Российской Федерации «О культуре», где предложено под понятием «культура» понимать «совокупность присущих обществу или социальной группе отличительных признаков, ценностей, традиций и верований, находящих выражение в образе жизни, искусстве и литературе». С одной стороны, в этом комплексном определении очевидно желание законодателей преодолеть рамки «узковедомственного» подхода, что концептуально соответствует трактовке понятия «культура» в международных документах ЮНЕСКО. С другой стороны, предлагаемая трактовка термина отражает их лишь частично, несмотря на то, что и в таком объеме значительно расширяет предмет регулирования. По нашему мнению, «культура» в таком понимании вводится в нашей стране в пространство «культурной политики» впервые, тем самым общество значительно расширяет традиционно понимаемую сферу культуры. Культура обретает в общественном сознании фрактально становящуюся, постоянно изменчивую, уходящую за горизонт «береговую линию». Принципиально важный момент - самоценность и саморазвитие культуры для человека и как ресурс «человечности» выступают целями культурной политики. В свою очередь, культурная политика обретает определенные ценностно-смысловые основания, выразителями которых выступает множество субъектов культурной политики - государство, население, художники, научные и экспертные сообщества и др. В законопроекте они определяются как «культурные сообщества», объединенные общими ценностями, традициями и верованиями. Согласование их интересов и потребностей - одна из стратегических целей культурной политики, которая выстраивается с учетом глубокого понимания происходящих процессов, по результатам проведения социокультурной диагностики, прогнозирования. Без проведения серьезных научных исследований найти оптимальные пути достижения диалога невозможно.

Лекция 2. Культурная политика как объект культурологических исследований

Прошедшие за три последних десятилетия ценностно-смысловые трансформации в духовной культуре, а также перемены, связанные с динамикой социокультурных изменений, расширением условий взаимодействия культур, с возникновением новых культурных форм, сви-детельствуют о качественных изменениях принципов создания, фиксации, распространения культуры и культурного опыта. Это не могло не сказаться на внедрении инновационных моделей в систему управления сферой культуры, что, в свою очередь, привело к отказу от «примитивной рациональности» многих операционально-управленческих решений и переходу к стратегическому управлению, широкому применению проектно-программного подхода, разработке сценариев развития сферы культуры на среднесрочную и многолетнюю перспективу. Фактически, наметился переход к инновационной модели культурной политики.

В условиях интенсивных цивилизационных изменений, развития информационной инфраструктуры и расширения институтов коммуникации, обеспечивающих динамику и плотность культурных потоков в глобализирующемся мире (при не менее очевидной стихийной самоорганизации информационно-коммуникативного пространства) отношение мирового сообщества к проблемам культурной политики существенным образом меняется. Она переносится в эпицентр внимания международных организаций: среди приоритетных направлений ЮНЕСКО - тематика, связанная с разработкой стратегий культурной политики в условиях глобализации, развитием межкультурного диалога, сближением культур при сохранении культурного разнообразия мира. По-иному оценивается роль государства как субъекта управления, осознается необходимость разработки инновационных концепций культурной и информационной политики, которую проводят правительства устоявшихся либерально-демократических нацио-нальных государств [ 10] .

Соответственно, что сложность феномена «культура» проецируется и на понимание культурной политики. С точки зрения ученых социально-гуманитарного профиля, культурная политика - объект теоретических исследований, основной целью которых является определение и интерпретация базовых понятий, типологизация моделей, выявление структурно-функциональных взаимосвязей и взаимозависимостей в системе управления сферой и пр. Эта научно-исследовательская линия направлена на формирование теории культурной политики , возможной лишь как результат фундаментальных разработок проблематики социокультурной направленности. Таковых пока в российской науке явно недостаточно, если учесть, что проблематика культурной политики была актуализирована лишь во второй половине ХХ в. Заметим, из этого не следует, что культурная политика - явление новейшей истории. Различные формы целенаправленного влияния на организацию культурной жизни известны со времен Древнего мира. Особенного отчетливо «стратегии» поддержки того или иного вида художественного творчества, определенных направлений в искусстве прослеживаются в деятельности высшей светской власти и церкви, меценатов, выдающихся личностей - творцов, ученых, политиков. История отечественной культуры раскрывает интереснейшие страницы «регулирования» социокультурных изменений; позволяет понять смысл тех или иных государственных решений, нередко определяющих путь России в мировое культурное пространство. Многие исследователи поддерживают идеи о культурной политике как целенаправленной деятельности любого государства, обеспечивающей стабильность общества в самые разные исторические периоды. «Государства, более или менее осознанно не проводившего ту или иную культурную политику, в истории человечества не существовало» . Однако по мнению других культурная политика появилась в Европе в конце ХVIII в. и сформировалась как сложное явление, включающее и национальные приоритеты, языковую политику, концептуальное обеспечение организации культурно-просветительных и культурно-досуговых учреждений. Регули-рование социокультурной жизни, разработка новых принципов культурной политики привели к утверждению научного подхода к изучению культурной политики и деятельности ее субъектов .

В настоящее время культурная политика как объект научного исследования является той областью культурологических исследований, где сопряженность ее междисциплинарного потенциала с теоретическими ресурсами культурологии как интегративного знания о культуре и непосредственным выходом в социальную реальность выступают ее когнитивным потенциалом. По части разработки категории культурной политики культурологией обеспечивается как общий ракурс политики в сфере культуры разных субъектов, так и целостная картина социокультурных изменений. В этом культурологию не может подменить ни одна из дисциплин, «поставляющих» эмпирический (фактологический и информационный) материал. В свою очередь разработка категории культурной политики без учета накопленных в разных науках знаний о культуре, аналитических материалов по тем или иным проблемам культуры, была бы затруднена.

Постановка вопроса о концептуальных расхождениях теории с практикой актуализирует некоторые аспекты проблемы, в разной степени связанные с установившимися взаимоотношениями «лиц, принимающих решение» (управленцев в сфере культуры) с научным сообществом, с отсутствием у власти развитой системы коммуникаций с его особым слоем - экспертов.

В последние десятилетия в системе управления стало распространенным мнение, спорное в своей постановке: между теорией культурной политики и практикой управления сферой культуры образовался огромный разрыв, не позволяющий ученым проникнуть в суть актуальных для разработки проблем, а практикам - понять смысл теоретических изысканий культурологов. Это привело к почти полному разрушению коммуникативного пространства, где в процессе обсуждения и совместных поисков рождались бы эффективные решения, складывались базовые положения теории культурной политики.

Культурологические исследования последних лет отличаются возрастающим разнообразием предлагаемых подходов к анализу культурных политик разных субъектов, большим усложнением и дифференциацией методологических подходов и решений. С одной стороны, это поиски фундаментальных оснований культурной политики в рамках теории управления, теории самоорганизации, теории модернизации и т.д. С другой стороны, это социально-политические акценты в характеристике культурной политики, базирующейся на идеологических идеях декларативного характера, которые не достигают уровня научных обобщений в разного рода официальных документах. Наконец, опора на философско-культурологические идеи при разработке концепций социокультурного развития. Культурная политика является также объектом пока немногочисленных «культурных исследований» (Cultural Studies), получивших распространение в зарубежном социально-гуманитарном знании.

Культурная политика как объект прикладной культурологии - это область комплексных разработок, связанных с обоснованием тех или иных законодательно-правовых и финансово-экономических инструментов реализации культурной политики, организационными и управленческими технологиями, позволяющими решать задачи, вытекающие из целевых установок определенных концепций культурной политики.

Практически на всех этапах управленческой деятельности наиболее востребованной оказывается экспертно-аналитическая деятельность культуролога, позволяющая в каждом конкретном случае посредством включения механизма систематизации и научного обобщения соотнести конкретный объект с целями культурной политики, определить его значимость и место в реальной действительности. В подобной ситуации недостаточно быть только известным специалистом и признанным ученым-культурологом. Поскольку стиль мышления меняется достаточно медленно, то деятельность ученого, выполняющего объяснительно-информационную (методологическую) и нормативно-оценочную функции, не свободна от определенных теоретических (и иного рода) установок - факторов, возникающих на основе прошлого опыта и в большей или меньшей степени детерминирующих его деятельность [13] . Для профессионального эксперта центральным в анализируемой ситуации является не выбор между децентрализацией, открытостью, прозрачностью, культурным плюрализмом, равными возможностями, свободой и ответственностью, с одной стороны, и, с другой - рациональностью, эффективностью, результативностью, экономичностью. Главным в это ситуации является его умение выявить адекватность объекта концептуализированным идеям и возможность будущих последствий рисков, вытекающих из его реализации в социокультурной практике. Подробнее вопросы специфики экспертно-аналитичесой деятельности рассматриваются в статьях Г.А.Аванесовой, А.В.Агошкова, О.Н.Астафьевой, А.П.Садохина, Е.А.Сайко., В.П.Шестакова и других авторов .

Диагностика и экспертиза социокультурной сферы являются направлениями прикладной культурологии, частью управленческой деятельности, направленной на выявление реального состояния сферы культуры, его соответствия состоянию правового, экономического, информационного, технического пространства для ее развития. Проведение же специальных научно-исследовательских разработок, имеющих выход в социокультурную практику, инициирует появление инновационных идей и выступает основанием для внесения изменений в стратегию культурной политики всех уровней.

По мнению исследователей, «повседневные представления о политике и научные концепции пересекаются: политики говорят то, что хотят слышать люди, и они уверены, что знают истину, так как ученые уже нарисовали им объективную картину общественных настроений» . Значит прав М.Фуко, утверждающий, что никто и ничто не может быть вне власти, ибо власть - структурная особенность всех человеческих отношений? Но если власть заинтересована в объективности и беспристрастности гуманитарных исследований, то в чем конкретно выражается эта заинтересованность? Размышления М.Фуко на эту тему содержатся в статьях «Субъект и власть» и «Интеллектуал и власть» .

Здесь, конечно, важна поддержка государственными структурами управления разных видов научно-исследовательской и проектной деятельности , которая должна осуществляться на выше отмеченных принципах отбора предлагаемых для реализации инновационных программ и инициатив, соответствующих целям культурного развития общества и обеспечения доступности культурных ценностей. Будучи стратегическим направлением культурной политики, научное и методологическое сопровождение проектных предложений и программ включает также проведение исследовательской работы, анализ основных тенденций и процессов, с учетом всех ресурсных возможностей социокультурной сферы для их воплощения в жизнь.

Таким образом, инновационный подход к формированию концепции культурной политики, соответствующей идеям демократии и культурного плюрализма, предполагает расширение поля научного поиска, т. е. развитие того пласта прикладной культурологии, который обеспечивает теоретическое обоснование управленческих решений. Тематика исследования этого уровня сконцентрирована на следующих направлениях:
- определение ценностно-смысловых оснований современных концепций
и моделей культурной политики;
- исследование информационных ресурсов сферы культуры
и информационного контента культурной политики;
- анализ динамики взаимоотношений субъектов культурной политики
в условиях социально-экономических изменений («реальность»
многосубъектности);
- систематизация и обобщение опыта государственно-частного
партнерства;
- инициативы местныхсообществ по развитию территорий и др.);
- изучение организационно-экономических инноваций
в сфере культуры (проекты по развитию локальных территорий
и местного сообщества;
- разработка предложений по обеспечению качества и доступности
культурных благ и услуг на локальном уровне;
- научное сопровождение предпринимательской деятельности
в сфере развитие культурного, образовательного, сельского туризма,
экотуризма и др.;
- разработка проектов по включению культурного наследия
в ресурсную базу в качестве источника социально-экономического
развития территорий;
- организация и проведение экспертно-аналитической деятельности.

Таким образом, содержание культурологической деятельности в процессе разработки культурной политики, путей ее формирования и выявления основных направлений отличается многообразием. Если фундаментальная культурология продвигается в направлении создания теории культурной политики, то прикладная культурология в большей степени ориентирована на практический результат. Но одно не исключает другого. Напротив, очевидная взаимообусловленность и неразрывная связь этих уровней, эффективность и полезность такого сопряжения «идей широкого горизонта» и «точного расчета» их внедрения пока не в полной мере осознаны и научным сообществом, и управленческими структурами. В итоге, разрабатывая концептуальные основы государственной политики в сфере культуры, одним из самых серьезных противоречий выступает слабая соотнесенность между концептуально зафиксированными демократическими ценностями и предлагаемыми инструментально-технологическими решениями.

Лекция 3. Государственная культурная политика как стратегическое управление
в условиях многосубъектности и децентрализации

Современная культурная политика государства выступает к онцептуально оформленной совокупностью научно обоснованных взглядов и принципов, соответствующих определенным ценностно-смысловым основаниям, целям и приоритетам, соответствующим типу государства. Но к ультурная политика - это не только теоретический конструкт. Оперирование понятием «культурная политика» позволяет перевести ценностно-смысловые основания, определяемые Основным законом страны - Конституцией Российской Федерации, на уровень реалий и конкретных управленческих решений. На основе определенных информационных ценностно-смысловых «параметрах порядка», разрабатываются инструменты и механизмы культурной политики, посредством которых реализуется комплекс разного рода программ и проектов, имеющих стратегическое значение для социокультурного развития страны (региона, локальной территории и т.д.). (Концепция «параметров порядка в культуре» изложена в ряде работ .)

Одним из принципов культурной политики демократического государства является свобода выбора ценностей и собственной культурной идентичности, предоставляемая всем гражданам страны. На основе разделения определенных культурных ценностей, желании следовать конкретным социальным и культурным практикам в обществе на основе разделения философии гражданского общества и культурного плюрализма формируются разные социальные группы и субкультурные сообщества, оказывающие определенное влияние на культурную жизнь в стране. Культурная политика перемещается в центр внимания разных субъектов: помимо государства в их число входит бизнес (также весьма диверсифицированный по своим целям и интересам), общественные группы и политические объединения. Понятие «многосубъектности» культурной политики в России только начинает наполняться реальным смыслом, но говорить о том, что в системе управления в сфере культуры признание самого фактора «многосубъектности» привело к кардинальному пересмотру принципов взаимодействия государства с другими субъектами культурной политики пока преждевременно.

Заметим, провозглашаемая «многосубъектность» не всегда гарантирует следование развитым демократических нормам, опору на принципы культурного плюрализма, возможности свободного обращения со всем многообразием культурных практик. На наш взгляд, это обусловлено фактическим отсутствием такой концепции культурной политики на уровне государства, сложности, связанные с необходимостью преодоления узко ведомственного подхода к культуре, где соотношение самоорганизации и управления в культуре работало бы на эффективность результата, а «многосубъектность» расширяла пространство для удовлетворения культурных потребностей и творческой самореализации каждого человека.

В современных обществах культурную политику определяет не только «власть» (система государственного управления) и политическая элита, но и художники, потребители, бизнес-сфера, общественные организации и различные объединения. Однако, обобщая отечественный опыт, мы считаем, что число субъектов культурной политики в принципе не может множиться до бесконечности. Поэтому типология, в которой субъекты культурной политики рассматриваются как акторы и агенты культурной политики, представляется нам вполне логичной , однако критерии, положенные в ее основания, требуют расширения и дополнительных уточнений.

Действительно, современная Россия характеризуется появлением новых субъектов культурной политики (например, бизнес-сообщество), выступающих уже не только от лица отдельных акторов или разрозненных разномасштабных структур, действующих в сфере культуры от случая к случаю, но и представляющих из себя сложившуюся систему коммуникаций со сложными структурными взаимосвязями, общей стратегией социального поведения, особым типом корпоративной культуры. Концептуальная разработка ценностно-смысловых оснований для социокультурной деятельности последовательно ведется в общественных объединениях, политических партиях, являющихся носителями определенных групп интересов. Наличие разных «платформ» культурных политик в социокультурном пространстве одной страны предполагает особые подходы к регулированию социокультурных процессов, осуществляемому государством. Это связано с центральной интегративной функцией государства. Соответственно, культурная политика государства, направленная на поддержание культурного разнообразия в стране, одновременно должна способствовать сохранению социокультурной целостности. С этой целью используются механизмы, позволяющие корректировать вызревающие в обществе негативные социокультурные тренды, поддерживать условия для самореализации различных групп и распространения позитивных культурных практик.

Таким образом, государственная культурная политика - это особый инструмент стратегического управления страны, обеспечивающий ее целостность и раскрывающий перспективы ее социокультурного развития.

Исходя из выше предложенного нами базового определения, особое внимание обратим на то, что в культурной политике любого государства, в том числе России, имманентно присущи два уровня. Один выражается через стремление к идеальным (оформленным или не оформленным в систему идеологических представлений) ценностно-смысловым и символическим конструкциям, скрепляющим образ бытийности людей в пространстве их совместного проживания. Другой уровень - конкретный, существующий в проекции повседневной реальности сегодняшнего дня, отличающийся высокой степенью самоорганизации и личностного творчества, регулируемый системой институциональных отношений.

Между тем для власти как механизма рационального управления социокультурного процессами важность обоих уровней несомненна. В действующем Положении о Министерстве культуры Российской Федерации это зафиксировано следующим образом:

«Министерство культуры Российской Федерации (Минкультуры России) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики в сфере культуры, искусства, историко-культурного наследия, кинематографии, архивного дела, авторского права и смежных прав, а также по нормативно-правовому регулированию в сфере культуры, искусства, историко-культурного наследия (за исключением сферы охраны культурного наследия), кинематографии, архивного дела, авторского права и смежных прав (за исключением нормативно-правового регулирования осуществления контроля и надзора в сфере авторского права и смежных прав) и функции по управлению государственным имуществом и оказанию государственных услуг в сфере культуры и кинематографии» .

Как следует из данного документа, культурная политика распространяется на сферу культуры, в то время как объемы этой сферы изначально ограничены, ибо она рассматривается как вполне определенная часть социальной сферы.

Очевидные противоречия между этими уровнями еще больше усиливаются, когда система государственного управления, оперируя инструментами культурной политики, путем масштабных социокультурных преобразований пытается кардинальным образом изменить образ жизни людей. С одной стороны, культурные изменения, являясь, по сути, частью общего плана модернизации страны, в масштабе «мегапроекта» любого государства активно поддерживаются населением в тех случаях, когда речь идет о сохранении целостности государства, единства его культурного и языкового пространства. С другой стороны, каждый человек (индивидуально или через социальную группу) реализует свои проекты и собственную жизненную стратегию.

Существует еще один аспект, раскрытие которого позволяет выявить наиболее принципиальные характеристики культурной политики. Речь идет о различении понятий «культурная политика» и «управление в сфере культуры» (как институционализированной области культурной деятельности). Это связано с тем, что культурная политика государства полифункциональна и включает, в том числе функции разработки и реализации проективно-прогностической стратегии развития культуры в обществе, согласующуюся с духовно-смысловыми ценностями, т.е. с базисными ценностно-символическими представлениями, которые свойственны данному сообществу и составляют основу национально-культурной идентичности.

Управление в сфере культуры в большей степени концентрируется на решении проблемы материальной и финансовой оптимизации. И здесь центральными становятся вопросы социальной результативности. В то время как приоритеты культурной политики - это категории стратегического прогнозирования, планирования и прогнозирования, поэтому их сведение (даже на уровне муниципалитетов) к решению оперативных управленческих задач означает разрушение фундамента концепции социокультурных изменений, что ведет к «устранению» ценностно-смысловых параметров культурной политики, к непониманию целей происходящих преобразований.

Напомним о том, как в результате многолетних реформ 90-х гг. ХХ в., когда социально-экономические приоритеты отодвинули вопросы культурной жизни и духовного развития на второй план, начало резко изменяться отношение к сфере культуры. Это сказалось, прежде всего, на правовой базе, регулирующей социально-экономические процессы. Специфика сферы культуры попросту игнорировалась, культура перестала фигурировать в официальных материалах как самостоятельная область преобразующей деятельности людей. Такое отношение к культуре прослеживается вплоть до нашего времени. Акцент на актуальность введения в оборот понятий «услуги в сфере культуры», постепенно вытесняющиеся из оборота понятия «культурное благо», «культурный интерес», «культурные потребности личности» позволяют сделать вывод о «размытости» концептуальных оснований государственной культурной политики. Здесь очевидны противоречия, не позволяющие принимать без серьезных уточнений решения, разворачивающиеся в рамках социальной политики. Даже если речь идет об эффективной государственной социальной политике (включающей, как мы уже говорили и сферу культуру), то это только система целенаправленного регулирования социальной сферы со стороны управленческих структур центра, нацеленного на оптимизацию социальных связей в условиях разномасштабных преобразований. Значение культуры в данном случае вновь вторично. При таком понимании роли культуры в общественном развитии она не выполняет своих профильных функций интегратора всей целерациональной деятельности государства: при игнорировании культурных универсалий в управлении невозможно согласование социальных изменений с характеристиками развития оте-чественной и мировой культуры.

В показателях уровня социального развития факторы культуры представлены через такие параметры как уровень образования, жизненного благосостояния и социального обслуживания, образ жизни и др. Они являются составной частью индекса человеческого развития, качества жизни, здоровья нации. С точки зрения ценностно-смысловых оснований - это не только идеи о социальной справедливости, об отношении к труду и распределению общественных благ, служения государству, смысложизненные ориентации на создание семьи, но и признание культурного разнообразия, личностного творческого развития и др.

Отождествление двух разных понятий - «культурная политика» и «социальная политика» - путь к подмене целей социокультурного развития вопросами социальной защиты. Необходимо иметь в виду, что если под культурной политикой понимаются приемы управления сферой культуры, когда в качестве объекта воздействия этой деятельности выступают профессиональные институты и процессы развития искусства, науки, образования и т.д., то социальная политика средствами культуры есть мобилизация на уровне государства усилий и ресурсов сферы культуры на решение актуальных социальных проблем, таких, как освоение новых территорий, регулирование миграционных потоков.

Безусловно, как отмечалось, культурная политика может выступать в своем узком значении - как одно из направлений социальной политики . Но тогда нужно иметь в виду, что ее объектом будут не специализированные области культуры, как в первом случае, а воспроизводство и развитие членов общества, приобщение их к культурному потенциалу, к освоению, передаче и развитию этого потенциала от поколения к поколению через организацию социального взаимодействия .

В исследованиях отечественных авторов зачастую понятие «культурная политика» либо заменяет понятие «управление», либо понятие «управление» используется как тождественное понятию «культурная политика». Эти изменения свидетельствуют о расширении границ понимания «культурной политики» как управленческой деятельности, направленной на решение проблемы регулирования социальных и культурных трансформаций. Не случайно, социальную и культурную политику исследователи относят к разновидностям рационально-управленческого фактора динамических изменений в современном обществе, нацеливая ее в условиях модернизации на регулирование социокультурных трансформаций широкого диапазона .

В последнее время, говоря о культурной политике в широком смысле, исследователи стали использовать термин «социокультурная политика». Позитивным в этом случае является сам факт целостного восприятия проблем, связанных с развитием науки, образования, здравоохранения, культуры (как отрасли), СМК. Анализ такого понимания социокультурной политики свидетельствует, что прежний подход к социокультуросфере как к непродуктивной области отношений, требующей от государства лишь финансовых затрат, безнадежно утрачивает свое значение. Проведение социокультурной политики предполагает использование ее на тех направлениях социального взаимодействия и культурной практики, где процессы самоорганизации не могут развиваться с полным эффектом для достижения целей регионального развития. Так, безусловно, требуются ответная реакция и целенаправленные политические меры со стороны властей в случае острого столкновения интересов разных этнических или конфессиональных сообществ, систематического нарушения общественного порядка представителями молодежных неформальных групп и деструктивных субкультур, вовлечения подростков в тоталитарные организации, секты и т.п. Кроме того, масштабные внедренческие проекты, связанные с крупными долгосрочными инвестициями и нацеленные на изменение отдельных сегментов социокультурной практики, например региональной поселенческой среды, или форм организации в малом бизнесе, или начального профессионального образования, или переобучения взрослых, невозможно осуществить без продуманного проектирования, программирования, принятия ряда организационных, административных, а порой и правовых мер.

Следует подчеркнуть, что характер и направленность культурной политики во всех указанных выше случаях должны быть ориентированы на сохранение социокультурных ресурсов территорий и иметь по отношению к ним не разрушительный или ограничивающий, но щадящий характер, направленный на развитие их инновативного потенциала и на его приумножение.

В настоящее время на первый план реформаторской политики выходит трактовка культурной активности людей, их социального взаимодействия как основного источника общественного обновления, как важного фактора социально-экономического развития.

На практике, в условиях многоуровневого управления, возможна и иная, прямо противоположная, ситуация. Высокая степень самостоятельности и творческой инициативы со стороны субъектов культурной политики, предлагающих и реализующих креативные проекты и программы, затрудняют объективную оценку их соответствия национальной модели культурной политики. Здесь требуется экспертная оценка и предложения управленческих технологий, таких как коммуникативные практики партнерства и диалога, ибо р ечь идет о согласовании в рамках единого государства множества культурных политик. Достичь этого весьма проблематично, но вне этого решить задачу укрепления национально-культурной (коллективной) идентичности россиян не представляется возможным.

Дело в то, что тенденция к децентрализации способствует все большей дифференциации культурной политики и по уровням ее реализации и, следовательно, расширяет возможности сохранения субкультурного и этнонационального разнообразия. Зачастую системы управления не готовы к функционированию в подобной ситуации.

В целом, сегодня уже четко обозначены три уровня культурной политики: федеральный, региональный и муниципальный. Так, на федеральном уровне осуществляются широкомасштабные проекты и программы (федеральные целевые программы), которые отвечают общенациональным стратегическим целям. Можно также говорить о многообразии региональных культурных политик по отдельным направлениям развития социокультурной сферы. Наконец, по мере развития институтов гражданского общества и демократических принципов все отчетливее вырисовывается потенциал муниципального уровня культурной политики (так называемый, локальный, местный уровень). Все они различаются по масштабам и перспективам, целям и задачам, возможностями их реализации. Принципиальным является решения вопроса об участии государства, органов власти и общества в проведении культурных политик, соотношении самоорганизации и управления в культурной сфере, так как самостоятельность всех уровней власти расширяет возможности проведения собственной линии социокультурного развития. При этом многосубъектность культурной политики способствует снижению давления (разных форм проявления детерминизма) на культуру со стороны других социальных систем, ибо вопрос согласования приоритетов с участием всех субъектов культурной политики, укрепляет позиции самой культуры в общественном развитии.

Самостоятельность субъектов Российской Федерации позволяет региональным властям предлагать разнообразные решения актуальных проблем и включать их в концепции культурных политик, успешно реализуя их посредством социокультурных проектов, направленных на социокультурное развитие территорий. Расширяется спектр культурных услуг, которые осваиваются благодаря новым принципам функционирования учреждений культуры на муниципальном уровне. Несмотря на то, что на этом уровне управления большая нагрузка падает на менеджеров культуры, сегодня уже мало кто сомневается в необходимости проведения локальной культурной политики. Проекты, реализуемые на местном уровне, приобретают особое значение, поскольку являются звеном, соединяющим цели культурных политик разных уровней с запросами и интересами конкретного человека.

В целом можно говорить об эффективности концепции многоуровневого управления в России как наиболее соответствующей принципам демократии и гражданского общества. Однако следует иметь в виду, что «мода» на копирование получивших распространение в западных странах концепций, направленных против унитарной формы правления, приводит к тому, что не учитывается неоднородность и вариативность используемых решений. А это, между прочим, как раз и связано с желанием сохранить культурную специфику своей территории, ценности и традиции, разделяемые людьми, ее населяющими. Во многих европейских странах децентрализацией пронизаны все управленческие уровни, и речь уже идет «о полицентричном или многоцентровом управлении, о многостороннем управлении, о фрагментации, дроблении и разделении власти», - считают Л.Хуг, Г.Маркс .

В качестве основных требований в культурной политике в этой социокультурной ситуации выдвигаются: создание условий для самоорганизации и управления сетями; постепенность перехода к многоуровневому управлению; возрастающая роль учреждений в управлении. Такой подход соответствует гибкости - важной характеристике и очевидном преимуществе многоуровневого управления, обеспечивающем особый способ организации политической, социальной и культурной сферы. Он строится вокруг человека, и его территории, создавая условия для самореализации .

Центральной проблемой при многоуровневом управлении становится осуществление координации разных сфер управления, выбор государством коммуникативной стратегии, обеспечивающей эффективность системы взаимодействия всех уровней власти. В настоящее время, как показывает практика, не исключены дублирование, либо «сбрасывание» функций на местный уровень. Самым сложным оказывается отсутствие понимания границ свободы и зон ответственности.

Таким образом, в отличие от управления в сфере культуры как операциональной деятельности разных субъектов, направленной на реализацию конкретных целей, культурная политика не столь жестко рационализирована, если смотреть на нее с культурологических позиций. Действиям разных субъектов задаются широкие горизонты проявления творчества и индивидуальных подходов в рамках ценностно-смысловых координат. Поэтому и разработка концепции культурной политики и тем более ее реализация - сложнейший процесс, разворачивающийся во времени и включающий разностороннюю деятельность по согласованию культурных интересов разных социальных групп.

Продолжение следует

ПРИМЕЧАНИЯ

Каган М.С. О субстанции, строении и функциях культуры // Теория и практика культуры: альм. М., 2005. Вып. 3. С. 23-38.
Эпштейн М.Н. Философия возможного. СПб., 2001. С. 238.
Межуев В.М. Идея культуры: очерки по философии культуры. М., 2006. С. 277.
Там же. С. 25.
Эпштейн М.Н. Указ соч. С. 238.
Вопрос о понимании культуры и ее структуре рассматривался нами ранее, см.: Аванесова Г.А., Астафьева О.Н. Социокультурное развитие российских регионов: региональная политика и механизмы самоорганизации. М., 2004.
См.: Флиер А.Я. Мультикультуральность // Обсерватория культуры. 2008. № 2. С. 23, 25.
Лисаковский И.Н. Культурология: воздействия сильные и слабые // Социокультурное пространство: структура и процессы. М., 1996. С. 10-11.
См.: Каган М.С. О месте практической философии в системе философского знания // Каган М.С. Избр. тр.: в 7 т. СПб., 2006. Т.2: Теоретические проблемы философии. С. 545.
См.: Хэлд Д., Гольдблат Д., Макгрю Э., Перратон Дж. Глобальные трансформации: политика, экономика, культура. М., 2004. С. 435.
[ 11] Жидков В.С., Соколов К.Б. Культурная политика России: теория и история. М., 2001. С. 64.
См.: Востряков Л.Е. Региональная культурная политика пореформенной России: субъектное измерение. СПб., 2005. С. 5-6.
Подробнее см.: Астафьева О.Н. Экспертно-аналитическая деятельность в системе профессиональных компетенций культуролога // Культура и культурная политика: материалы научно-методологического семинара. Вып.6-7. Народная культура и молодежь. Экспертно-аналитическая деятельность в структуре профессиональных компетенций / под общ. ред.: О.Н. Астафьевой, В.К. Егорова. М., 2009.
Подробнее о специфике экспертно-аналитической деятельности см. статьи Г.А. Ованесовой, А.В. Агошкова, О.Н. Астафьевой, А.П. Садохина, Е.А. Сайко, В.П. Шестакова и др. в сб.: Народная культура и молодежь. Культура и культурная политика / под общ. ред.: О.Н. Астафьевой, В.К. Егорова. М., 2009.
Бунджулов А. Ученый и власть: реф. // Социальные науки в странах Центральной и Восточной Европы на рубеже веков: сб. ст., обзоров, реф. М., 2004. С. 81.
Размышления М. Фуко на эту тему содержатся в его статьях «Субъект и власть», «Интеллектуал и власти», включенных в сб.: Фуко М. Интеллектуалы и власть. М., 2006. Ч. 3. Статьи и интервью. С. 161-212.
Концепция «параметров порядка в культуре» изложена в ряде работ автора. См., к примеру: Астафьева О.Н. Теория самоорганизации как концептуальное основание культурной политики: проблемы теоретической культурологии // Вопросы культурологии. 2006. № 12. С. 18-27.
См.: Востряков Л.Е. Указ. соч. С. 76-96.
Положение о Министерстве культуры Российской Федерации. Постановление Правительства Российской Федерации от 29 мая 2008 года № 406.
См.: Розин В.М., Жежко И.В. Культура и культурная политика // Теоретические основания культурной политики. М., 1993. С. 43-44.
См.: Аванесова Г.А. Динамика культуры. М., 1997. Вып. 2. С. 44.
Хуг Л., Маркс Г. Многоуровневое управление в ЕС (Multi Level Governance in EU: Unraveling the Central State, But How? Types of Multi-Level Governance. Institute for Advanced Studies, Vienna «Political Science Series» 87. March 2003 http:// www . ahs . ac . at /); Реф. обзор Л.В. Калинкиной // Государственная служба за рубежом: национальное государство в условиях глобализации: реф. бюллетень. М., 2004. № 3. С. 148.
См.: Хуг Л., Маркс Г. Указ. соч.; Реф. обзор Л.В. Калинкиной... С. 146-153.

По материалам издания: Астафьева О.Н. Культурная политика:
теоретическое понятие и управленческая деятельность: лекции.
М.: Изд-во РАГС, 2010. 69 с.

Астафьева О.Н., 2011

250 лет истории отечественного образования в сфере искусств позволило сформировать в России уникальную систему подготовки творческих кадров. Эта система была построена на непрерывности профессионального образования с возраста 5-6 лет до завершения всех стадий высшего образования. Доступность и массовость обучения в детских музыкальных и художественных школах, хореографических кружках и студиях позволяла выявлять особо одарённых детей и обеспечивать их дальнейшее профессиональное образование независимо от социального положения и места жительства.

Для получения тех творческих профессий, обучение которым начинается в старшем возрасте (вокал, режиссура, композиторское, дирижерское искусство и т.п.), была возможность бесплатно получить второе высшее образование.

Высокий социальный статус представителей творческих профессий, неизменное внимание к ним государства обуславливали востребованность этих видов деятельности. Разрушение этой системы неизбежно привело к сокращению воспроизводства профессиональных творческих кадров и, как следствие, к снижению общего уровня российского профессионального искусства.

Распространение на систему подготовки творческих кадров норм и правил общего образования лишает возможности реализовать себя в профессиональном творчестве и искусстве большинство российских детей и молодых людей, не проживающих в культурных столицах страны и не имеющих достаточных средств для оплаты индивидуальной профессиональной подготовки.

Задачей государственной культурной политики должно стать восстановление доказавшей свою эффективность системы ранней подготовки профессиональных творческих кадров. В тех случаях, когда эта задача вступает в противоречие с требованиями системы общего образования, корректировать необходимо именно правила организации общего образования применительно к этой сфере образовательной деятельности. Для обучения особо одаренных детей должны создаваться все необходимые условия, включая организацию интернатов для иногородних учащихся, обеспечения качественными музыкальными инструментами на всем протяжении обучения и первых лет профессиональной карьеры, материалами для художественного творчества и т.д. Для начинающих свой творческий путь режиссеров, писателей, композиторов должна быть создана возможность реализации их дебютных проектов. Необходимо также решить вопрос о возможности получения творческой профессии как второго высшего профессионального образования если не бесплатно, то за счет выделения образовательных кредитов. Необходимо найти решение для увеличения объемов телевизионного эфира, отданного государственными телеканалами представлению лучших образцов современного отечественного профессионального искусства.

Государственная культурная политика должна решить и задачу подготовки высокопрофессиональных кадров для всех видов культурной деятельности.

Образование в сфере культуры и искусства, помимо системы подготовки сугубо профессиональных кадров, включает в себя развернутую систему детских школ искусств, в которых могут обучаться не только будущие профессионалы, но и все желающие. Государственная культурная политика призвана создать условия для сохранения высокого качества художественного образования и для тех детей, которые не планируют становиться профессионалами. Способность свободно ориентироваться в классической и современной живописи, музыке и других видах искусства должна стать для молодого поколения нормой, образом жизни.

Загрузка...