Гороскоп. Гадания. Предсказания. Календарь. Праздники

Пленные генералы в мировых войнах (на примерах генералитета риа и ркка): опыт исторического исследования и сравнительного анализа. Сколько генералов Красной Армии перешли на сторону врага в Великую Отечественную

Великая Отечественная война принесла много горя и страдания в каждый дом России. Хуже смерти был только плен. Ведь погибший мог быть достойно погребен в земле. Пленный навсегда становился «чужим среди своих», даже если ему удавалось вырваться из лап неприятеля. Самая незавидная участь ждала пленных генералов. Причем не так немецких, как советских. О судьбах некоторых из них и пойдет речь.

Военные историки не раз пытались подсчитать, сколько же именно советских генералов пленили фашисты за период Великой Отечественной. По результатам исследований, проведенных в архивах ФРГ, было установлено, что из 35 миллионов пленных граждан Союза офицеры составляли всего 3% от общего числа. Генералов же среди пленных было немного. Но именно они ценились фрицами больше всего. Оно и понятно: ценные сведения можно было получить только от этой высшей касты военных людей. На них пробовали самые современные способы морального и физического давления. В общей сложности за четыре года войны в плену оказалось 83 генерала вооруженных сил Советского Союза. На родину не вернулись 26 из них. Кого-то насмерть замучили в лагерях СС, несговорчивых и дерзких расстреляли на месте при попытке побега, еще несколько человек умерли от различных болезней. Остальных союзники депортировали на Родину, где их ждала незавидная участь. Кому-то дали тюремные срок за "неправильное поведение" в плену, кого-то долго проверяли, потом восстановили в звании и спешно уволили в запас. 32 человека были расстреляны. Большинство из тех, кого Сталин жестоко покарал, были сторонниками генерала Власова, и проходили по делу об измене Родине. То дело было очень громким и вошло во все учебники истории. Генерал Андрей Андреевич Власов, командовавший 2-й ударной армией, не выполнил приказ самого Сталина, в результате многотысячная группировка попала в окружение. Немцы планомерно и педантично подавляли все очаги сопротивления. Генерал Самсонов, который отвечал за армию наравне с Власовым, застрелился, не вынеся позора. А вот Андрей Андреевич посчитал, что умирать во имя Сталина не стоит. И без раздумий сдался в плен. Более того, находясь в плену, он решил сотрудничать с нацистами. И предложил им создать "Русскую освободительную армию", которая должна была состоять из пленных русских солдат и выступать примером для "глупых советских вояк". Власова допускали до агитации, но оружия в руки не давали. Лишь в 1944 году, когда Вермахт исчерпал последние запасы резервистов, в дело вступила РОА, которую тут же смяли на всех фронтах русские армады, надвигавшиеся на Берлин. Власов был пленен в Чехословакии. Над ним провели показательный процесс, а в середине 1946 года повесили во дворе Бутырской тюрьмы. Следом за ним отправился и генерал Буняченко. Который изначально поддерживал идеи Власова, но когда понял, что песенка Рейха спета, решил выторговать себе свободу, прикинувшись сторонником британцев и подняв в Праге бунт против немецких солдат. Однако предателей не любили и в вооруженных силах Его Величества. Поэтому, по окончании боевых действий, его тоже отправили в Москву. Большинство генералов попали в немецкие плен в те суровые времена, когда Красная Армия терпела одно поражение за другим, в окружение попадали целые полки. За два года немцы смогли пленить более 70 генералов. Из них лишь 8 человек согласились сотрудничать с Вермахтом, в то время как остальных ждала незавидная участь. В большинстве своем генералы попадали в руки немцев с тяжелыми ранениями, либо в бессознательном состоянии. Многие предпочитали застрелиться, нежели отдать себя в руки врага. Но оставшиеся в живых в плену вели себя более чем достойно. Многие из них сгинули за колючей проволокой лагерей. Среди них - генерал-майор Богданов, командир 48-й стрелковой дивизии; генерал-майор Доброзердов, который возглавлял 7-й стрелковый корпус. Неизвестна судьба генерал-лейтенанта Ершакова, в сентябре 1941 г. принявшего командование 20-й армией, которая была вскоре разгромлена в битве под Смоленском. В Смоленске трое советских генералов попали в плен. Генералы Понеделин и Кириллов были насмерть замучены фашистами, категорически отказавшись выдавать им важные военные сведения. Однако к званиям Героев Советского Союза их представили лишь в 1980 году. Но не все генералы попадали в опалу. Так, генерал-майор танковых войск Потапов был одним из таких редких случаев. После освобождения из плена его Родине не просто встретили с распростертыми объятиями, но еще и наградили орденом Ленина, повысили в должности, а потом поставили командующим военным округом. На его похоронах побывали представители генштаба и даже несколько маршалов. Последним пленным генералом оказался генерал-майор авиации Полбин, которого немцы сбили под Берлином в феврале 1945. Раненного, его доставили к другим пленным. Никто не стал разбираться в чинах и званиях. Всех расстреляли, как это было принято в последние месяцы войны. Фашисты ощущали близость конца и старались продать свои жизни как можно дороже.

В Генеральские судьбы времен второй мировой.


В ходе боевых действий по тем или иным причинам военнослужащие иногда попадают в плен, так по архивным данным ФРГ за все годы Второй мировой войны в общей сложности через плен прошли почти 35 млн.человек, по данным исследователей, офицеры от этого общего количества пленных составляли порядка 3 % , а попавших в плен военных в ранге генералов насчитывалось итого меньше, всего то несколько сотен человек. Однако именно эта категория военнопленных всегда представляла особый интерес для спецслужб и различных политических структур воюющих сторон, поэтому больше всего испытывала на себе идеологический прессинг и другие разнообразные формы морально-психологического воздействия.

В связи, с чем невольно возникает вопрос, так у которой из воюющих сторон было наибольшее количество попавших в плен высших военных должностных лиц имевших звания генералов, в Красной Армии или в германском Вермахте?


Из различных данных известно что за годы Второй мировой войны в немецком плену оказались 83 генерала Красной армии. Из них 26 человек погибли по разным причинам: расстреляны, убиты лагерной охраной, умерли от болезней. Остальные после Победы были депортированы в Советский Союз. Из них 32 человека репрессированы (7 повешены по делу Власова, 17 расстреляны на основании приказа Ставки № 270 от 16 августа 1941 г. "О случаях трусости и сдачи в плен и мерах по пресечению таких действий") и за "неправильное" поведение в плену 8 генералов приговорены к различным срокам заключения. Оставшихся 25 человек после более чем полугодовой проверки оправдали, но затем постепенно уволили в запас (ссылка: http://nvo.ng.ru/history/2004-04-30/5_fatum.html).

Подавляющее большинство советских генералов попали в плен в 1941 году, всего 63 генерала Красной Армии. В 1942 году наша армия потерпела еще ряд поражений. И здесь в окружениях противником были захвачены в плен еще 16 генералов. В 1943 году попало в плен еще три генерала и в 1945 - один. Всего за войну - 83 человека. Из них 5 командующих армиями, 19 командиров корпусов, 31 командир дивизии, 4 начальника штаба армии, 9 начальников родов войск армий и т.д.

В книге современных исследователей данного вопроса Ф. Гущина и С. Жебровского утверждается, что якобы порядка 20 советских генералов согласились на сотрудничество с фашистами, по другим данным всего оказалось 8 генералов которые согласились на сотрудничество с немцами (http://ru.wikipedia.org/wiki) если эти данные соответствуют действительности то из этих 20-ти известны только два генерала, которые добровольно и открыто перешли на сторону врага, это Власов да еще один его собрат по предательству бывший командир 102-й стрелковой дивизии комбриг (генерал-майор) Иван Бессонов, это тот, который в апреле 1942-го предложил своим хозяевам-немцам создать специальные антипартизанские корпуса, и все, больше фамилий генералов-предателей нигде особо не упоминаются .

Таким образом, большинство советских генералов, которые попали в руки немцев, были либо ранены, либо находились в бессознательном состоянии и в дальнейшем вели себя в плену достойно. Судьбы многих из них до сих пор остаются неизвестными, так до сих пор неизвестна судьба генерал-майора Богданова, командира 48-й стрелковой дивизии, генерал-майора Доброзердова, который возглавлял 7-й стрелковый корпус, неизвестна судьба генерал-лейтенант Ершакова, который в сентябре 1941 г. принял командование 20-й армией, которая была вскоре разгромлена в битве под Смоленском.

Смоленск стал действительно несчастливым городом для советских генералов, там же генерал-лейтенант Лукин командовал в начале 20-й армией, а затем 19-й, которая была, также разгромлена там же в битве под Смоленском в октябре 1941 г.

Судьба генерал-майора Мишутина полна тайн и загадок, активный участник боев на Халхин-Голе, к началу Великой Отечественной командовал стрелковой дивизией в Белоруссии, там же в боевых действиях и бесследно исчез.

Только в конце 80-х годов была предпринята попытка воздать должное генералам Понеделину и Кириллову, которые наотрез отказывались сотрудничать с немцами.

Интересно сложилась судьба генерал-майора танковых войск Потапова, он оказался в числе тех пяти командующих армиями, которых немцы пленили за время войны. Потапов отличился в боях на Халхин-Голе, где он командовал Южной группой, а в начале войны он командовал 5-й армией Юго-Западного фронта. После освобождения из плена Потапов был награжден орденом Ленина, а позднее - повышен в звании до генерал-полковника. Затем после войны был назначен на должность первого заместителя командующего Одесским и Карпатским военными округами. Его некролог был подписан всеми представителями высшего командования, куда входило несколько маршалов. В некрологе ничего не говорилось о его пленении и пребывании в немецких лагерях. Так что оказывается не всех карали, за то что был в плену.

Последним советским генералом (и одним из двух генералов ВВС), захваченным немцами в плен, был генерал-майор авиации Полбин, командующий 6-м гвардейским бомбардировочным корпусом, поддерживавшим деятельность 6-й армии, которая в феврале 1945 г. окружила Бреслау. Он был ранен, схвачен в плен и убит, и лишь потом немцы установили личность этого человека. Его судьба была совершенно типичной для всех, кто оказался захвачен в плен в последние месяцы войны (ссылка: http://nvo.ng.ru/history/2004-04-30/5_fatum.html).

А как с пленными немецкими генералами? Сколько их оказалось на сталинских харчах под охраной спецвойск НКВД? Если советских бойцов и командиров в плену у немцев по разным данным находилось от 4,5 до 5,7 млн. человек, а немцев вместе с их союзниками в плену в СССР почти 4 млн. человек, разница в целый миллион в пользу немцев, то по генералам картина была иная, германских генералов в советский плен попало почти в пять раз больше чем советских!

Из исследований Б.Л.Хавкина известно:

Первые пленные генералы попали в ГУПВИ (Главного управления по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ) НКВД-МВД СССР) зимой 1942-1943 гг. Это были 32 пленника Сталинграда во главе с командующим 6-й армией генерал-фельдмаршалом Фридрихом Паулюсом. В 1944 г. были пленены еще 44 генерала. Особенно удачным был для Красной Армии 1945 г., когда 300 германских генералов были захвачены в плен.
По сведениям, содержавшимся в справке начальника тюремного отдела МВД
полковника П.С.Буланова от 28 сентября 1956 г., всего в советском плену было
376 германских генералов, из которых 277 были освобождены из плена и репатриированы на родину, 99 умерли. К числу умерших официальная статистика ГУПВИ отнесла и тех 18 генералов, которые были приговорены по Указу от 19 апреля 1943 г. к смертной казни и повешены как военные преступники.
В число пленных генералов и адмиралов вошли высшие чины сухопутных войск, люфтваффе, военно-морского флота, СС, полиции, а также государственные чиновники, получившие генеральский чин за заслуги перед рейхом. Среди пленных генералов больше всего было представителей сухопутных войск, а так же, как ни странно, отставников (ссылка: http://forum.patriotcenter.ru/index.php?PHPSESSID=2blgn1ae4f0tb61r77l0rpgn07&topic=21261.0).

Практически отсутствует информация о том что кто либо из германских генералов попал в плен раненым, контуженым или с оружием в руках, сдавались цивилизовано, со всеми атрибутами старой прусской военной школы. Это чаще советские генералы сгорали заживо в танках, гибли на поле боя и пропадали без вести.

Содержались пленные германские генералы практически в курортных условиях, так к примеру в лагере № 48, основанном в июне 1943 г. в бывшем доме отдыха ЦК профсоюза железнодорожников в поселке Чернцы Лежнёвского района Ивановской области в январе 1947 г. находилось 223 пленных генерала, из них 175 немцев, 35 венгров, 8 австрийцев, 3 румын, 2 итальянца. Этот лагерь был расположен в парке, в котором росли липы, были пешеходные дорожки, летом на клумбах цвели цветы. В зоне также был огород, занимавший около 1 га земли, в котором по желанию работали генералы и овощи, с которого шли на их стол в дополнение к существовавшим нормам питания. Таким образом, питание генералов было улучшено. Больным был положен дополнительный паек, включавший мясо, молоко и масло. Однако в лагере бывали и голодовки, участники которых протестовали против плохого обслуживания в столовой, недовыдаче продуктов, положенных по норме, отключения света и т.д. Попыток к бегству из плена, попытки поднять какой нибудь бунт или восстание среди германских генералов не было.

Совсем другая картина наблюдалась с советскими генералами, 6 человек из них рискуя жизнями совершили побег из лагеря чтобы в дальнейшем продолжить воевать в рядах партизан, это генерал-майоры И.Алексеев, Н.Гольцев, С.Огурцов, П.Сысоев, П.Цирюльников и бригадный комиссар И.Толкачёв (ссылка: http://ru.wikipedia.org/wiki). Еще 15 советских генералов были казнены фашистами за подготовку побегов и подпольную деятельность.

По поводу сотрудничества немецких генералов с советскими властями известно многое, факты подтверждают, что сотрудничали генералы с советами очень активно и охотно, так например в февpале 1944 г. генеpалы Зайдлицем и Коpфес приняли личное участие в pаботе по агитации в геpманских войсковых частях, окруженных в районе г. Коpсунь-Шевченковский. Зайдлиц и Коpфес даже встречались с генералом армии Ватутиным, с которым был согласован план меpопpиятий. Было отпечатано и сброшено с самолетов 500 тыс. экземпляров обращения Зайдлица к офицерскому корпусу и солдатам окруженной гpуппиpовки с призывом пpекpатить сопротивление во избежание бессмысленных жертв. Немецкий генерал Зайдлиц по всей видимости мечтал стать новым освободителем Германии и даже просил советское руководство дать ему разрешение на формирование немецких национальных частей, однако русские также как и немцы не доверяли перебежчикам, пленным немцам было разрешено в основном заниматься агитационной работой по разложению войск противника на фронте и не более того, а Власов получил добро немцев на реальное формирование войск РОА только осенью 1944г. прямо перед началом катастрофы третьего рейха, когда германцам уже некого было направлять на передовую.

Вскоре летом 1944г., разу после последнего покушения на Гитлера, понимая, что рейху приходит конец, практически все генералы во главе с Паулюсом ринулись сотрудничать с советской администрацией, С этого момента Паулюс пеpесматpивает свои позиции по отношению к антифашистскому движению и уже 14 августа он вступает в Союз немецких офицеров и выступает с обращением к германским войскам на фронте, обращение было передано по радио, листовки с его текстом забрасывались в расположение немецких войск, видимо, это имело воздействие на многих солдат и офицеров. Ведомству Гебельса даже пришлось развернуть ответную пропагандистскую кампанию, доказывать, что это обращение фальсификация.

Война это жестокое испытание, она не щадит даже генералов и маршалов. Генерал в армии - это очень большая власть, а вместе с ней и очень большая ответственность. У каждого военачальника бывают взлёты и падения, у каждого своя судьба. Один становится на веки национальным Героем, а другой исчезает в небытиё.



Война это всегда жестокое испытание, она не щадит никого, даже генералов и маршалов. У каждого военачальника во время боевых действий бывают взлёты и падения, у каждого своя судьба. Как справедливо заметил один американский президент, война – это опасное место. Статистика смертей высокопоставленных офицеров в ходе боевых действий Второй Мировой войны наглядное тому подтверждение.

Если о военных судьбах и потерях генералитета Красной Армии в ходе Великой Отечественной войны в последние годы написано достаточно много, то об их немецких «визави» погибших на Восточном фронте известно куда как меньше. По крайней мере, книги или статьи вышедшей на русском языке, на тему, вынесенную в заголовок, авторы не знают. Поэтому мы надеемся, что наша работа будет полезна для читателей, интересующихся историей Великой Отечественной войны.

Прежде, чем перейти непосредственно к повествованию, необходимо сделать небольшое примечание. В немецкой армии была распространена практика посмертного присвоения генеральских званий. Такие случаи нами не рассматриваются и мы будем вести речь исключительно о лицах, имевших генеральское звание на момент своей гибели. Итак, приступим.

1941 год

Первым немецким генералом, убитым на Восточном фронте, стал командир 121-й восточно-прусской пехотной дивизии, генерал-майор Отто Ланцелле (Otto LANCELLE) погибший 3 июля 1941 г. восточнее Краславы.

В советской военно-исторической литературе приводились различные сведения об обстоятельствах гибели этого генерала, в том числе высказывалась версия о причастности к этому эпизоду советских партизан. Фактически Ланцелле стал жертвой довольно типичного для наступательной операции случая. Вот отрывок из истории 121-й пехотной дивизии: «Когда основные силы 407-го пехотного полка достигли лесного массива, генерал Ланцелле покинул свой командный пункт. Вместе с офицером штаба дивизии обер-лейтенантом Штеллером он отправился на КП 407-го полка. Доехав до передовых подразделений батальона, наступающего слева от дороги, генерал не обратил внимания, что правый батальон отстал… отступающие перед этим батальоном красноармейцы неожиданно появились с тыла. В завязавшемся ближнем бою генерал был убит… ».

20 июля 1941 г. в полевом госпитале города Красный скончался исполняющий должность командира 17-й танковой дивизии генерал-майор Карл фон Вебер (Karl Ritter von WEBER). Он был накануне ранен при артобстреле осколками советского снаряда в районе Смоленска.

10 августа 1941 г. на советско-германском фронте погиб первый генерал войск СС – группенфюрер СС и генерал-лейтенант полиции, командир дивизии СС «Полицай» Артур Мюльверштедт (Arthur MULVERSTEDT).

Командир дивизии находился на переднем крае, во время прорыва частями своей дивизии Лужского оборонительного рубежа. Вот как описывается гибель генерала на страницах дивизионной хроники: «Вражеский огонь парализовал атаку, она теряла силы, ей грозила полная остановка. Генерал мгновенно оценил обстановку. Он поднялся, чтобы возобновить продвижение личным примером. «Вперед, ребята!» В такой ситуации все равно, кто покажет пример. Главное, что один увлекает другого, почти как закон природы. Может поднять стрелка в атаку лейтенант, а может целый батальон – генерал. В атаку, вперед! Генерал осмотрелся и отдал приказ ближайшему пулеметному расчету: «Прикрой нас со стороны вон того ельника!». Пулеметчик дал длинную очередь в указанном направлении, а генерал Мюльверштедт вновь двинулся вперед, в небольшую лощину, заросшую ольховым кустарником. Там он встал на колено, чтобы лучше осмотреться. Его адъютант, лейтенант Раймер лежал на земле, меняя магазин в пистолете-пулемете. Рядом менял позиции минометный расчет. Генерал вскочил, вновь раздалась его команда «Вперед!». В этот момент взрыв снаряда бросил генерала на землю, осколки пробили грудь…

Унтер-офицер и три солдата доставили в Iljishe Proroge . Там был организован перевязочный пункт 2-й санитарной роты под руководством старшего врача доктора Отта. Когда солдаты доставили свой груз, единственное, что смогли сделать врачи – констатировать смерть командира дивизии ».

По некоторым данным, нахождение генерала непосредственно в боевых порядках пехоты было вызвано недовольством вышестоящего командования не слишком удачными действиями дивизии.

Через несколько дней после Мюльверштедта, 13 августа, взрыв советской противотанковой мины поставил финальную точку в карьере командира 31-й пехотной дивизии генерал-майора Курта Калмукова (Kurt KALMUKOFF). Он вместе со свои адъютантом, подорвался в легковой машине во время поездки на передовую.

Генерал-полковник Евгений фон Шоберт (Eugen Ritter von SCHOBERT), командующий 11-й немецкой полевой армией, стал самым высокопоставленным офицером Вермахта, погибшим на советско-германском фронте в 1941 году. Ему же выпала судьба стать первым немецким командующим армией, погибшим во Второй мировой войне.

12 сентября Шоберт вылетел на связном «физилер-шторьхе» Fi156 из 7-го курьерского отряда (Kurierst. 7), ведомом летчиком капитаном Сувелаком, на один из дивизионных командных пунктов. По неизвестной причине самолет приземлился, не долетев до пункта назначения. Возможно, что в пути машина получила боевые повреждения. Посадочной площадкой для «физилера» (с заводским №5287) оказалось советское минное поле возле Дмитриевки, в районе дороги Каховка – Антоновка. Пилот, и его высокопоставленный пассажир погибли.

Любопытно, что в советское время, был написан героический рассказ т.с. «по мотивам» данного события. По его сюжету, немецкий генерал наблюдал, как его подчиненные заставили советских пленных разминировать минное поле. При этом пленным было объявлено, что генерал потерял на этом самом поле свои часы. Один из участвовавших в разминировании пленных матросов с только что снятой миной в руках подошел к удивленным немцам с сообщением о том, что часы якобы найдены. А, приблизившись, взорвал себя и врагов. Впрочем, может быть, что источник вдохновения для автора этого произведения был совсем другой.

29 сентября 1941 г. получил ранение генерал-лейтенант Рудольф Крантц (Rudolf KRANTZ), командир 454-й охранной дивизии. 22 октября того же года он скончался в госпитале города Дрезден.

28 октября 1941 года на дороге Валки – Ковяги (район Харькова) подорвался на противотанковой мине автомобиль генерал-лейтенанта Эрих Бернекера (Erich BERNECKER), командир 124-го артиллерийского командования. При подрыве генерал – артиллерист получил смертельное ранение и скончался в тот же день.

Ранним утром 14 ноября 1941 года вместе с особняком на улице Дзержинского 17 в Харькове взлетел на воздух генерал-лейтенант Георг Браун (Georg BRAUN), командир 68-й пехотной дивизии. Это сработал радиоуправляемый фугас, заложенный минерами из оперативно-инженерной группы полковника И.Г. Старинова при подготовке к эвакуации города. Хотя к этому времени противник уже более-менее успешно научились бороться с советской спецтехникой, но в этом случае немецкие саперы оплошали. Вместе с генералом под завалами погибли два офицера штаба 68-й дивизии и «почти все писаря» (а точнее 4 унтера и 6 рядовых), как гласит запись в немецких документах. Всего при взрыве погибло 13 человек, а, кроме того, тяжелые ранения получили начальник разведывательного отдела дивизии, переводчик и фельдфебель.

В отместку немцы, без всяких разбирательств, повесили напротив места взрыва семь первых попавшихся под руку горожан, а к вечеру 14 ноября ошалев от гремевших по всему Харькову взрывов радиоуправляемых фугасов, взяли заложников из числа местного населения. Из них 50 человек были расстреляны в тот же день, а еще 1000 должны были поплатиться жизнью в случае повторения диверсий.

Гибель генерала пехоты Курта фон Бризена (Kurt von BRIESEN), командира 52-го армейского корпуса, открыла счет потерям высших офицеров Вермахта от действий советской авиации. 20 ноября 1941 года около полудня генерал выехал в Малую Камышеваху, чтобы поставить задачу подчиненным ему частям на овладение городом Изюм. В этот момент над дорогой появилась пара советских самолетов. Летчики атаковали очень грамотно, планируя с работающими на малом газу двигателями. Огонь по цели был открыт с высоты не более 50 метров. Сидевшие в генеральском автомобиле немцы обнаружили опасность только по реву вновь заработавших на полную мощность моторов и свисту пролетающих пуль. Два сопровождавших генерала офицера успели выпрыгнуть из машины, один из них был ранен. Шофер остался вообще невредимым. Зато фон Бризен получил целых двенадцать пулевых ранений в грудь, от чего скончался на месте.

Кто был автором этой меткой очереди, неизвестно. Отметим, что согласно оперативной сводки штаба ВВС Юго-Западного фронта, 20 ноября наша авиация, из-за плохой погоды действовала ограниченно. Тем не менее, части ВВС 6-й армии, действовавшие как раз над районом гибели фон Бризена, отчитались об уничтожении, в ходе штурмовок войск противника передвигавшихся по дорогам, пяти автомашин.

Интересно, что отец погибшего фон Бризена, Альфред, также был генералом и также нашел свою смерть на Восточном фронте в 1914 году.

8 декабря 1941 г. под Артемовском был ранен командир 295-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Гербер Гайтнер (Herbert GEITNER). Генерал был эвакуирован с передовой, но рана оказалась смертельной, и он скончался уже 22 января 1942 г. в госпитале на территории Германии.

Очень необычной для Вермахта «образца 1941 года» стала смерть генерал-лейтенанта Конрада фон Кохенхаузена (Conrad COCHENHAUSEN), командира 134-й пехотной дивизии. Дивизия генерала вместе с 45-й пехотной дивизией была окружена частями Юго-Западного фронта в районе Ельца. Немцам пришлось в зимних условиях пробиваться из образовавшегося «котла» на соединение с остальными частями своей армии. Кохенхаузен не выдержал нервного напряжения и 13 декабря, считая обстановку безнадежной, застрелился.

Вероятнее всего, такой трагический исход был предопределен особенностями характера генерала. Вот, что писал по этому поводу : «Уже когда я 30 сентября 1941 года познакомился с генерал-лейтенантом фон Кохенхаузеном, он очень пессимистично отзывался об общем военном положении на Восточном фронте ». Конечно, окружение – вещь не из приятных и потери немцев были велики. Мы не знаем точно потерь 134-й дивизии, но ее «соседка», 45-я пехотная дивизия, потеряла с 5 по 17 декабря свыше тысячи человек, в том числе 233 убитыми и 232 пропавшими без вести. Велики были и потери в материальной части. Только легких полевых гаубиц 45-й дивизией было оставлено при отступлении 22 штуки. Но, в итоге, немцам все-таки удалось прорваться.

Остальные дивизии Вермахта на центральном участке советско-германского фронта попадали в аналогичные ситуации не раз и не два. Потери несли также весьма существенные. Но их комдивы хладнокровия, тем не менее, не теряли. Как тут не вспомнить народную мудрость – «все болезни от нервов».

Предпоследним генералом Вермахта, погибшим на Восточном фронте в 1941 г., стал командир 137-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Фридрих Бергман (Friedrich BERGMANN). Дивизия потеряла командира 21 декабря во время Калужской операции Западного фронта. Пытаясь воспретить выход подвижной группы 50-й советской армии на Калугу, части 137-й дивизии предприняли ряд контратак. Генерал Бергман прибыл на командный пункт 2-го батальона 449-го пехотного полка, расположенный в лесу севернее деревни Сявки (в 25-ти километрах юго-восточнее Калуги). Пытаясь лично оценить обстановку на поле боя, Бергман выдвинулся вместе с батальонным резервом на опушку леса. По немцам тотчас же открыли огонь советские танки, поддерживавшие свою пехоту. Одна из пулеметных очередей смертельно ранила генерала.

Последним в 1941 году (27 декабря ) в бою погиб командир 1-й моторизованной бригады СС, бригадефюрер СС и генерал-майор войск СС Рихард Герман (Richard HERMANN). Вот как этот эпизод отражен в журнале боевых действий 2-й полевой армии: «27.12.1941. С самого раннего утра противник силой до двух усиленных стрелковых полков, с артиллерией и 3-4 эскадронами кавалерии, начал наступление на юг через Александровское и Труды. К полудню ему удалось продвинуться до Высокое и ворваться в населенный пункт. Там был убит генерал-майор войск СС Герман ».

Следует упомянуть еще два эпизода, напрямую связанных с темой затронутой в данной статье. В ряде публикаций приводятся сведения о гибели 9 октября 1941 г. на советско-германском фронте генерал-ветеринара 38-го армейского корпуса Эриха Барча (Erich BARTSCH). Однако, доктор Барч, погибший от подрыва на мине, имел на момент своей гибели звание оберст-ветеринара, т.е. к чисто генеральским потерям отношения не имеет.

В некоторых источниках бригадефюрером СС и генерал-майором полиции считается и командир 2-го полицейского полка СС Ханс Христиан Шульце (Hans Christian SCHULZE). На самом деле Шульце был полковником как на момент своего ранения под Гатчиной 9 сентября 1941 г, так и на момент смерти 13 сентября.

Итак, подведем итоги. Всего в 1941 году на советско-германском фронте было убито двенадцать генералов Вермахта и СС (считая и умершего в 1942 г. командира 295-й пехотной дивизии), а еще один генерал покончил жизнь самоубийством.

Немецкие генералы погибшие на советско-германском фронте в 1941 г.

Имя, звание

Должность

Причина гибели

генерал-майор Отто Ланцелле

Командир 121-й пд

Убит в ближнем бою

генерал-майор Карл фон Вебер

и.д. командира

Артиллерийский огонь

генерал-лейтенант полиции Артур Мюльверштедт

Командир мд СС «Полицай»

Артиллерийский огонь

генерал-майор Курт Калмуков

Командир 31-й пд

Подрыв на мине

генерал-полковник Евгений фон Шоберт

Командующий 11-й армией

Подрыв на мине

генерал-лейтенант Рудольф Крантц

Командир 454-й охранной дивизии

Не установлена

генерал-лейтенант Эрих Бернекер

Командир 124-го арт. командования

Подрыв на мине

генерал-лейтенант Георг Браун

Командир 68-й пд

Диверсия (Подрыв радиофугаса)

генерал пехоты Курт фон Бризен

Командир 52-го ак

Авиационный налет

генерал-лейтенант Герберт Гайтнер

Командир 295-й пд

Не установлена

генерал-лейтенант Конрад фон Кохенхаузен

Командир 134-й пд

Самоубийство

генерал-лейтенант Фридрих Бергманн

Командир 137-й пд

Пулеметный огонь из танка

генерал-майор войск СС Рихард Германн

Командир 1-й мбр СС

Убит в ближнем бою

1942 год

В новом 1942 году, кровопролитные бои, в конце концов, охватившие весь Восточный фронт, не могли не дать и в результате дали устойчивый рост безвозвратных потерь среди высших офицеров Вермахта.

Правда, первую потерю на втором году войны на советско-германском фронте, генералитет Вермахта понес по небоевой причине. 18 января 1942 года в Брянске от инфаркта скончался генерал-лейтенант Георг Гевелке (Georg HEWELKE),командир 339-й пехотной дивизии.

Перенесемся теперь на самый южный участок советско-германского фронта, в Крым. На перешейке, соединяющем Керченский полуостров с остальной частью Крыма идут упорные бои. Посильную помощь сухопутным войскам Красной Армии оказывают боевые корабли Черноморского флота.

В ночь на 21 марта 1942 года линейный корабль «Парижская Коммуна» и лидер «Ташкент», маневрируя в Феодосийском заливе, обстреляли скопления войск противника в районе Владиславовка и Ново-Михайловка. Линейный корабль выпустил 131 снаряд главного калибра, лидер – 120. По данным хроники 46-й пехотной дивизии, части расположенные во Владиславовке, понесли серьезные потери. Среди тяжелораненых оказался командир дивизии генерал-лейтенант Курт Гимер (Kurt HIMER).В госпитале ему ампутировали ногу, но спасти жизнь генерала немецким врачам не удалось. 4 апреля 1942 года он скончался в военном лазарете 2/610 в Симферополе.

22 марта нового успеха добились советские летчики. При авианалете на командный пункт в деревне Михайловка погиб командир 294-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Отто Габке (Otto GABCKE). Вот что сообщил об этом эпизоде автор книги о 294-й дивизии Штефан Хайнзель: «В школе деревни Михайловка размещался командный пункт дивизии. В 13.55 две так называемые «раты» на бреющем полете сбросили на школу четыре бомбы. Вместе с генералом Габке погибли майор Ярош фон Шведлер, два фельдфебеля, один старший ефрейтор и один ефрейтор ». Интересно, что погибший при бомбардировке майор Ярош фон Шведлер был начальником штаба соседней 79-й пехотной дивизии, временно прикомандированным к штабу 294-й.

23 марта 1942 года завершил свой кровавый путь руководитель «Айнзатцгруппы А» , начальник полиции порядка и службы безопасности Рейхскомиссариата «Остланд» Вальтер Шталекер (Walter STAHLECKER). Если биография бригадефюрера СС и генерал-майора полиции известна довольно хорошо, то обстоятельства его гибели достаточно противоречивы. Наиболее правдоподобна версия, что бригадефюрер был тяжело ранен в бою с советскими партизанами, возглавляя отряд латышских полицаев, и скончался при транспортировке в тыловой госпиталь. Но при этом очень сомнительным выглядит указываемый во всех без исключения источниках район, в котором произошло боевое столкновение с партизанами – Красногвардейск.

Красногвардейск в марте 1942 года – это прифронтовая зона 18-й армии, осаждавшей Ленинград, изредка попадавший под снаряды советской железнодорожной артиллерии. Вряд ли в тех условиях партизаны могли вести с немцами открытый бой. Шансы уцелеть для них в таком бою были близки к нулю. Скорее всего, Красногвардейск – более или менее условный пункт (наподобие «Рязани, которая под Москвой»), к которому «привязаны» события, а в реальности все происходило гораздо дальше от линии фронта. Нет ясности и с датой боя, в котором Шталекер получил ранение. Есть предположение, что он произошел несколько ранее 23 марта.

Во вступительной части статьи был продекларирован принцип – не включать в перечень потерь офицеров получивших генеральское звание посмертно. Однако по здравому размышлению, мы решили сделать от этого принципа несколько отступлений. Оправдаемся мы тем, что упомянутые в этих отступления офицеры, не только посмертно были произведены в генеральское звание, а, и это главное, на момент гибели занимали генеральские должности дивизионных командиров.

Первым исключением будет полковник Бруно Хипплер (Bruno HIPPLER), командир 329-й пехотной дивизии.

Итак, 329-я пехотная дивизия, в последних числах февраля 1942 года переброшенная на Восточный фронт из Германии, принимала участие в операции «Брюкеншлаг», итогом которой должно было стать деблокада окруженных в районе Демянска шесть дивизий 16-й армии Вермахта.

В сумерках 23 марта 1942 года командир дивизии полковник Хипплер в сопровождении адъютанта выехал на танке для проведения рекогносцировки. Через некоторое время экипаж машины радировал: «Танк наскочил на мину. Русские уже рядом. Скорее на помощ ь». После этого связь прервалась. Так как, точно место не было указано, то произведенные на следующий день поиски остались безуспешными. Только 25 марта усиленная разведгруппа нашла подорванный танк, тела командира дивизии и его спутников на одной из лесных дорог. Полковник Хипплер, его адъютант и экипаж танка, по все видимости погибли в ближнем бою.

Еще одного «ненастоящего» генерала, но командовавшего дивизией Вермахт потерял 31 марта 1942 года. Правда, в этот раз полковник Карл Фишер (Karl FISCHER) , командир 267-й пехотной дивизии, погиб не от советской пули, а умер от сыпного тифа.

7 апреля 1942 года западнее деревни Глушица меткий выстрел советского снайпера поставил финальную точку в карьере полковника Франца Шайдиеса (Franz SCHEIDIES), командира 61-й пехотной дивизии. Шайдиес вступил в командование дивизией только 27 марта, возглавив «сборную» из различных частей и подразделений, отражавших атаки Красной Армии севернее Чудова.

14 апреля 1942 года в районе деревни Королевка погиб командир 31-й пехотной дивизии генерал-майор Герхард Бертольд (Gerhard BERTHOLD). Судя по всему, генерал лично руководил атакой 3-го батальона 17-го пехотного полка на советские позиции у Зайцевой горы на шоссе Юхнов – Рославль.

28 апреля 1942 года в поселке Парккина застрелился командир 127-го артиллерийского командования генерал-майор Фридрих Каммель (Friedrich KAMMEL). Это единственный немецкий генерал, погибший в Северной Финляндии в годы Великой Отечественной войны. Причина его самоубийства нам не известна.

Начало летней кампании 1942 года ознаменовалось, как любят писать немцы, «спектакулярным» успехом советских зенитчиков. В результате на советско-германском фронте погиб первый генерал Люфтваффе.

Итак, по порядку. 12 мая 1942 года советской зенитной артиллерией в районе Харькова был сбит немецкий транспортный самолет «юнкерс-52» из состава 300-й транспортной группы. Выживший и попавший в плен фельдфебель Леопольд Штефан на допросе сообщил, что на борту самолета находились четыре члена экипажа, десять пассажиров и почта. Машина потеряла ориентировку и была сбита. Однако пленный фельдфебель на допросе не упомянул о весьма существенной детали – среди пассажиров находился целый немецкий генерал. Это был командир 6-й строительной бригады Люфтваффе генерал-майор Вальтер Хеллинг (Walter HELING). Следует заметить, что поскольку фельдфебель Штефан смог спастись, то и Хелинг вполне мог стать первым генералом Вермахта, попавшим в плен.

12 июля 1942 года привычка использовать преимущества перелета на самолете связи плачевно закончилась еще для одного генерала Вермахта. В этот день начальник штаба 4-й танковой армии генерал-майор Юлиус фон Бернут (Julius von BERNUTH) на самолете «физилер-шторьх» вылетел в штаб 40-го танкового корпуса. Предполагалось, что полет пройдет над территорией, которая не контролируется советскими войсками. Однако «Аист» так и не прилетел к месту назначения. Только 14 июля поисковая группа 79-й пехотной дивизии нашла в районе станицы Сохранная разбитую машину, а также тела генерала и пилота. Судя по всему, самолет был подбит огнем с земли и совершил вынужденную посадку. Пассажир и пилот были убиты в перестрелке.

В период летней кампании 1942 года тяжелые бои шли не только на южном фланге огромного советско-германского фронта. Войска Западного и Калининского фронтов пытались выбить из рук Вермахта «пистолет, приставленный к сердцу России» – Ржевско-Вяземский выступ. Боевые действия на нем быстро приняли характер кровопролитных боев в пределах линии обороны, а потому быстрыми и глубокими прорывами, приводящими к нарушению системы управления противника и, как следствие, к потерям среди высшего командного состава, эти операции не отличались. Потому среди потерь немецких генералов в 1942 году, числиться только один, погибший на центральном участке фронта. Это командир 129-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Стефан Риттау (Stephan RITTAU).

Вот как описана гибель комдива 22 августа 1942 года в дивизионной хронике: «В 10.00 командир 129-й ПД в сопровождении адъютанта на вездеходе отправился на КП 427-го пехотного полка, расположенного в лесу между Табаково и Марково. Оттуда командир дивизии намеревался лично провести рекогносцировку поля боя. Однако уже через 15 минут на КП дивизии прибыл связной-мотоциклист, который сообщил, что командир дивизии, генерал-лейтенант Риттау, его адъютант, д-р Маршнер и шофер погибли. Их вездеход получил прямое попадание артиллерийского снаряда на южном выезде из Мартыново ».

26 августа 1942 года еще один генерал Вермахта пополнил список потерь, на этот раз опять на южном фланге советско-германского фронта. В этот день командир 23-й танковой дивизии генерал-майор Эрвин Мак (Erwin MACK) с небольшой оперативной группой выехал в передовые части дивизии, отражавшие ожесточенные атаки советских войск. Дальнейшие события, отражены в сухих строках «Журнала боевых действий» 23-й ТД: «В 08.30 на командный пункт 2-го батальона 128-го мотопехотного полка, расположенный в колхозе южнее Урвани, прибыл командир дивизии. Он хотел лично выяснить обстановку на Урванском плацдарме. Вскоре после начала обсуждения, посреди участников разорвалась минометная мина. Командир дивизии, командир 2-го батальона майор фон Унгер, адъютант 128-го полка капитан граф фон Хаген и сопровождавший комдива обер-лейтенант фон Путткамер получили смертельные ранения. Они скончались на месте или на пути в лазарет. Чудом уцелел командир 128-го полка полковник Бахманн, получивший только легкое ранение » .

27 августа 1942 года в списках безвозвратных потерь оказался генерал медицинской службы доктор Вальтер Ханшпах (Dr. Walter HANSPACH) корпусной врач (начальник медицинской службы) 14-го танкового корпуса. Правда, пока мы не нашли информации, как и при каких обстоятельствах погиб этот немецкий генерал.

Авторы, выросшие на советской военно-патриотической литературе и кинематографе, не раз читали и смотрели, как советские войсковые разведчики проникали в тыл врага, устраивали засаду, а затем успешно уничтожали ехавшего в автомобиле немецкого генерала. Казалось бы, подобные сюжеты всего лишь плод деятельности изощренного писательского ума, однако в реальности войны такие эпизоды действительно были, хотя конечно, их было не много. В период битвы за Кавказ именно в такой засаде нашим бойцам удалось уничтожить командира и начальника штаба 198-й пехотной дивизии Вермахта.

6 сентября 1942 года около полудня по дороге, ведущей на северо-восток из станицы Ключевая на Саратовскую, ехал легковой автомобиль «Опель» с командирским флажком на капоте. В машине находился командир 198-й ПД генерал-лейтенант Альберт Бук (Albert BUCK), начальник штаба дивизии майор Буль и шофер. На подъезде к мосту автомобиль замедлил ход. В этот момент раздались взрывы двух противотанковых гранат. Генерал был убит на месте, майора выбросило из машины, а тяжелораненый шофер вывернул «Опель» в кювет. Работавшие на мосту солдаты строительной роты услышали взрывы и выстрелы, смогли оперативно организовали преследование советских разведчиков и смогли пленить нескольких из них. От пленных стало известно, что разведывательно-диверсионная группа состояла из военнослужащих разведывательной и минометной рот 723-го стрелкового полка. Разведчики устроили засаду, воспользовавшись тем, что густой кустарник в этом месте подходил к самой дороге.

8 сентября 1942 года список потерь Вермахта пополнил генерал медицинской службы из 40-го танкового корпуса доктор Шолль (Dr. SCHOLL). 23 сентября 1942 года в тех же списках оказался генерал-майор Ульрих Шютце (Ulrich SCHUTZE), командир 144-го артиллерийского командования. Как и в случае с генералом-медиком Ханшпахом, мы пока не смогли отыскать информации при каких обстоятельствах погибли эти два генерала.

5 октября 1942 года командование Вермахта выпустило официальное сообщение, в котором говорилось: «3 октября 1942 года на передней линии фронта на реке Дон погиб командир танкового корпуса, генерал танковых войск барон Лангерманн унд Эрленкапм, кавалер Рыцарского креста с Дубовыми листьями. Плечо к плечу с ним погиб полковник Наги, командир одной из венгерских дивизий. Они пали в боях за свободу Европы ». Речь в сообщении шла о командире 24-го танкового корпуса, генерале Виллибальде Лангерманне унд Эрленкампе (Willibald Freiherr von LANGERMANN UND ERLENCAMP). Генерал попал под огонь советской артиллерии при поездке на линию фронта у Сторожевского плацдарма на Дону.

В начале октября 1942 года немецкое командование приняло решение вывести 96-ю пехотную дивизию в резерв Группы армий «Север». Командир дивизии, генерал-лейтенант барон Иохим фон Шлейниц (Joachim von SCHLEINITZ), для получения соответствующих приказаний выехал на командный пункт корпуса. Ночью 5 октября 1942 года, на обратном пути в дивизию произошел несчастный случай. Командир дивизии и сопровождавший его обер-лейтенант Кох погибли в автомобильной аварии.

19 ноября 1942 года ураганный огонь советской артиллерии возвестил о начале зимнего наступления Красной Армии и скором переломе в ходе войны. Применительно к теме нашей статьи, следует сказать, что именно тогда появились первые немецкие генералы, пропавшие без вести. Первым из них стал генерал-майор Рудольф Моравец (Rudolf MORAWETZ), начальник пересыльного лагеря для военнопленных №151 . Он пропал без вести 23 ноября 1942 года в районе станции Чир и открыл список потерь немецких генералов в ходе зимней кампании 1942-1943 года.

22 декабря 1942 года в районе станицы Боковская погиб командир 62-й пехотной дивизии генерал-майор Рихард-Генрих фон Ройсс (Richard-Heinrich von REUSS). Генерал пытался проскочить через колонны советских войск, устремившихся в тыл противника после прорыва немецких позиций в ходе операции «Малый Сатурн».

Примечательно, что 1942 год, начавшийся инфарктом у генерала Гевелке, заканчивался сердечным приступом у другого немецкого комдива. 22 декабря 1942 года скончался генерал-майор Виктор Кох (Viktor KOCH), командир 323-й пехотной дивизии, занимавшей оборону в районе Воронежа. В ряде источников утверждается, что Кох был убит в бою.

29 декабря 1942 года покончил жизнь самоубийством генерал медицинской службы доктор Йозеф Эбберт (Josef EBBERT), корпусной врач 29-го армейского корпуса.

Таким образом, за 1942 год потери среди немецких генералов составили 23 человека. Из них, погибли в бою 16 человек (считая двух полковников – командиров дивизий, которым генеральское звание было присвоено посмертно: Хипплера и Шайдиеса). Интересно, что число погибших в бою немецких генералов в 1942 году было лишь немногим больше, чем в 1941. Хотя продолжительность боевых действий выросла в два раза.

Остальные безвозвратные потери генералитета произошли по небоевым причинам: один человек погиб в результате несчастного случая, двое – покончили с собой, трое – умерли в результате болезни, один – пропал без вести.

Немецкие генералы, погибшие на советско-германском фронте в 1942 г.

Имя, звание

Должность

Причина гибели

генерал-лейтенант Георг Гевелке

Командир 339-й пд

Умер от болезни

генерал-лейтенант Курт Гимер

Командир 46-й пд

Артиллерийский огонь

генерал-лейтенант Отто Габке

Командир 294-й пд

Авиационный налет

генерал-майор полиции Вальтер Шталекер

Начальник полиции порядка и службы безопасности Рейхскомиссариата «Остланд»

Ближний бой с партизанами

полковник (посмертно генерал-майор) Бруно Хипплер

Командир 329-й пд

Ближний бой

полковник (посмертно генерал-майор) Карл Фишер

Командир 267-й пд

Умер от болезни

полковник (посмертно генерал-майор) Франц Шайдиес

Командир 61-й пд

Убит снайпером

генерал-майор Герхард Бертольд

Командир 31-й пд

Не установлена

генерал-майор Фридрих Каммель

Командир 127-го арт. командования

Самоубийство

генерал-майор Вальтер Хеллинг

Командир 6-й строительной бригады Люфтваффе

Погиб в сбитом самолете

генерал-майор Юлиус фон Бернут

Начальник штаба 4-й танковой армии

Убит в ближнем бою

генерал-лейтенант Стефан Риттау

Командир 129-й пд

Артиллерийский огонь

генерал-майор Эрвин Мак

Командир 23-й тд

Минометный огонь

генерал медицинской службы доктор Вальтер Ханшпах

Корпусной врач 14-го танкового корпуса

Не установлена

генерал-лейтенант Альберт Бук

Командир 198-й пд

Убит в ближнем бою

генерал медицинской службы доктор Шолль

Корпусной врач 40-го танкового корпуса

Не установлена

генерал-майор Ульрих Шютце

Командир 144-го арт. командования

Не установлена

генерал Виллибальд Лангерманн унд Эрленкамп

Командир 24-го танкового корпуса

Артиллерийский огонь

генерал-лейтенант барон Иохим фон Шлейниц

Командир 96-й пд

Погиб в автомобильной аварии

генерал-майор Рудольф Моравец

Начальник пересыльного лагеря для военнопленных №151

Пропал без вести

генерал-майор Рихард-Генрих фон Ройсс

Командир 62-й пд

Не установлена

генерал-майор Виктор Кох

Командир 323-й пд

Умер от болезни

генерал медицинской службы доктор Йозеф Эбберт

Корпусной врач 29-го армейского корпуса

Самоубийство

Как мы видим, и в 1942 году, пленных среди немецких генералов не было. Но все кардинально изменится всего через месяц, в конце января 1943 года, в Сталинграде.

1943 год

Безусловно, самым важным событием третьего года войны стала капитуляция германской 6-й полевой армии в Сталинграде и сдача в плен ее командования во главе с фельдмаршалом Паулюсом. Но, кроме них, в 1943 году под «русский паровой каток» попали и довольно много других высших немецких офицеров, которые малоизвестны любителям военной истории.

Хотя потери в 1943 году генералитет Вермахта начал нести еще до финала Сталинградской битвы, но мы начнем именно с нее, вернее с длинного списка плененных высших офицеров 6-й армии. Список этот для удобства представлен в хронологическом порядке в виде таблицы.

Немецкие генералы, взятые в плен в Сталинграде в январе-феврале 1943 г.

Дата пленения

Звание, имя

Должность

генерал-лейтенант Ганс-Генрих Cикст фон Армин (Hans-Heinrich Sixt von Armin)

Командир 113-й пехотной дивизии

генерал-майор Мориц фон Дреббер (Moritz von Drebber)

Командир 297-й пехотной дивизии

генерал-лейтенант Генрих-Антон Дебуа (Heinrich-Anton Deboi)

Командир 44-й пехотной дивизии

генерал-майор профессор д-р Oтто Ренольди (Otto Renoldi)

Начальник медицинской службы 6-й полевой армии

генерал-лейтенант Хельмут Шлёмер (Helmuth Schlomer)

Командир 14-го танкового корпуса

генерал-лейтенант Александер барон фон Даниэльс (Alexander Edler von Daniels)

Командир 376-й пехотной дивизии

генерал-майор Ганс Вульц (Hans Wulz)

Командир 144-го артиллерийского командования

генерал-лейтенант Вернер Занне (Werner Sanne)

Командир 100-й егерской (лёгкой пехотной) дивизии

генерал-фельдмаршал Фридрих Паулюс (Friedrich Paulus)

Командующий 6-й полевой армией

генерал-лейтенант Артур Шмидт (Arthur Schmidt)

Начальник штаба 6-й полевой армии

генерал артиллерии Макс Пфеффер (Max Pfeffer)

Командир 4-го армейского корпуса

генерал артиллерии Вальтер фон Зейдлитц-Курцбах (Walther von Seydlitz-Kurzbach)

Командир 51-го армейского корпуса

генерал-майор Ульрих Вассоль (Ulrich Vassoll)

Командир 153-го артиллерийского командования

генерал-майор Ганс-Георг Лейзер (Hans-Georg Leyser)

Командир 29-й моторизованной дивизии

генерал-майор д-р Отто Корфес (Otto Korfes)

Командир 295-й пехотной дивизии

генерал-лейтенант Карл Роденбург (Carl Rodenburg)

Командир 76-й пехотной дивизии

генерал-майор Фриц Pоске (Fritz Roske)

Командир 71-й пехотной дивизии

генерал-полковник Вальтер Хейтц (Walter Heitz)

Командир 8-го армейского корпуса

генерал-майор Мартин Латтман (Martin Lattmann)

Командир 14-й танковой дивизии

генерал-майор Эрих Магнус (Erich Magnus)

Командир 389-й пехотной дивизии

генерал-полковник Карл Штрекер (Karl Strecker)

Командир 11-го армейского корпуса

генерал-лейтенант Арно фон Ленски (Arno von Lenski)

Командир 24-й танковой дивизии

К этой таблице необходимо сделать одно примечание. Немецкая бюрократия, похоже, стремилась сделать все, чтобы максимально затруднить жизнь будущим исследователям и военным историкам. Примеров тому несть числа. Сталинград в этом отношении не стал исключением. По некоторым данным, командир 60-й моторизованной дивизии генерал-майор Ганс-Адольф фон Ареншторф (Hans-Adolf von Arenstorff) стал генералом в октябре 1943 года, т.е. уже после того, как полгода провел в советском плену. Но и это еще не все. Генеральское звание ему присвоили с 1 января 1943 года (практика присваивать звания «задним числом» была у немцев не такой уж редкой). Вот и получается, что в феврале 1943 года нами было пленено 22 немецких генерала, а через полгода их стало на одного больше!

Окруженная в Сталинграде немецкая группировка теряла своих генералов не только пленными. Ещё несколько высших офицеров погибли в «котле» при различных обстоятельствах.

26 января южнее реки Царица погиб командир 71-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Александр фон Хатманн (Alexander von HARTMANN). По некоторым данным, генерал сознательно искал свою смерть – поднялся на железнодорожную насыпь и стал стрелять из винтовки в сторону позиций, занимаемых советскими войсками.

В тот же день смерть настигла генерал-лейтенанта Рихарда Штемпеля (Richard STEMPEL), командовавшего 371-й пехотной дивизией. 2 февраля, список безвозвратных потерь пополнил командир 16-й танковой дивизии генерал-лейтенант Гюнтер Ангерн (Gunter ANGERN). Оба генерала покончили жизнь самоубийством, не желая сдаваться в плен.

Теперь от грандиозной битвы на Волге вернемся все-таки к хронологическому изложению событий зимней кампании третьего военного года.

Форменный мор напал в январе 1943 года на командиров 24-го танкового корпуса, когда части корпуса попали под удар наступающих советских соединений, в ходе Острогожско-Россошанской операции войск Воронежского фронта.

14 января на своем командном пункте в районе Сотницкая погиб командир корпуса генерал-лейтенант Мартин Вандель (Martin WANDEL). В командование корпусом вступил командир 387-й пехотной дивизией генерал-лейтенанта Арно Яар (Arno JAHR). Но и его 20 января постигла судьба Ванделя. По некоторым сведениям, генерал Яар покончил жизнь самоубийством, не желая попасть в советский плен.

Только один день, 21 января, прокомандовал 24-м танковым корпусом генерал-лейтенант Карл Эйбл (Karl EIBL), командир 385-й пехотной дивизии. В неразберихе отступления колонна, в которой находилась его машина, наткнулась на итальянцев. Те приняли союзников за русских и открыли огонь. В скоротечной схватке дело дошло до ручных гранат. Осколками одной из них генерал был тяжело ранен и скончался через несколько часов от большой потери крови. Таким образом, в течение одной недели 24-й танковый корпус потерял своего штатного командира и командиров обоих пехотных дивизий, входивших в состав соединения.

«Урожайной» на генеральские потери стала Воронежско-Касторненская операция проводившаяся войсками Воронежского и Брянского фронтов, довершившая разгром южного фланга Вермахта на Восточном фронте.

Под первый удар наступавших советских войск попала немецкая 82-я пехотная дивизия. Ее командир, генерал-лейтенант Альфред Бенч (Alfred BAENTSCH), числится умершим от ран 27 января 1943 года. Неразбериха, царившая в немецких штабах была такова, что 14 февраля генерал все ещё считался пропавшим без вести вместе со своим начальником штаба майором Алльмером. Сама дивизия командованием 2-й полевой армии Вермахта относилась к категории разгромленных.

Вследствие быстрого продвижения советских частей к железнодорожному узлу Касторное, штаб 13-го армейского корпуса оказался отсечен от остальных войск 2-й немецкой армии, а две его дивизии, в свою очередь, – от штаба корпуса. Штаб корпуса решил пробиваться на запад. Иное решение выбрал командир 377-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Адольф Лехнер (Adolf LECHNER). 29 января при попытке прорыва в юго-восточном направлении, к частям своего соединения, он и большая часть штаба дивизии пропали без вести. Только начальник штаба дивизии, оберст-лейтенант Шмидт, к середине февраля вышел к своим, но и он вскоре умер от пневмонии в госпитале города Обоянь.

Оказавшиеся в окружении немецкие дивизии стали предпринимать попытки прорыва. 1 февраля 88-я пехотная дивизия прорвалась к окраине Старого Оскола. За ней двигались части 323-я пехотной дивизии. Дорога находилась под постоянным огневым воздействием советских войск, и 2 февраля следовавший за головным батальоном штаб дивизии попал в засаду. Командир 323-й ПД генерал Андреас Небауэр (Andreas NEBAUER) и его начальник штаба, подполковник Науде погибли.

Не смотря на то, что на Северном Кавказе советским войскам не удалось нанести немецкой Группе армий «А» такого же сокрушительного поражения, как на Волге и Дону, бои там были не менее ожесточенными. На так называемой «Линии Хубертус» 11 февраля 1943 года погиб командир 46-й пехотной дивизии генерал-майор Эрнст Хацциус (Ernst HACCIUS). Его записали на свой счет советские летчики, вероятнее всего, штурмовики (в хронике дивизии сказано «атака с бреющего полета») . Посмертно генералу присвоили следующее звание и дали Рыцарский крест. Хацциус стал вторым командиром 46-й пехотной дивизии, убитым на Восточном фронте .

18 февраля 1943 года на центральном участке фронта получил ранение командир 12-го армейского корпуса генерал пехоты Вальтер Грайсснер (Walter GRAESSNER). Генерал был отправлен в тыл, долго лечился, но, в конце концов, умер 16 июля 1943 года в госпитале города Троппау.

26 февраля 1943 года недалеко от Новомосковска пропал «физилер-шторьх», на борту которого находился командир панцер-гренадерской дивизии СС «Мертвая голова» обергруппенфюрер СС Теодор Эйке (Theodor EICKE). Одна из высланных на поиск Эйке разведывательных групп обнаружила сбитый самолет и труп обергруппенфюрера.

2 апреля в районе Пиллау разбился самолет SH104 (зав. 0026) из состава Flugbereitschaft Luftflotte1. В катастрофе погибли находившиеся на борту два члена экипажа и двое пассажиров. Среди последних оказался генерал-инженер Ханс Фишер (Hans FISCHER) из штаба 1-го Воздушного флота.

14 мая 1943 года севернее Печенеги погиб командир 39-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Людвиг Левенек (Ludwig LOEWENECK). По одним данным генерал стал жертвой обычного дорожно-транспортного происшествия, по другим, попал на минное поле.

30 мая 1943 года советская авиация нанесла мощный удар по немецкой обороне на Кубанском плацдарме. Но нашим данным, с 16.23 до 16.41 позиции врага штурмовали и бомбили 18 групп штурмовиков Ил-2 и пять групп «петляковых». В ходе налета одна из групп «зацепила» командный пункт 97-й егерской дивизии. Командир дивизии генерал-лейтенант Эрнст Рупп (Ernst RUPP) погиб.

26 июня 1943 года немцы понесли очередную потерю на Кубанском плацдарме. В первой половине этого дня командир 50-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Фридрих Шмидт (Friedrich SCHMIDT) направился на позиции одного из батальонов 121-го пехотного полка. По дороге его автомобиль в районе станицы Курчанской наскочил на мину. Генерал и его водитель погибли.

В начавшейся 5 июля 1943 года Курской битве немецкий генералитет больших потерь не понес. Хотя случаи ранения командиров дивизий и случались, но погиб лишь один комдив. 14 июля 1943 года, во время поездки на передовую севернее Белгорода, получил смертельное ранение командир 6-й танковой дивизии генерал-майор Вальтер фон Хюнерсдорф (Walter von HUEHNERSDORF). Он был тяжело ранен в голову метким выстрелом советского снайпера. Не смотря на многочасовую операцию в Харькове, куда был доставлен генерал, он скончался 17 июля.

Начавшееся 12 июля 1943 года наступление войск советских фронтов на Орловском направлении не изобиловало глубокими прорывами, при которых под удар попадают штабы противника. Но потери в генералах, тем не менее, были. 16 июля погиб командир 211-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Рихард Мюллер (Richard MUELLER).

20 июля 1943 года недалеко от Изюма погиб командир 17-й танковой дивизии генерал-лейтенант Вальтер Шиллинг (Walter SCHILLING). Подробности гибели обоих генералов нам установить не удалось.

2 августа погиб командир 46-го танкового корпуса генерал пехоты Ганс Цорн (Hans ZORN). Юго-западнее Кром его автомобиль попал под бомбовый удар советских самолетов.

7 августа в разгар нашего контрнаступления под Харьковом погиб командир 19-й танковой дивизии генерал-лейтенант Густав Шмидт (Gustav SCHMIDT), знакомый всем кто смотрел фильм «Огненная дуга» из знаменитой советской киноэпопеи «Освобождение». Правда, в жизни все было не так эффектно, как в кино. Генерал Шмидт не стрелялся на глазах у командующего группой армий «Юг» Эриха фон Манштейна и его штабных офицеров. Он погиб при разгроме колонны 19-й дивизии танкистами советской 1-й танковой армии. Генерала похоронили в селе Березовка члены экипажа командирского танка, оставшиеся в живых и попавшие в советский плен.

11 августа 1943 года около шести часов утра по берлинскому времени снова отличились советские снайперы. Меткая пуля настигла командира 4-й горнопехотной дивизии генерал-лейтенанта Германа Кресса (Hermann KRESS). Генерал в этот момент находился в окопах румынских частей, блокировавших Мысхако – легендарную «Малую землю» под Новороссийском.

13 августа 1943 года погиб генерал-майор Карл Шухард (Karl SCHUCHARDT), командир 10-й зенитно-артиллерийской бригады. Подробностей гибели генерала – зенитчика найти не удалось, но погиб он однозначно в полосе 2-й полевой армии Вермахта. Согласно документам этого объединения 12 августа Шухард докладывал штабу армии о переходе бригады в оперативное подчинение.

15 августа 1943 года пропал без вести генерал-лейтенант Генрих Рекке (Heinrich RECKE), командир 161-й пехотной дивизии. Генерал лично поднял в контратаку своих солдат в районе южнее Красной Поляны. В хронике дивизии приводится сведения очевидцев, якобы видевших, как советские пехотинцы окружили генерала. На этом его следы затерялись. Однако в доступных нам советских источниках нет упоминания о пленении генерала Рекке.

26 августа в районе польского города Озаров погиб командир 174-й резервной дивизии генерал-лейтенант Курт Реннер (Kurt RENNER). Реннер попал в засаду, устроенную польскими партизанами. Вместе с генералом были убиты два офицера и пять рядовых.

Упомянутую выше 161-ю дивизию принял генерал-майор Карл-Альбрехт фон Гроддек (Karl-Albrecht von GRODDECK). Но дивизия не провоевала с новым командиром и двух недель. 28 августа фон Гроддек был ранен осколками авиабомбы. Раненого эвакуировали в Полтаву, затем в Рейх. Не смотря на усилия врачей, генерал скончался 10 января 1944 года в Бреслау.

15 октября 1943 года началось наступление 65-й армии Центрального фронта на лоевском направлении. Мощный огонь советской артиллерии нарушил линии связи немецких войск, оборонявшихся на данном участке. Генерал-лейтенант Ганс Камеке (Hans KAMECKE), командир 137-й пехотной дивизии выехал на командный пункт 447-го пехотного полка, чтобы лично сориентироваться в обстановке складывающейся в ходе начавшегося масштабного наступления русских. На обратном пути южнее населенного пункта Колпен машина генерала была атакована советскими штурмовиками. Камеке и сопровождавший его офицер связи обер-лейтенант Майер получили тяжелые ранения. Утром следующий день генерал скончался в полевом госпитале. Интересно, что генерал-лейтенант Камеке был вторым и последним штатным командиром 137-й дивизии во Вторую Мировую войну. Напомним, что первый командир, генерал-лейтенант Фридрих Бергманн, был убит в декабре 1941 года под Калугой . А все остальные офицеры, командовавшие дивизий, носили приставку «исполняющий обязанности», пока 9 декабря 1943 года соединение не было окончательно расформировано.

29 октября 1943 года немецкие войска вели упорные бои в районе Кривого Рога. Во время проведения одной из контратак осколками разорвавшегося снаряда были ранены командир 14-й танковой дивизии генерал-лейтенант Фридрих Зиберг (Friedrich SIEBERG) и его начальник штаба оберст-лейтенант фон дер Планитц. Если ранение Планицта оказалось легким, то генералу не повезло. Хотя его срочно доставили на самолете «физилер-шторьх» в госпиталь №3/610, но, не смотря на все усилия врачей, Зиберг скончался 2 ноября.

6 ноября 1943 года скончался от полученного накануне ранения, командир 88-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Генрих Ротт (Heinrich ROTH). Его дивизия в это время вела тяжелые бои с советскими войсками, штурмовавшими столицу Советской Украины – Киев.

Генерал-майор Макс Ильген (Max ILGEN), командир 740-го соединения «восточных» войск, числится пропавшим без вести 15 ноября 1943 года в районе Ровно. Генерала в результате дерзкой операции выкрал из его же собственного особняка в Ровно легендарный советский разведчик Николай Иванович Кузнецов, действовавший под именем обер-лейтенанта Пауля Зиберта. В связи с невозможностью переправить пленного Ильгена на советскую территорию, после допроса он был убит на одном из окрестных хуторов.

19 ноября 1943 года авиация Черноморского флота и 4-й Воздушной армии нанесла самый мощный с начала войны удар по военно-морской базе противника. Базой этой был порт Камыш-Бурун на крымском берегу Керченского пролива. С 10.10 до 16.50 по базе отработали шесть «петляковых» и 95 штурмовиков, действия которых обеспечивали 105 истребителей. Несколько быстроходных десантных барж в результате налета были повреждены. Но только этим потери противника от нашего удара не ограничились. Именно в этот день, командующий ВМС Германии на Черном море («Адмирал Черного моря») вице-адмирал Густав Кизерицки (Gustav KIESERITZKY) решил посетить Камыш-Бурун и наградить экипажи БДБ, успешно блокирующих советский плацдарм в районе Эльтигена. На подъезде к базе автомобиль, в котором кроме адмирала, его адъютанта и водителя, находилось еще два офицера ВМС, атаковала четверка «илов». Трое, включая Кизерицки, погибли на месте, двое получили тяжелые ранения. По мнению А.Я. Кузнецова, автора книги «Большой десант», флот противника на Черном море обезглавила одна из четырех четверок 7-го гвардейского штурмового полка 230-й ШАД 4-й Воздушной армии. Отметим также, что Кизерицки стал первым адмиралом Кригсмарине, погибшим на Восточном фронте.

27 ноября 1943 года севернее Кривого Рога погиб исполняющий обязанности командира 9-й танковой дивизии полковник Йоханнес Шульц (Johannes SCHULZ). Посмертно ему было присвоено звание генерал-майора.

9 декабря 1943 года завершилась боевая карьера генерал-лейтенанта Арнольда Желински (Arnold SZELINSKI), командира 376-й пехотной дивизии. Подробности его гибели нами не установлены.

Третий военный год принес как количественные, так и качественные изменения в структуру потерь немецкого генералитета на советско-германском фронте. За 1943 год эти потери составили 33 человека погибшими и 22 человека пленными (все пленены в Сталинграде).

Из числа безвозвратных потерь, погибли в бою 24 человека (считая полковника Шульца, командира дивизии, которому генеральское звание было присвоено посмертно). Примечательно, что если в 1941 и 1942 годах от ударов с воздуха погибли только по одному немецкому генералу, то за 1943 год – уже целых шесть!

В остальных девяти случаях причиной стали: несчастные случаи – два человека, самоубийства – три человека, «дружественный огонь» – один человек, двое пропали без вести, а ещё один был убит после пленения в немецком тылу партизанами.

Отметим, что среди потерь по небоевым причинам отсутствуют умершие из-за болезней, а причиной всех трех самоубийств было нежелание оказаться в советском плену.

Немецкие генералы, погибшие на советско-германском фронте в 1943 г.

Имя, звание

Должность

Причина гибели

генерал-лейтенант Мартин Вандель

Командир 24-го танкового корпуса

Возможно погиб в ближнем бою

генерал-лейтенанта Арно Яар

И.о. командира 24-го танкового корпуса, командир 387-й пд

Возможно самоубийство

генерал-лейтенант Карл Эйбл

И.о. командира 24-го танкового корпуса, командир 385-й пд

Ближний бой с союзными итальянскими частями

генерал-лейтенант Александр фон Хатманн

Командир 71-й пд

Ближний бой

генерал-лейтенант Рихард Штемпель

Командир 371-й пд

Самоубийство

генерал-лейтенант Альфред Бенч

Командир 82-й пд

Не установлена. Умер от ран

генерал-лейтенант Адольф Лехнер

Командир 377-й пд

Пропал без вести

генерал-лейтенант Гюнтер Ангерн

Командир 16-й тд

Самоубийство

генерал Андреас Небауэр

Командир 323-й пд

Ближний бой

генерал-майор Эрнст Хацциус

Командир 46-й пехотной дивизии

Авиационный налет

генерал пехоты Вальтер Грайсснер

Командир 12-го армейского корпуса

Не установлена. Умер от ран

обергруппенфюрер СС Теодор Эйке

Командир панцер-гренадерской дивизии СС «Мертвая голова»

Погиб в сбитом самолете

генерал-инженер Ханс Фишер

штаб 1-го Воздушного флота

Авиакатастрофа

генерал-лейтенант Людвиг Левенек

Командир 39-й пд

Погиб в автомобильной аварии

генерал-лейтенант Эрнст Рупп

Командир 97-й егерской дивизии

Авиационный налет

генерал-лейтенант Фридрих Шмидт

Командир 50-й пд

Подрыв на мине

генерал-майор Вальтер фон Хюнерсдорф

Командир 6-й тд

Ранен снайпером. Умер от полученной раны

генерал-лейтенант Рихард Мюллер

Командир 211-й пд

Не установлена

генерал-лейтенант Вальтер Шиллинг

Командир 17-й тд

Не установлена

генерал пехоты Ганс Цорн

Командир 46-го танкового корпуса

Авиационный налет

генерал-лейтенант Густав Шмидт

командир 19-й тд

Ближний бой

генерал-лейтенант Герман Кресс

Командир 4-й гпд

Убит снайпером

генерал-майор Карл Шухард

Командир 10-й зенитно-артиллерийской бригады

Не установлена

генерал-лейтенант Генрих Рекке

Командир 161-й пд

Пропал без вести

генерал-лейтенант Курт Реннер

Командир 174-й резервной дивизии

Ближний бой с партизанами

генерал-майор Карл-Альбрехт фон Гроддек

Командир 161-й пд

Ранен в ходе авиационного налета. Умер от ран

Генерал-лейтенант Ганс Камеке

Командир 137-й пд

Авиационный налет

генерал-лейтенант Фридрих Зиберг

Командир 14-й тд

Ранен в ходе артналета. Умер от ран.

генерал-лейтенант Генрих Ротт

Командир 88-й пд

Не установлена

Генерал-майор Макс Ильген

Командир 740-го соединения «восточных» войск

Убит после пленения партизанами

вице-адмирал Густав Кизерицки

Командующий ВМС Германии на Черном море

Авиационный налет

Полковник (посмертно генерал-майор) Йоханнес Шульц

и.о. командира 9-й тд

Не установлена

генерал-лейтенант Арнольд Желински

Командир 376-й пд

Не установлена

– Geschichte der 121. ostpreussischen Infanterie-Division 1940-1945/Tradizionverband der Division – Muenster/Frankfurt/Berlin, 1970 – S. 24-25

Нам не удалось сделать адекватный обратный перевод названия упоминаемого населенного пункта с немецкого на русский.

Husemann F. Die guten Glaubens waren – Osnabrueck – S. 53-54

Национальный архив США Т-314 roll 1368 frame 1062

Национальный архив США Т-314 roll 1368 frame 1096

Вохмянин В.К., Подопригора А.И. Харьков, 1941-й. Часть 2: Город в огне. – Харьков, 2009 – С.115

ЦАМО Ф. 229 Оп. 161 единица хранения 160 «Штаб ВВС Юго-Западного фронта. Оперативная сводка к 04.00 21.11.1941 г.».

Hartmann Ch. Wehrmacht im Ostkrieg – Oldenburg, 2010 – S. 371

Ibid.

Meyer – Detring W. Die 137. Infanterie – Division im Mittelabschnitt der Ostfront – Eggolsheim, o.J. – S.105-106

Национальный архив США Т-312 roll 1654 frame 00579

По какой-то причине при этом указывается неверный номер корпуса – 37-й ак.

Национальный архив США Т-311 roll 106 «Поименные потери офицерского состава Гр. А «Север» с 1 октября 1941 г. по 15 марта 1942 г.»

Именно так, по-армейски, а не званием войск СС, звание Шульце указано в документе.

Национальный архив США Т-311 roll 108 «Потери 18-й армии и 4-й танковой группы с 22 июня по 31 октября 1941 г.»

Хроника Великой Отечественной войны Советского Союза на Черноморском театре – Вып. 2 – М., 1946 – С.125

Scherzer V. 46. Infanterie-Division – Jena 2009 – S.367

Следует отметить, что «ратой» немцы могли назвать любой советский самолет, а не только И-16

Saenger H. Die 79. Infanterie– Division, 1939 – 1945 – o.O, o.J. – S. 58

Einsatzgruppen der Sicherheitspolizei und des SD – оперативная группа специального назначения службы безопасности СД. На территории СССР к задачам оперативных и специальных групп были отнесены: выявление и ликвидация партийного и комсомольского актива, проведение розыскных мероприятий и арестов, уничтожение советских партийных работников, сотрудников НКВД, армейских политработников и офицеров, борьба с проявлениями антигерманской деятельности, захват учреждений, имеющих картотеки и архивы, и т.д.

К званию генерал-майора полковник Хипплер был представлен 8 апреля 1942 года

Pape K. 329. Infanterie-Division – Jena 2007 – S.28

К званию генерал-майора полковник Фишер был представлен 8 апреля 1942 года

Hinze R.: Bug – Moskwa – Beresina – Preußisch Oldendorf,1992 – S.306

Spektakular – сенсационный, привлекающий внимание

Ju-52 (зав. номер 5752, борт. номер NJ+CU) из состава KGrzbV300, пилот унтер-офицер Герхард Отто.

Заблотский А.Н., Ларинцев Р.И. «Воздушные мосты» Третьего рейха – М., 2013 – С.71

В немецких документах в этот день числится потерянным от воздействия противника Fi156 из 62-го отряда связи (зав. номер 5196), пилот обер-фельдфебель Эрхард Земке – ВА-МА RL 2 III/1182 S. 197. Правда, в некоторых источниках фамилия пилота приводится иная – Линке.

Boucsein H. Halten oder Sterben. Die hessische 129. ID in Russland und Ostpreussen 1941-1945 – Potsdam, 1999 – S.259

Национальный архив США Т-315 roll791 frame00720

Graser G. Zwischen Kattegat und Kaukasus. Weg und Kaempfe der 198. Infanterie-Divivsion – Tubingen, 1961 – S. 184-185

Pohlman H. Die Geschichte der 96. Infanterie-Division 1939-1945 – Bad Nacheim, 1959 – S.171

Durchgangslager (Dulag) 151

Schafer R.-A. Die Mondschein – Division – Morsbach, 2005 – S. 133

Национальный архив США Т-314 Roll357 Frame0269

Die 71.Infanterie-Division 1939 – 1945 – Eggolsheim, o.J. – S.296

Национальный архив США NARA T-314 roll 518 fram 0448

Scherzer V. 46.Infanterie – Division – Jena, 2009 – S.453

Заблотский А., Ларинцев Р. Потери немецкого генералитета на советско-германском фронте в 1942 г. «Арсенал-Коллекция». 2014, №5 – С.2

Военный архив ФРГ BA-MA RL 2 III/1188 S. 421-422

Время указано московское

Национальный архив США NARA T-312 roll 723

Национальный архив США NARA T-314 roll 1219 fram 0532

Замулин В.Н. Забытое сражение на Курской дуге – М., 2009 – С.584-585

Там же – С.585-586

Braun J. Enzian und Edelweiss – Bad Nauheim, 1955 – S.44

Kippar G. Die Kampfgescheen der 161. (ostpr.) Infanterie – Division von der Aufstellund 1939 bis zum Ende – o.O., 1994 – S. 521, 523

Kippar G. Op.cit., S. 578

Заблотский А., Ларинцев Р. «Чертова дюжина» Потери генералов вермахта на советско-германском фронте в 1941 г. «Арсенал-Коллекция». 2014, №3 – С.18

Meyer– Detring W. Die 137. Infanterie – Division im Mittelabschnitt dr Ostfront – Eggolsheim, o.J.– S. 186-187

Grams R. Die 14. Panzer-Division 1940 – 1945 –Bad Nauheim, 1957 -S. 131

Время указано московское

Кузнецов А.Я. Большой десант – М., 2011 – С. 257-258

4) Комбриг Афанасий Николаевич РЫЖКОВ (1901 - неизвестно). С января 1942 года командовал 355-й стрелковой дивизией. В немецкий плен попал в июле 1942 года. После освобождения успешно прошел фильтрацию и был восстановлен в рядах армии. В 1950 году уволен в отставку.

5) Комбриг Иван Георгиевич БЕССОНОВ (1904–1950). Начальник штаба 519-й стрелковой дивизии. 26 августа 1941 года, при выходе из окружения, сдался в плен. Активно сотрудничал с немцами. В мае 1945 года передан советским властям и арестован. На суде Бессонов признал свою вину в измене Родине и просил учесть его добровольную явку с повинной. 19 апреля 1950 года приговорен к высшей мере наказания и в тот же день расстрелян. Не реабилитирован.

6) Комбриг Михаил Васильевич БОГДАНОВ (1897–1950). В январе 1940 года назначен начальником артиллерии 8-го стрелкового корпуса. В плен попал при попытке выхода из окружения в районе Умани. Весной 1942 года в Хаммельбурге начал свое сотрудничество с врагом. Осенью 1944-го получил чин генерал-майора РОА и был назначен на должность начальника артиллерийского отдела. 8 мая 1945-го сдался советским войскам в Чехословакии. В 1950 году приговорен к высшей мере наказания. 19 апреля расстрелян. Не реабилитирован.

7) Андрей Никитич СЕВАСТЬЯНОВ (1887–1947) сдался в немецкий плен, как комбриг. На самом деле комбригом он не был. Участник Первой мировой и Гражданской войн. В Красную армию вступил в 1918 году. После демобилизации в 1924 году работал бухгалтером. Трижды привлекался к уголовной ответственности (за спекуляцию золотом и валютой, а также дважды за растрату). От следствия скрылся, нелегально проживал в Москве. С началом войны записался в ополчение, выдав себя за артиллерийского специалиста. Был назначен на должность начальника артиллерии 266-й дивизии. Со слов самого Севастьянова, хотя в воинском билете у него была запись о принадлежности к среднему административному звену, командир дивизии направил в штаб Московского округа аттестационные документы на присвоение ему звания капитана. Однако по приказу начальника артиллерии 21-й армии он надел знаки различия комбрига. 18 августа 1941 года дивизия отправилась на фронт, а через месяц сдался в плен, как комбриг. Уже в плену выдал себя за генерал-майора. Активно сотрудничал с врагом. В октябре 1943 года был зачислен в офицерский резерв школы пропагандистов в чине генерал-майора РОА. Приговорен Военной коллегией Верховного Суда СССР к высшей мере наказания 10 февраля 1947 года. В своем последнем слове Севастьянов сказал: "Мне уже шестьдесят лет. Одной ногой стою в могиле. Оправдаться мне нечем, да и глупо и смешно. Поступил как мальчишка. За свои преступления я подлежу расстрелу, но все же прошу снисхождения".

8) Комдив Александр Дмитриевич СОКОЛОВ (1898–1941). Участник Первой мировой, Гражданской и советско-финской войн. Подпоручик Русской армии. В Красную армию вступил в 1918 году. В 1939 году, будучи начальником штаба 9-й армии, был отстранен от должности и понижен в звании до полковника. Только в 1940-м ему вернули звание комдива. В марте 1941 года назначен командиром 16-го механизированного корпуса. В начале войны командовал Бердичевской группой войск. В августе 1941-го попал в плен, где умер от ран. Награжден орденом Красного Знамени.

5

Таким образом, из 75 советских генералов, взятых в плен во время Великой Отечественной войны, в 1941 году были пленены 54 генерала, в 1942-м - 15 генералов, в 1943-м - 5 генералов и в 1944-м - 1 генерал.

Из общего числа пленных генералов только 6 из них были генерал-лейтенантами, а остальные - генерал-майорами.

Всего за время войны в плен попали:

1 - заместитель командующего фронтом (по совместительству командующий армией);

1 - начальник штаба фронта;

6 - командующих армиями (один из них не успел приступить к своим обязанностям);

3 - начальника штаба армии;

1 - заместитель командующего армией;

4 - начальника артиллерии армии;

1 - начальник автобронетанковых войск армии; 1 - начальник военных сообщений армии;

16 - командиров корпусов (в том числе 2-х механизированных и 2-х кавалерийских, остальные стрелковые);

1 - заместитель командира корпуса;

2 - начальника штаба корпуса;

2 - начальника артиллерии корпуса;

1 - начальник снабжения корпуса;

1 - командир бригады;

1 - профессор академии;

1 - начальник училища;

1 - командующий ВВС армии;

30 - командиров дивизий (в том числе 2-х моторизованных, 3-х горнострелковых, 2-х танковых, 1-й кавалерийской и 1-й народного ополчения, остальные стрелковые);

1 - заместитель командира дивизии.

По национальному признаку 62 генерала были русскими, 4 - украинцами, 1 - белорус, 2 - татарина, 2 - еврея, 1 - грузин, 1 - армянин, 1 - русский немец, 1 - эстонец.

Только более 30 генералов из 75 окончили военные академии и имели высшее военное образование: 4 окончили Военную академию Генштаба, более 20 - общевойсковую академию и только 5 - другие академии.

Среди 75 генералов насчитывалось всего 25 офицеров Русской армии и более 40 участников Первой мировой и Гражданской войн.

Самым молодым генералом, оказавшимся в немецком плену, был П.Г. Новиков, командир 109-й стрелковой дивизии и временно исполняющий обязанности командующего Севастопольским оборонительным районом (35 лет), а самым пожилым - профессор Военной академии Генштаба Д.М. Карбышев (61 год).

Из плена сумели убежать только 6 генералов, а 24 генерала погибли в неволе.

Из 75 генералов на сегодняшний день не реабилитированы только 12 генералов, что по самым разным причинам оставляет их в списке предателей своего Отечества.

Кроме 75 генералов в немецкий плен попали 5 лиц высшего политического состава Красной армии: 3 - бригадных комиссара, 1 - дивизионный комиссар и 1 - корпусной комиссар (кроме одного предателя, все они погибли). Также в немецкую неволю угодили 6 - комбригов и 1 - комдив (2 - погибли, 2 - были восстановлены в армии после освобождения из плена и 2 - оказались предателями, а 1 - обвинен в измене Родине, но после смерти реабилитирован), 1 - бригадный врач и 1 - майор государственной безопасности (не реабилитирован).

6

Судьбы 75 советских генералов, оказавшихся в немецком плену в годы Великой Отечественной войны, вполне, без всяких прикрас и надуманной лжи, отражают ее суть.

1941 год… За период с 22 июня по декабрь в плен попало 54 генерала. И эта цифра логична, потому что произошли крупные, катастрофические поражения фронтов. Как точно подмечал Д.А. Волкогонов, "лето сорок первого было особенно жестоким". Оно действительно было катастрофическим, жестоким, страшным. Огромные массы бойцов и командиров Красной армии попали в окружение. Одни из них погибали, другие сумели выйти к своим, а третьи были захвачены в плен. К слову сказать, уже в 1941 году в немецком плену оказались миллионы советских воинов. Все тот же Волкогонов подчеркивает, что за три недели войны "около 30 дивизий фактически перестали существовать и около 70% потеряли более 50% личного состава; уничтожено около трех с половиной тысяч самолетов, более половины складов горючего и боеприпасов". Уже тогда становилось ясно, что война будет кровавой и долгой.

Неудачи 1942 года были хотя и менее катастрофическими, однако в плен попали 15 советских генералов. Это и "барвенковский котел" под Харьковом, откуда удалось вырваться менее десятой части окруженных. Это и окружение 2-й ударной армии под Любанью. Это и последнее дыхание обороны Севастополя. Это и провал Ржевско-Сычевской операции…

В переломный 1943 год, открывший прямую дорогу к Великой Победе от Сталинградской операции к битве за Днепр, в плен угодили только 5 советских генералов.

В начале завершающего периода войны (1944 г. - были прорваны мощные оборонительные рубежи и разгромлены войска вермахта под Ленинградом и Новгородом, на Правобережной Украине и в Крыму, в Белоруссии и Молдавии, в Прибалтике и Заполярье), когда Красная армия вышла на границы Восточной Пруссии, на Вислу и Карпаты, в плену оказался всего один советский генерал. Как мы помним, командир 51-го стрелкового корпуса генерал-майор И.М. Любовцев с группой офицеров попал под огневой налет и, лишившись левой руки, ноги, будучи раненным в голову, в бессознательном состоянии оказался в руках у немцев. Именно он и стал последним, 75-м, плененным советским генералом.

Плененные советские генералы - это еще и ответ на вопрос, почему мы победили в той войне. Победили потому, что на войне учились воевать у своего врага, изобретая все новые теоретические и практические формы и способы вооруженной борьбы. Победили потому, что война вычистила бездарностей и открыла широкий простор для полководческой деятельности талантливым военачальникам. Большинство советских генералов, оказавшись в плену, смогли с достоинством и честью выдержать испытания тяжелых условий лагерной жизни, изоляции, голода, издевательств и казней. 24 генерала, погибших в плену, 6 генералов, бежавших из плена, и еще 33 генерала, вернувшихся на родину в 1945-м, - яркое тому подтверждения. И только 12 из 75, поддавшись пропаганде, угрозам и эмоциям, встали на путь сотрудничества с врагом.

За годы Великой Отечественной в немецкий плен попали 78 советских генералов. 26 из них умерли в плену, шестеро бежали из плена, остальные после окончания войны были репатриированы в Советский Союз. Репрессированы были 32 человека.
Не все из них являлись предателями. На основании приказа Ставки от 16 августа 1941 г. «О случаях трусости и сдачи в плен и мерах по пресечению таких действий» были расстреляны 13 человек, еще восемь были приговорены к лишению свободы за «неправильное поведение в плену».

Но среди высшего офицерства нашлись и те, кто в той или иной степени добровольно избрал сотрудничество с немцами. Пятеро генерал-майоров и 25 полковников были повешены по делу Власова. Во власовской армии были даже Герои Советского Союза – старший лейтенант Бронислав Антилевский и капитан Семен Бычков.

Дело генерала Власова

О том, кем был генерал Андрей Власов, идейным предателем или идейным борцом против большевиков, спорят до сих пор. Он служил в Красной Армии с Гражданской войны, учился на Высших армейских командных курсах, продвигался по карьерной лестнице. В конце 30-х служил в Китае военным советником. Эпоху большого террора Власов пережил без потрясений – репрессиям не подвергался, даже, по некоторым сведениям, был членом военного трибунала округа.

Перед войной он получил орден Красного Знамени и орден Ленина. Этих высоких наград он был удостоен за создание образцовой дивизии. Власов получил под свое командование стрелковую дивизию, не отличавшуюся особой дисциплиной и заслугами. Ориентируясь на немецкие достижения, Власов потребовал неукоснительного соблюдения устава. Его заботливое отношение к подчиненным даже становилось предметом статей в прессе. Дивизия получила переходящее Красное Знамя.

В январе 1941 г. получил под командование мехкорпус, один из наиболее хорошо оснащенных в то время. В состав корпуса входили новые танки КВ и Т-34. Они создавались для наступательных операций, а в обороне после начала войны оказались не очень эффективны. Вскоре Власов был назначен командующим 37-й армией, защищавшей Киев. Соединения были разбиты, а сам Власов попал в госпиталь.

Он успел отличиться в битве за Москву и вошел в число самых прославленных командиров. Именно популярность позже сыграла против него – летом 1942 г. Власов, будучи командующим 2-й армией на Волховском фронте, попал в окружение. Когда он вышел к деревне, его выдал немецкой полиции староста, а прибывший патруль опознал его по фото в газете.

В Винницком военном лагере Власов принял предложение немцев о сотрудничестве. Изначально он являлся агитатором и пропагандистом. Вскоре он стал руководителем Русской освободительной армии. Он выступал с агитацией, вербовал пленных солдат. Были созданы группы пропагандистов и учебный центр в Добендорфе, существовали также отдельные русские батальоны, входившие в разные части немецких вооруженных сил. История Власовской армии как структуры началась только в октябре 1944 г. с создания Центрального штаба. Армия получила название «Вооруженные силы Комитета освобождения народов России». Сам комитет также возглавил Власов.

Федор Трухин – создатель армии

По мнению некоторых историков, например, Кирилла Александрова, Власов был больше пропагандистом и идеологом, а организатором и подлинным создателем власовской армии был генерал-майор Федор Трухин. Он был бывшим начальником Оперативного управления Северо-Западного фронта, профессиональным генштабистом. Сдался в плен вместе со всеми документами штаба. В 1943 г. Трухин был начальником учебного центра в Добендорфе, с октября 1944 г. занял пост начальника штаба Комитета освобождения народов России. Под его руководством были сформированы две дивизии, началось формирование третьей. В последние месяцы войны Трухин командовал находившейся на территории Австрии Южной группой вооруженных сил Комитета.

Трухин и Власов надеялись, что немцы передадут под их командование все русские части, однако этого не произошло. При почти полумиллионе прошедших через власовские организации русских на апрель 1945 г. его армия де-юре составляла примерно 124 тысячи человек.

Василий Малышкин – пропагандист

Генерал-майор Малышкин тоже входил в число соратников Власова. Оказавшись в плену из Вяземского котла, начал сотрудничать с немцами. В 1942 г. преподавал в Вульгайде на курсах пропагандистов, вскоре стал помощником начальника по учебной части. В 1943-м познакомился с Власовым, работая в отделе пропаганды Верховного командования вермахта.

У Власова он также работал как пропагандист, входил в президиум Комитета. В 1945 г. был уполномоченным на переговорах с американцами. После войны пытался наладить сотрудничество с американской разведкой, даже написал записку о подготовке командного состава Красной Армии. Но в 1946 г. все равно был передан советской стороне.

Генерал-майор Александр Будыхо: служба в РОА и побег

Во многом биография Будыхо напоминала власовскую: несколько десятилетий службы в Красной Армии, командные курсы, командование дивизией, окружение, задержание немецким патрулем. В лагере он принял предложение комбрига Бессонова и вступил в Политический центр по борьбе с большевизмом. Будыхо начал выявлять заключенных, настроенных просоветски, и выдавать их немцам.

В 1943 г. Бессонова арестовали, организацию расформировали, а Будыхо изъявил желание вступить в РОА и перешел в распоряжение генерала Гельмиха. В сентябре был назначен на должность штаб-офицера по подготовке и обучению восточных войск. Но сразу после того как он прибыл к месту службы в Ленинградскую область, два русских батальона сбежали к партизанам, перебив немцев. Узнав об этом, сбежал и сам Будыхо.

Генерал Рихтер – заочно приговоренный

Этот генерал-предатель по делу власовцев не проходил, но немцам помогал не меньше. Попав в плен в первые дни войны, он оказался в лагере для военнопленных в Польше. Против него дали показания 19 агентов немецкой разведки, пойманных в СССР. Согласно им с 1942 г. Рихтер возглавлял разведывательно-диверсионную школу абвера в Варшаве, а позже – в Вайгельсдорфе. Во время службы на немцев носил псевдонимы Рудаев и Мусин.

Советской стороной был приговорен к высшей мере наказания еще в 1943 г., но многие исследователи считают, что в исполнение приговор так и не был приведен, поскольку Рихтер без вести пропал в последние дни войны.

Власовские генералы были казнены по приговору Военной коллегии Верховного суда. Большая часть – в 1946 г., Будыхо – в 1950-м.

Загрузка...