Гороскоп. Гадания. Предсказания. Календарь. Праздники

Водоизмещение тяжелого крейсера. Общая оценка проекта. С увеличенным запасом провизии и пресной воды

Появление в германском флоте тяжелых крейсеров типа «Адмирал Хиппер» само по себе является интересной историей, показывающей, насколько причудливо могут изменяться морские доктрины, следуя иногда не вполне ясной на первый взгляд логике. Многие особенности кораблей этого типа, как удачные, так и неудачные, явились следствием не достижений или ошибок проектировщиков, а требований морской политики.

Непосредственно перед и в ходе Первой мировой войны развитие германских крейсеров строго следовало единой линии. После перехода на 150-мм калибр каждый следующий тип являлся лишь незначительным улучшением предыдущего; рост водоизмещения и скорости происходил медленно, а вооружение из семи-восьми орудий оставалось постоянным. Водоизмещение не превышало умеренные 5–6 тыс. т; близкими являлись и мореходные качества. Это дало возможность при относительно скромном числе единиц поддерживать однородность крейсерских отрядов, состоящих из новых кораблей. При этом каждый из них мог поспорить в бою с любым из британских соперников того же класса. После поражения Германии ситуация в кораблестроительном смысле изменилась мало. Ограничение водоизмещения крейсеров по Версальскому мирному договору 6000-тонным пределом вынудило конструкторов сохранить 150-мм артиллерию, размещенную, правда, в современных башенных установках.

Совершенно по-другому пошло развитие класса крейсеров в странах-победительницах. Великобритания создала в конце войны специально для борьбы с немецкими легкими крейсерами корабли со 190-мм артиллерией, названные именами моряков и политиков эпохи королевы Елизаветы. Их водоизмещение, подошедшее почти к 10 тысячам тонн, стало основой для Вашингтонских ограничений в этом классе. Британия, пожелав сохранить все 5 боевых единиц, явно выделявшихся из остальной массы как своих, так и зарубежных легких крейсеров, настояла на своем, но при этом попала в расставленную собой же ловушку. Все крупные морские державы, и в первую очередь Соединенные Штаты, приступили к постройке кораблей с именно максимально разрешенными параметрами: стандартным водоизмещением 10 ООО т («длинных» английских тонн по 1016 кг), вооруженных 8-дюймовой (203-мм) артиллерией и обладавших высокой скоростью хода - как правило, за 32 узла. При этом целый флот ранних английских легких крейсеров оказался бессильным перед «новым поколением», не оставлявшим им никаких шансов в бою.

Однако и с новым классом далеко не все было в порядке. Не имевшие никакого опыта в постройке больших скоростных единиц с мощной башенной 203-мм артиллерией, но с ограниченным водоизмещением, конструкторы всех стран вначале потерпели одну из самых жестоких неудач в истории военного кораблестроения. Первые серии «вашингтонских» крейсеров блистали почти полным отсутствием защиты, причем не только от своих собственных орудий, но и от 6-дюймовок, а в ряде случаев - даже от орудий эсминцев! Только через несколько лет удалось нащупать нужный баланс боевых элементов и технических решений, и следующее поколение «вашингтонцев», строившихся во второй половине 1930-х годов, явило немало примеров мощных боевых кораблей, не только хорошо вооруженных, но и солидно защищенных.

Официально Германия, скованная Версальским соглашением, не принимала никакого участия во всех «крейсерских гонках». Но именно она нанесла но новому классу, может быть, самый сокрушительный удар. «Карманные линкоры», вошедшие в строй одновременно с первыми из «вашингтонских» крейсеров, настолько превосходили их в бою, что послужили одной из причин появления более сбалансированных проектов второго поколения «вашингтонцев». «Дойчланды» с их шестью 283-мм орудиями не могли сделать со своими противниками только одного - догнать их, развивая максимум 27–28 узлов. Но этого и не требовалось от кораблей страны, поставившей во главу своей военно-морской доктрины рейдерские действия отдельных сильных единиц.

Казалось бы, что столь удачное решение должно было получить дальнейшее развитие - хотя бы в планах. Однако еще до прихода к власти Гитлера, во времена Веймарской республики немецкие морские деятели (все вышедшие из недр кайзеровского флота) мечтали о «большом флоте». А очередной «Флот Открытого моря» не мог обойтись без всех типов боевых кораблей, в том числе и ставших почти обязательными тяжелых крейсеров. Дизельные «карманники» же не вписывались в боевые порядки будущих эскадр, не обладая достаточной скоростью для разведки и прикрытия своих легких сил, а их огромная дальность оставалась бы невостребованной.

Первоначально отмена версальских ограничений казалась маловероятной, и аппетиты не простирались далее проектов все тех же 6-дюймовых кораблей. Тем более, что Англия и другие главные морские державы, неудовлетворенные своими «вашингтонскими» крейсерами, сделали резкий поворот в сторону именно таких единиц. Однако после 1933 года германский Морской штаб и главный творец его политики, адмирал Редер, более решительно обратились к идее тяжелого крейсера.

В самом начале 1934 года в Морском штабе были выработаны предварительные проектные требования к новому кораблю. Предполагалось, что он сможет состязаться в бою со всеми вероятными противниками (в числе которых особенно выделялся очень удачный, хотя и одиночный, французский «Альжери», находившийся в это время в постройке), но будет иметь скорость, позволяющую уйти от также находившихся на стапелях французских быстроходных линкоров (иногда классифицируемых как линейные крейсера) «Дюнкерка» и «Страсбурга», которые обещали стать самыми страшными охотниками за «карманными линкорами» и недостаточно быстрыми тяжелыми крейсерами. Кроме того, новый германский корабль предназначался и для традиционных рейдерских действий на океанских просторах.

Теперь немецкие инженеры встали перед той же проблемой, которая мучила их коллег в других странах несколько лет назад. Восемь 203-мм орудий, скорость в 32 узла и запас топлива на 12 ООО миль 15-узловым ходом надо было вместить во все те же 9000- 10 ООО т. Задача оказалась более чем сложной, поскольку традиционно предпочитавшие хорошо защищенные корабли немцы хотели иметь броню, как минимум эквивалентную 120-мм поясу и 80-мм палубе французского «Альжери».

Вскоре стало ясно, что чудес не бывает, и какими-то боевыми элементами придется поступиться. Первоначально обратились к снижению калибра орудий. Но установка 12 150-мм пушек вместо 8 203-мм давала экономию веса в лучшем случае 550 т, тогда как тяжелый крейсер сразу же переставал быть «тяжелым», заметно проигрывая в бронепробиваемости. Тогда решение попытались найти в промежуточном, 190-мм калибре. В мае 1934 года состоялось совещание под председательством Редера, на котором тщательно обсуждались преимущества и недостатки 190-мм и 203-мм калибров (и это при том, что оба калибра полностью запрещались по условиям Версаля!). Конец спорам положил сам председатель, заметивший, что экономия в весе на 8 орудиях и их боезапасе составит при меньшем калибре менее 100 т, тогда как будущее принадлежит именно восьми-дюймовкам.

После этого совещания темп разработки заметно ускорился, хотя при тщательном подходе немецкие конструкторы все более и более убеждались в том, с чем уже примирились их коллеги из других стран: невозможности совместить желаемые защиту, скорость и вооружение в пределах 10 тыс. т. Формально Германия не являлась объектом ограничений Вашингтонской конференции, но лишь постольку, поскольку была стиснута гораздо более жесткими рамками Версаля, поэтому в своих «фантазиях» могла превысить и 10-тысячный предел с такой же легкостью, как и 6-тысячный, но при этом возникал вопрос стоимости. Кроме того, только что пришедший к власти Гитлер хотел выглядеть респектабельным, и в его планы одно время входило даже присоединение Германии к международным морским соглашениям, Вашингтонскому и Лондонскому, но только в качестве полноправного члена. В силу столь сложной совокупности обстоятельств официально проект оставался «10 000-тонным», и первоначально этот предел превышать не предполагалось.

Война закончилась 2 сентября 1945 года, и перед победителями сразу встал вопрос: а что же делать с оставшимися в наследство огромными флотами? Впрочем, если говорить честно, эта проблема стояла лишь перед двумя державами: Великобританией и Соединенными Штатами, остальные, подсчитав свои потери, выяснили, что флота у них, собственно, и не осталось. В первую очередь это относится к Франции и Советскому Союзу, первая «героически» затопила весь свой флот в Тулоне, а второй… Правда, у Сталина еще до войны имелись большие амбиции, но не большой флот, да и их изрядно потрепали летчики Люфтваффе.

Первой за дело взялась Великобритания, для ее расшатанной экономики содержание флота было камнем на шее утопающего. «Владычица морей» была вынуждена признать, что отныне ее флот будет достаточно сильным, но всего лишь второразрядным, состязаться с Соединенными Штатами теперь было просто немыслимо. И никакие международные договора этого уже изменить не могли.

Первыми отправились на слом старые линкоры, пережившие свое время, за ними последовали и крейсера. Это не удивительно, ведь даже недостроенные авианосцы типа «Колоссус», и те пришлось пристраивать по всему свету, благо еще нашлись охотники. Тяжелые крейсера ненадолго задержались после окончания войны, хотя один из них успел отличиться, но не так, как ранее это делали британские крейсера.

Зато легкие крейсера пошли по рукам. Сложно сказать, как именно, но англичане в 1948 году как-то сумели всучить индийцам старый-престарый «Ахиллес», получивший название «Дели». Позднее в Индию отправилась «Нигерия», «Ньюфаундленд» и «Цейлон» пошли в Перу, «Диадем» – в Пакистан, «Роялист» – в Новую Зеландию.

А что с новыми кораблями? Да ничего. История развития крейсеров Королевского флота завершилась. В конце войны были подготовлены проекты больших современных крейсеров, спроектированных с учетом опыта Тихоокеанской войны, однако они так и остались на бумаге. Более того, из уже заложенных 5 крейсеров типа «Тайгер» были достроены всего 3, да и то с большой задержкой – работы возобновились только в 1954 году. Вдобавок они превратились в крейсера-вертолетоносцы, что было вполне разумно, так как эпоха артиллерийских кораблей завершилась. Поэтому остался на бумаге и проект крейсера, подготовленный в 1947 году.

Французы, как мы уже говорили, достроили в варианте ПВО крейсер «Де Грасс» и построили первый и последний в истории «keel-built» крейсер ПВО «Кольбер». То есть две ведущие морские державы больше не заложили ни одного артиллерийского крейсера.

Соединенные Штаты поступили точно так же, как их европейские союзники. На слом пошли все корабли довоенной постройки, достаточно быстро американский флот избавился и от более новых легких крейсеров. Задержались тяжелые крейсера, они имели большое водоизмещение, а потому обладали запасом для модернизации. Американцы достроили заложенные в 1945 году тяжелые крейсера типа «Де Мойн», а входящий в эту серию «Ньюпорт Ньюс» стал единственным артиллерийским крейсером, заложенным на Западе после окончания войны, точнее 1 октября 1945 года.

Зато совсем иначе действовало командование советского флота. Сначала были достроены 5 крейсеров проекта 68-К, хотя большинство историков утверждают, что проект крейсера был откорректирован (отсюда и появилась литера К) с учетом опыта войны, на самом деле это не вполне соответствует истине. Уже в самом начале 1950-х годов на Западе перешли к установке в качестве зениток 76-мм автоматов, сочтя, что даже 40-мм автоматы не слишком действенны против современных самолетов. Крейсера проекта 68-К имели всего лишь 8 100-мм универсальных орудий и массу 37-мм автоматов. А ведь эти автоматы нельзя было сравнить ни с британскими «Хаземайер-Бофорсами», ни с американскими Mk 2 с постом управления Mk 63, так как обе эти установки имели индивидуальное радиолокационное наведение. То есть, даже по меркам 1945 года, «Чапаев» был беззащитен при нападении с воздуха. Вспомним, что на «Ямато» стояло в общей сложности около 200 стволов зенитной артиллерии, но сильно это ему помогло?

И уже совершенно странно выглядит решение строить крейсера проекта 68-бис. Ладно, на строительстве монстров проекта 82 настаивал лично Сталин, но кто заставлял адмирала Кузнецова заказывать заведомо устаревшие легкие крейсера? К ним-то Иосиф Виссарионович не питал нездорового пристрастия. Есть доля истины в словах Хрущева про Кузнецова: «Он хочет выиграть завтрашнюю войну оружием вчерашней», но Хрущев немного ошибся, надо было сказать «оружием позавчерашней войны». Головной крейсер этой серии «Свердлов» был заложен 15 октября 1949 года, и смешно выглядят рассуждения советских теоретиков об артиллерийских боях на предельных дистанциях и «превосходстве» «Свердлова» над американским «Кливлендом» в таком столкновении, а также причитания о волюнтаризме Хрущева, отправившего эти корабли на слом. Это сродни плачу Ярославны о горькой судьбе отправленных на слом в 1920-х годах линейных крейсерах типа «Измаил». Советскому Союзу было мало иметь танков больше, чем у всего остального мира, вместе взятого, так еще легкие крейсера в такой же пропорции потребовалось завести, ведь адмиралы намеревались построить целых 25 единиц. Зачем?!

Видимо, чтобы потешить воспаленное самолюбие, наши историки принялись рассказывать разнообразные басни о черной зависти англичан, которую вызвали несравненные качества этих крейсеров. Тут и сказки о погибшем водолазе, обследовавшем подводную часть «Свердлова» во время его визита в Англию, и басня про какую-то сверхмалую подводную лодку, погибшую в районе Балтийска (Пиллау). Господи, вы всерьез будете утверждать, что легкий водолаз сумеет снять теоретический чертеж подводной части корпуса, да еще в ночное время, если верить россказням?!

Впрочем, в первые послевоенные годы во всех флотах еще действовали крейсера старых проектов. Большая морская война стала невозможна, а в малых конфликтах недостатки старых кораблей не проявлялись слишком явно.


Да, в мелких войнах и конфликтам крейсерам еще пришлось поучаствовать. 20 апреля 1949 года английский фрегат «Аметист» отправился из Шанхая вверх по Янцзы, чтобы сменить эсминец «Консорт», охранявший британское посольство в Нанкине. Совершенно неожиданно он был обстрелян артиллерией китайских коммунистов. Один из снарядов попал в мостик, смертельно ранив капитана и ранив рулевого, в результате шлюп сел на мель возле острова Роуз. Корабль еще успел послать радиограмму, сообщив, что сел на мель и имеет большие потери, как новыми попаданиями был разрушен генераторный отсек, носовые установки больше не могли поворачиваться. Кормовая успела дать несколько выстрелов, но была разбита прямым попаданием. После этого раненый старший помощник лейтенант Уэстон приказал прекратить огонь и эвакуировать экипаж на южный берег реки, занятый гоминьдановцами. Всего английский экипаж потерял 22 человека убитыми и 31 ранеными.

На помощь прибыл «Консорт», который также был обстрелян, хотя нес целых семь британских флагов. Ответным огнем эсминца батареи коммунистов были принуждены к молчанию, после чего «Консорт» попытался стащить «Аметист» с мели. Попытка не удалась, а на эсминце в результате обстрела погибло 10 человек и еще 3 было ранено, и он был вынужден ретироваться.

В результате 25 апреля вверх по реке двинулся тяжелый крейсер «Лондон» под флагом вице-адмирала Мэддена и фрегат «Блэк Суон». Мэдден надеялся, что китайцы проявят сдержанность при виде тяжелого крейсера, но коммунисты обстреляли и его. «Лондон» ответил из всех орудий и сам получил несколько попаданий. Погибло еще 13 человек и 30 было ранено. Фрегат так и остался на мели, а поврежденный крейсер отправился в Англию, где и пошел на слом. Лишь 30 июля «Аметист» снялся с мели и полным ходом помчался вниз по реке мимо китайских батарей. 11 августа он наконец-то присоединился к британским кораблям в Гонконге.

Кстати, китайцы долгое время утверждали, что «Аметист» первым открыл огонь, и лишь в 1988 году признали, что это была их провокация. Еще одна интересная деталь. Корабельный кот «Аметиста» Саймон был серьезно ранен во время обстрела, но врач перевязал его раны, и кот остался на боевом посту. Во время долгой вынужденной стоянки фрегат был атакован множеством крыс, и Саймон героически отбивал все их вылазки. За свой героизм кот был награжден Медалью Дикин (высшей британской наградой для животных на военной службе) и медалью общества Голубого Креста (специальной наградой для животных, учрежденной в Великобритании еще в 1897 году). Имя Саймона занесено на почетную доску в национальном мемориале в числе других отличившихся во время этого инцидента. Зато тяжелому крейсеру явно нечем было похвастать.

С Китаем связана и загадочная судьба легкого крейсера «Аурора», который англичане 19 мая 1948 года передали китайскому флоту в порядке компенсации за корабли, захваченные в Гонконге. Он был переименован в «Чунцин» и стал флагманом китайского флота, и даже принял участие в боях. Но в феврале 1949 года крейсер покинул Шанхай и 2 марта сдался в Вей Хай Вее коммунистам. Случай совершенно беспрецедентный в истории войны на море! Конечно, имели место отдельные случаи бегства небольших кораблей со всем экипажем, но вот чтобы целый крейсер…

Он тут же был переименован в «Чунцин». Не требуйте от меня деталей. Английские историки сообщают, что название «Chung King» было сменено на «Tchoung King», но было ли это разное иероглифическое написание – сказать не могу. Дальнейшие события тоже описываются странно. Вроде где-то в 20-х числах марта его потопила гоминьдановская авиация в порту Таку. Мы имеем лишь один несомненный факт – крейсер действительно оказался лежащим на борту возле причала в Таку. Позднее корабль был поднят с помощью советских специалистов, но в их воспоминаниях нет никаких указаний на повреждения крейсера. Можно предположить, что он либо был затоплен своей командой, либо просто перевернулся из-за халатности той же команды.

В строй бывшую «Аурору» уже не вводили, зато переименовали еще целых три раза: сначала в «Хуанхэ», потом в «Бейчжин», то есть «Пекин», и, наконец, в «Гуанчжоу». Где-то в 1960-х годах корабль был разобран на металл.


Буквально сразу после этого началась война в Корее, последняя война, в которой участвовали классические артиллерийские корабли. Между прочим, именно во время Корейской войны состоялся последний настоящий морской бой ХХ века, в котором участвовали крейсера. Нет, конечно, и позднее имели место разнообразные инциденты, например, в Тонкинском заливе или во время Фолклендской войны. Однако до сих пор нет полной ясности относительно происходившего у берегов Вьетнама, а возле Фолклендов английские корабли просто уничтожали переоборудованные рыбацкие суда, что к морским боям можно отнести только с колоссальными натяжками. Тем более что и там, и там самыми крупными кораблями были эсминцы.

Мы рассмотрим события, происходившие 2 июля 1950 года у восточного побережья Корейского полуострова, с обеих точек зрения. Особую пикантность описанию придает то, что мы используем недавно рассекреченную работу под грифом «Только для генералов и офицеров ВС СССР». Ее содержание во многом объясняет интеллектуальное убожество советского офицерского корпуса. Великая Отечественная война решительно ничему не научила советское руководство (помните, как Александр Покрышкин сбил Су-2 просто потому, что профиль «секретного» самолета не был доведен до простых летчиков?), и даже секретный учебник был нашпигован умолчаниями и откровенной ложью. Самый простой пример – в нем нет ни одного слова об участии советских летчиков в Корейской войне. Ну, а чему можно научиться, опираясь на бесстыдное вранье, мы видели не один раз.

Но воздушные дела нас не касаются, мы лишь отметим, что к этому времени уже вышли работы Кэрига и Пардона, Кэгла и Мэсона, поэтому можно было без труда уточнить состав сил противников, но советские авторы написали то, что написали.

Рано утром группа артиллерийской поддержки в составе американского крейсера «Джюно», британского крейсера «Ямайка» и британского фрегата «Блэк Суон» находилась недалеко от Чумунчжина. Союзники обнаружили отряд из 4 торпедных и 2 артиллерийских катеров КНДР и пошли на перехват. Крейсера открыли огонь с дистанции 55 кабельтовых, вскоре один торпедный катер был потоплен, второй потерял ход, третий выбросился на берег. Лишь четвертый катер сумел удрать, прикрывшись дымзавесой, «Ямайка» подобрала 2 пленных. После этого крейсера начали обстреливать позиции северокорейцев возле Каннына.

В изложении корейских историков этот первый и последний морской бой Корейской войны выглядит иначе. Дивизион морских охотников КНДР намеревался высадить небольшой десант в районе Чумунчжина. За час до выхода в море десанта базу покинуло звено торпедных катеров под командованием «мужественного командира Ли Гун Ока». Ночной поиск не дал результатов, но на рассвете на горизонте показались два американских крейсера и эсминец. К этому времени десант уже был высажен, и охотники присоединились к торпедным катерам.

Противник обнаружил катера, увеличил ход и пошел наперерез. Однако Ким Гун Ок сам решил атаковать противника, хотя не имел такого приказа: обнаружив американские крейсера и донеся об этом по радио, он уже выполнил свою задачу.

4 торпедных катера легли на боевой курс, дистанция быстро сокращалась. «Американцы открыли сильный заградительный огонь. То там, то здесь рвутся снаряды. Постепенно белые столбы разрывов приближаются к смельчакам. Вот катера подходят к зоне сплошного заградительного огня противника. Вот они, маневрируя на предельной скорости, прорываются сквозь огневую завесу. Противник переносит огонь, стремясь сорвать атаку катеров. Но поздно, цель совсем близка».

Шедший головным катер офицера Цой Ден Су выпустил торпеду с дистанции 5 кабельтовых, она взорвалась, серьезно повредив американский тяжелый крейсер. Хотя американский корабль маневрирует, пытаясь уклониться от торпед, офицер Ли Ван Гын добивается второго попадания в тяжелый крейсер, который получает большой крен.

Однако стрельба американцев тоже дает результат, так как катер офицера Як Кван И сначала загорается, а потом теряет ход. Получив еще несколько попаданий, он начинает тонуть. Затем на катере раздается сильный взрыв, а когда дым рассеивается, «на этом месте лишь плескались беспокойные волны». На других катерах к этому времени тоже имелись убитые и раненые.

Командир дивизиона морских охотников Ко Жун Мен приказал своим кораблям подойти ближе и открыть огонь по вражеским крейсерам. Разумеется, его пушки не могли нанести серьезного урона врагу, однако он надеялся отвлечь внимание американцев от торпедных катеров.

Ким Гун Ок решил повторить атаку, так как на катерах еще оставались торпеды. На этот раз первым шел катер Ким До Хена, на котором находился командир дивизиона. Он подошел к крейсеру вплотную и чуть не врезался в его борт, однако выпустить торпеду не сумел. Позднее выяснилось, что осколок снаряда повредил торпедный аппарат. Катер обстрелял крейсер из пулемета, а затем проскочил между поврежденным кораблем и эсминцем. Поставив дымовую завесу, он благополучно вышел из боя.

Американцы растерялись, чем воспользовался Ли Ван Гын. Он сумел приблизиться на дистанцию 3 кабельтова и выпустил торпеду, которая попала в цель. Крейсер содрогнулся и на глазах корейских патриотов начал погружаться.

За этот бой Ким Гун Ок и Ли Ван Гын получили звания Героев Корейской Народно-Демократической Республики.

А теперь третий вариант описания все того же самого боя – советский. В полночь 2 июля 4 торпедных катера вышли в море с целью поиска и уничтожения вражеских кораблей и в районе восточнее Чхумунджина обнаружили вражеские корабли. Отряд противника состоял из тяжелого крейсера типа «Балтимор», легкого крейсера типа «Ямайка» и эсминца. Катера находились на фоне темного берега, и потому противник не увидел их до самого пуска торпед. Внезапность обеспечила полный успех атаки, в тяжелый крейсер попали три торпеды, еще одна – в легкий крейсер. Оба корабля получили повреждения, но сумели вернуться в свои базы. Ответным огнем противника были потоплены два торпедных катера, третий выбросился на берег.

Атака торпедных катеров была проведена смело и решительно и увенчалась полным успехом. Моряки КНДР продемонстрировали высокий уровень боевой подготовки и мужество, выходя в точку залпа на дистанции не более 3 кабельтовых. Это подтверждается высоким процентом попаданий и тем, что все попавшие торпеды взорвались.

Ну, как вам понравились эти бредни?! Причем все три истории написаны, разумеется, на основе совершенно достоверных официальных архивных документов. Правда, про потопление крейсера «Балтимор» никто ничего не слышал, но это и является самым верным доказательством того, что он был уничтожен. Значит, американцам есть что скрывать, раз молчат!

Между прочим, на следующий день «Блэк Суон» действительно едва не вляпался в крупные неприятности, когда был внезапно атакован 2 штурмовиками, выскочившими со стороны берега из вечерней дымки. Фрегат не успел ни отреагировать, ни открыть огонь. Правда, все его повреждения ограничились парой очередей, хлестнувших по надстройкам, хотя могло кончиться гораздо хуже. Кстати, обратите внимание, опять «Блэк Суон»!

Последний выстрел в этой войне сделал тоже крейсер. Эта сомнительная честь принадлежит американскому тяжелому крейсеру «Сент-Пол». Уже было подписано соглашение о прекращении огня 27 июня 1953 года в 22.00, но крейсер дал последний залп в 21.59.


Когда завершилась Корейская война, настало время делать выводы, и они были плачевны для старых артиллерийских кораблей. С появлением реактивной авиации зенитная пушка больше в принципе не могла обеспечить надежную ПВО корабля. Наступило время ракет. И вот здесь сказалось то, что легкие крейсера не имели нужного модернизационного резерва, в первую очередь это относилось к небольшим крейсерам английской постройки. Ни один из них так и не был переделан в крейсер УРО. Даже относительно более крупные американские «Кливленды» оказались плохо приспособлены для этого, ведь приходилось соотносить стоимость затрат с получаемыми результатами. Можно было полностью выпотрошить корпус и набить его новым оружием, но тогда дешевле оказалось бы построить новый крейсер с нуля.

Однако до идеи ракетного крейсера советские флотоводцы дошли не сразу. Сначала начались заигрывания с проектами тяжелых крейсеров, появляется, к счастью, так и не реализованный проект 66 – крейсер с 220-мм орудиями. И наши морские гении совершенно всерьез начинают рассматривать перспективы его артиллерийской дуэли с «Де Мойном» на дистанциях более 200 кабельтовых. Это даже не бред, это полная и законченная шизофрения. Но этого мало: в 1954 году начинается разработка проекта 84, в котором моряки возвращаются к странному калибру 180 мм. Вдобавок повторяется ошибка, допущенная англичанами полвека назад, – тяжелое орудие пытаются превратить в универсальное, дав ему угол возвышения до 75 градусов. Некие лихие историки даже предполагают, что из него собирались сбивать разведчики U-2. В общем, адмиралы во главе с Кузнецовым попытались полным ходом устремиться в прошлое, и только волюнтаризм Хрущева сумел остановить их. Вообще о волюнтаризме дилетантов говорят много и по большей части плохое, но пару раз он приносил большую пользу военным флотам. Вспомним хотя бы волюнтаризм сэра Винни Черчилля, от которого Королевский флот не раз плакал кровавыми (в буквальном смысле) слезами. Но только авантюрист-дилетант мог начать строительство линкоров «Куин Элизабет», которые помогли англичанам выиграть две мировые войны на море. То же самое можно сказать о решении Хрущева прекратить строительство крупных артиллерийских кораблей. С этим он угадал, хотя чаще всего промахивался.

Началось все с переделки старых крейсеров, американцы подали пример, отправив на верфи около десятка кораблей. Как правило, с них снимали кормовые башни и устанавливали пусковые установки зенитных ракет «Терьер» и «Тейлос». По такому же пути пошел и советский флот, когда крейсер «Дзержинский» был перестроен по проекту 70-Э. Имеется только одно, зато очень существенное различие. Если на американском крейсере CAG-1 «Бостон» стояли две спаренные ПУ «Терьер», в погребах каждой из которых хранилось по 72 ракеты, то на «Дзержинском» спаренная установка М-2 имела боекомплект всего 10 ракет. Согласитесь, разница более чем существенная. Попытки установки самолетов-снарядов на крейсерах этого периода носили явно экспериментальный характер, и воспринимать их всерьез не стоит.

А вот после этого пути развития советских и американских ракетных крейсеров резко расходятся, если не в прямо противоположных направлениях, то как минимум в перпендикулярных. Появляются два совершенно различных класса кораблей, только по недоразумению объединенных в один, названный ракетным крейсером. Американцы начинают строить океанские эскортные корабли, тогда как советский флот получает корабли надводного боя, раз уж термин «ракетная дуэль» так и не прижился. Главным противником американских крейсеров становятся советские подводные лодки, главным противником советских – американские авианосцы.

30 июня 1958 года тяжелый крейсер СА-123 «Олбани» стал на верфь для переоборудования в ракетный крейсер. Это была уже не частичная переделка, а полная перестройка корабля, который потерял всю свою артиллерию. Вообще от него остались только корпус и машины, зато профиль изменился до неузнаваемости. Впервые американцы использовали массивные мачты-трубы.

Теперь крейсер был вооружен 2 спаренными установками ЗУР «Тейлос», 2 спаренными установками ЗУР «Тартар», 2 орудиями калибра 127 мм и – главное! – установкой на 8 противолодочных ракет АСРОК и 2 трехтрубными торпедными аппаратами калибра 324 мм для противолодочных торпед. Бывший тяжелый крейсер превратился в эскортный корабль, способный вести артиллерийскую дуэль не более чем с эсминцем. Этот корабль определил дальнейший магистральный пусть развития американских крейсеров.

Как мы уже отмечали, советский флот пошел совсем иным путем. В июне 1962 года в строй вошел ракетный эсминец проекта 58 «Грозный», который так же стал знаковым кораблем для советского ВМФ. Когда Хрущев в сопровождении министра обороны Малиновского посетил Северный флот, новый корабль произвел на него большое впечатление, он даже решил отправиться на нем с визитом в Англию. Но невместно для чести генерального секретаря ЦК КПСС кататься на каком-то эсминце, поэтому все 4 корабля были спешно переведены в крейсера, хотя при водоизмещении около 4500 тонн это выглядело странно. Подобные крейсера перестали строить полвека назад, но оружие «Грозного» было намного страшнее, чем имели когда-то эльсвикские крейсера.

Корабль имел 2 счетверенные пусковые установки противокорабельных ракет П-35, еще 8 запасных ракет хранились в надстройках, причем 2 ракеты имели ядерные боеголовки. Но к спаренной установке ЗРК «Волна» имелось всего лишь 16 ракет – снова в разы меньше, чем на американских кораблях. 2 спаренные 76-мм установки дополняли ПВО корабля. Противолодочное оружие было только ближним – 2 строенных торпедных аппарата и 2 двенадцатиствольных пусковых установки РБУ-6000. Хотя на всех схемах корабль изображается с вертолетом Ка-25 на корме, на самом деле машина базировалась на берегу и бралась только в перегруз.

Это самое слово «перегруз» определило и общий подход советских кораблестроителей в ближайшем будущем. Для своего водоизмещения корабль был перегружен оружием в ущерб мореходности, недаром специалисты считали перезагрузку установок ракетного комплекса П-35 в море довольно сомнительной. Однако историки Кузин и Никольский нашли изящный способ обойти это неприятное определение, их искусством словесной казуистики можно только восхищаться. «Зарубежные специалисты с тех пор и по настоящее время не перестают отмечать, что характерным почерком в проектировании русских кораблей является их исключительно высокое насыщение огневыми комплексами и боевыми средствами в сочетании с великолепным дизайном». Класс!

Такая тенденция сохранилась в дальнейшем. Наши историки считают советские крейсера, нашпигованные различным оружием, верхом совершенства, зато американские, с их улучшенной мореходностью и более комфортными условиями жизни и работы экипажа, – заведомо плохими. Скажем осторожно: в боевых условиях эта теория не проверялась. Самое смешное, что именно этой перегруженностью мощным оружием «Грозный» как раз напоминал те самые эльсвикские крейсера, с которых все и началось.

Если рассматривать изменения, происшедшие в военно-морской теории и военном кораблестроении где-то в районе 1960 года, то мы будем вынуждены признать, что имела место очередная революция, причем революция гораздо более глубокая, чем все предыдущие. Можно даже сказать, что все, что происходило ранее, не выходит за рамки обычных дворцовых переворотов. Правила себе и правила династия Каролингов, которая докатилась до ленивых королей (деревянные корабли), как вдруг явились энергичные Валуа (броненосные корабли) и сместили их. А королевство как было, так и осталось. Потом вдруг Валуа сменили Бурбоны (дредноуты). А королевство осталось. На смену Бурбонам пришел энергичный Наполеон Бонапарт (читай – авианосец). Королевство переименовали в империю, но в целом все осталось на своих местах. Но появились атомные бомбы и ракеты – и вся монархия полетела в тартарары. Теперь перед флотом появились совсем иные задачи, флот получил на вооружение стратегическое оружие, и в какой-то момент для тех же Соединенных Штатов баллистические ракеты на подводных лодках стали чуть ли не главным компонентом ядерной триады.

Соответственно были пересмотрены задачи надводных кораблей и крейсеров, в частности. И дело даже не в ядерных силовых установках, которые резко повысили автономность соединений, главным стали принципиально новые системы оружия. Особый интерес в этом плане представляет единственный американский крейсер, построенный в этот период, – «Лонг Бич». Он проектировался как фрегат, но уже на стадии проекта водоизмещение корабля подскочило до 15 000 тонн, и он превратился в настоящий крейсер. Корабль получил атомную силовую установку и такое же вооружение, как и «Олбани». Казалось бы, что в этом удивительного, просто вполне адекватный корабль сопровождения нового атомного авианосца «Энтерпрайз». Но примерно в это же время был построен и атомный фрегат «Бейнбридж», имевший вдвое меньшее водоизмещение и тоже идеально подходивший для этой роли. Дело в том, что по первоначальному проекту на «Лонг Бич» предполагалось установить баллистические ракеты «Поларис», превратив его в корабль стратегического назначения. Но этот проект так и остался на бумаге, хотя выделенный резерв водоизмещения остался. Впрочем, американцы долгое время носились с проектами установки баллистических ракет на различных надводных кораблях, самым экстравагантным было предложение превратить линкоры типа «Айова» в баллистические ракетные мониторы, о чем пишется в книге «Линкоры в бою», вышедшей недавно в издательстве «Яуза». Но в конце концов американские адмиралы оставили баллистические ракеты исключительно подводным лодкам. Подобные проекты появлялись и в советском флоте, но тоже так и остались в сослагательном наклонении.

Итак, рассмотрим линии развития ракетных крейсеров в американском и советском флотах, причем сразу следует сказать, что они были не столь прямолинейны, как может показаться, прежде всего из-за продолжавшейся путаницы с классификацией надводных кораблей.

Американцы занялись массовым строительством различных эскортных кораблей, варьировавшихся по размеру от эскортных миноносцев «Дили» до того же «Лонг Бич». Но главными считались ракетные фрегаты – корабли побольше старого эсминца, но меньше крейсера. Дело в том, что на мелкие корабли долгое время никак не удавалось втиснуть ракетные установки, преуспели в этом американцы лишь тогда, когда их эскортные миноносцы обогнали по водоизмещению эсминцы периода Второй мировой войны. Точно так же росло и водоизмещение ракетных фрегатов, особенно когда на них начали в массовом порядке устанавливать атомные реакторы. Корабли типов «Калифорния» и «Вирджиния» перескочили отметку 10 000 тонн водоизмещения, и называть их по-прежнему фрегатами было уже как-то неприлично, поэтому 30 июня 1975 года была проведена корректировка прежней классификации, и все эти корабли были единым махом переведены в крейсера. Например, DLG-16 «Леги» стал CG-16, то есть ракетным крейсером. Впрочем, самые мелкие корабли типа «Фаррагат» были переведены из эскортных кораблей DLG в ракетные эсминцы DDG. Это смятение было отражено и в ломке традиционной системы названий американского флота, ведь до сих пор названия штатов давали только линейным кораблям, а тут вдруг их приклеили фрегатам. Ну, пусть даже крейсерам…

Немного позднее американцы отказались от атомных реакторов на небольших кораблях и обратились к газовым турбинам. В 1980 году закладывается ракетный крейсер нового поколения CG-47 «Тикондерога», на котором устанавливается система «Иджис». При этом первоначально эти корабли тоже должны были считаться ракетными эсминцами DDG, но ведь слово «крейсер» звучит так красиво! После него закладывается более крупная серия ракетных крейсеров типа «Порт Ройял» – от устоявшейся системы названий летят ошметки, потому что эти корабли получают уже бывшие авианосные названия – битвы, выигранные американцами или считающиеся таковыми. Но вот в чем вопрос: надолго ли сохранится эта система классификации, потому что ракетные эсминцы, скажем DDG-87 «Мастин», уже вплотную подобрались к ним по водоизмещению. И не появится ли в ближайшем будущем в американском флоте еще одна толпа ракетных крейсеров?

Что же касается вооружения, оно оставалось практически неизменным на протяжении полувека (!) с минимальными изменениями. Старые ракеты заменялись более новыми и совершенными, появлялись новые системы управления огнем – и только. Единственным принципиальным нововведением стала установка практически на всех крупных кораблях американского флота, в том числе и на ракетных крейсерах, разумеется, крылатых ракет «Гарпун», которые также могут нести ядерную боеголовку. Крейсера снова возвращаются в разряд стратегических кораблей, хотя дальность полета «Гарпуна», конечно, не сравнить с дальностью «Полариса» и тем более «Трайдента». Ну, а установку пары зенитных автоматов «Вулкан-Фаланкс» для защиты от крылатых ракет можно и не заметить. В конце концов, кто считал дополнительные эрликоны, поставленные на крейсерах в годы Второй мировой?

Зато завершилась долгая и славная история британских крейсеров. В 1979 году был выведен из состава флота крейсер-вертолетоносец «Блейк», и больше Королевский флот не получил ни одного корабля класса «крейсер». Даже достаточно большие ракетные эсминцы типов «Девоншир» и «Бристоль», которые вполне могли считаться крейсерами, так эсминцами и остались. Несчастное Адмиралтейство было вынуждено прибегать к таким уловкам, чтобы вырвать деньги, необходимые для развития флота. Как правильно заметил кто-то из историков, едва рухнула Британская империя, так исчезла ее опора – британский крейсер.

То же самое происходило в других флотах. Исчезли французские и итальянские крейсера, Япония больше их не строила, по крайней мере официально, хотя водоизмещение ракетных эсминцев типа «Тёкай» и превысило 7000 тонн, вполне прилично для современного крейсера. Словом, крейсера как класс (это не марксистская формулировка) остались только в советском и американском флотах, причем история советского ракетного крейсера оказалась еще более запутанной.

Вернемся в родные края. Дальнейшие зигзаги советской военно-морской мысли понять сложно. Невольно возвращаюсь к фразе, слышанной мною дважды от наших адмиралов: советский флот получал те корабли, которые хотел и мог строить Борис Бутома, а не те, которые хотел получить адмирал Горшков. Но ни подтвердить, ни опровергнуть это заявление я не могу. Если я обращусь к ним, они откажутся от своих слов даже сегодня . Или тем более сегодня.

Предполагалась постройка 16 кораблей типа «Грозный», но все закончилось четырьмя единицами. Начинается проработка корабля с более мощным оборонительным вооружением, и появляется проект 1134 «Адмирал Зозуля». Хотя установки П-35 на нем сохраняются, их количество сокращается – остаются всего две спаренные, зато удваивается количество пусковых установок ЗУР, увеличивается их боезапас. Опять же, остаются противолодочные торпедные аппараты, но теперь они становятся пятитрубными, установки РБУ-6000 и новые РБУ-1000. И главное – первоначально корабль классифицируется как БПЛК – большой противолодочный корабль, что отвечало требованиям момента. На горизонте появилась новая угроза – американские подводные лодки, вооруженные ракетами «Поларис», и требовалось создать средство борьбы с ними. Однако никто не пожелал задуматься: а позволят ли американцы, безоговорочно господствующие на море, охотиться за своими подводными лодками? Авиация НАТО передавит этих «охотников», как лиса кур. Или здесь просматривается все та же ставка на превентивное неспровоцированное нападение? Дескать, утопим лодки, а там хоть трава не расти. Во всяком случае, слежение наших артиллерийских крейсеров за американскими авианосцами исходило именно из этого. Но тогда получается, что военно-морская доктрина СССР камня на камне не оставляла от «заявлений партии и правительства о миролюбивой политике Советского Союза». Но при этом флот заранее объявлялся одним гигантским камикадзе, потому что у наших кораблей не было даже тени шанса уцелеть после такого нападения. Они были обречены.

По ходу дела в проект начали вносить изменения, появились большие противолодочные корабли 1134А, 1134Б. На кораблях в качестве двигателей появляются газовые турбины. Кстати, за рубежом эти корабли иначе как крейсерами не называли. По этой причине или потому что советских адмиралов зацепило, как американцы простым росчерком пера столь резко повысили боевую мощь своего флота, и им захотелось того же самого, однако летом 1977 года корабли проекта 1134 переводят на страх врагам в ракетные крейсера. Кстати, адмирал Горшков, видимо, поняв бесцельность строительства подобных кораблей, предложил перевооружить их противокорабельными ракетами П-500 «Базальт». Предложение не прошло, хотя дало толчок созданию следующей серии ракетных крейсеров.

В середине 1970-х годов начинаются работы над крейсерами проекта 1164, видимо, главным врагом опять назначены американские авианосцы. Ракетная система П-500 давала советским кораблям хотя бы теоретические шансы уцелеть после удара по авианосному оперативному соединению. Это вам все-таки не артиллерийский крейсер, который был вынужден следовать в пределах прямой видимости от вражеского авианосца. Правда, не слишком понятно, зачем на кораблях появляются 130-мм орудия. Как последний рубеж ПВО, этот калибр избыточен, а во всех иных смыслах недостаточен. Скажем, Фолклендская война показала, что современные автоматические орудия как средство поддержки десанта явно уступают старым 152-мм, а лучше 203-мм орудиям.

Кстати, любопытно, что так же в середине 1970-х годов американцы начинают разработку ударного атомного крейсера CSGN, но предполагают установить на нем 203-мм орудие MCLWG новой конструкции. Начинается проектирование 155-мм орудия AGS, создаются активно-реактивные снаряды LRLAP с безумной дальностью стрельбы. Но как вы себе представляете наводку орудия на цель на удалении 67 миль?! Это показывает, что даже практичных американцев иногда заносило не в ту степь, главное – они вовремя успели остановиться.

На крейсерах 1164 размещаются 16 пусковых установок, что дает им достаточно мощный залп, но при этом полностью отсутствует конструктивная защита, что еще больше подчеркивает их судьбу «кораблей одного залпа».

А после этого наше кораблестроение совершает рывок вперед, появляются корабли проекта 1144. Интересно, что задание было выдано на атомный большой противолодочный корабль, подписан проект атомного противолодочного крейсера, в строй вошел тяжелый атомный ракетный крейсер.

Увы, здесь возник рецидив болезни, терзавшей французский флот в конце XIX века, когда строились пять броненосцев шести разных типов. Среди четырех крейсеров проекта 1144 не оказалось двух одинаковых, даже чисто формально «Адмирал Ушаков» имел индекс 1144, «Адмирал Лазарев», «Адмирал Нахимов» и «Петр Великий» – 1144.2, но при этом последняя троица отличалась между собой составом вооружения и БИУС. Причина была прозаической – заводы не успевали подготовить запроектированные системы, поэтому ставилось то, что в данный момент имелось под рукой. Разумеется, временно, но ведь нет ничего более постоянного, чем временное. На этих кораблях снова появляется некое бронирование, причем по неизвестной причине наши историки восхищаются якобы оригинальной схемой локальной защиты. Но позвольте, а чем была неоднократно охаянная «box protection» вашингтонских крейсеров?! Или у нас, как это бывало неоднократно, «партия изобрела велосипед»?

Советский флот получил мощные корабли с совершенно непонятным предназначением. Они отлично смотрелись бы в составе американских авианосных соединений, но в советском флоте… Получился огромный эскортный корабль, вооруженный вдобавок ПКРК «Гранит», кстати, впервые советские корабли сравнялись с американскими по боекомплекту ЗУР. Можно предположить, что крейсера проекта 1144 были новой реинкарнацией идеи проекта 1164 с повышенной боевой устойчивостью. Вот только вопрос, были ли она действительно повышена? Дело в том, что известный справочник «Джейн» приклеил этим кораблям оскорбительный ярлык «слепой питекантроп с атомной дубиной», намекая на крайнее несовершенство электронных систем. Но, как и многие другие, эта оценка качеств корабля остается чисто спекулятивной, не проверенной опытом (к счастью, не проверенной).

Кстати, и современные российские специалисты неоднозначно оценивают этот проект. Кое-кто считает, что в облике «Петра Великого» воплотилась мечта Сталина о «крейсере-бандите», который продавил советский ВПК, построивший корабль, совершенно ненужный флоту. Может, поэтому возникла идея «распилить» корабль проекта 1144 пополам и получить ракетный крейсер проекта 1293 и противолодочный корабль проекта 1199.

В советском флоте регулярно раздавался плач по поводу того, что нашим кораблям нечем работать по береговым целям. «Больно, горько и обидно было смотреть, как американские линкоры почти безнаказанно обрабатывали своими 406-мм орудиями вьетнамское побережье». Видимо, нашим адмиралам тоже хотелось что-нибудь обработать. Один только вопрос: что именно? Какие десанты и куда собирался высаживать советский флот? Неужели наши флотоводцы собирались на БДБ добраться до американского побережья и высадиться где-нибудь в районе Сан-Франциско? Ведь ничего подобного океанским десантным кораблям типов «Иводзима», «Тарва», «Уосп» советский флот не имел. Лишь сейчас собрались обзавестись, да и то приходится покупать во Франции.

Советский ВМФ имел еще кое-какие крейсера, о которых рассказывать просто неуместно. По неизвестным соображениям все советские авианосцы сначала числились авианесущими крейсерами. Основания для этого были, ведь тот же проект 1143 был зачем-то вооружен ПКРК «Базальт» и комплектом противолодочных систем, вполне подходящим любому БПЛК. Создавалось впечатление, что к малому авианосцу вроде «Илластриеса» сбоку под углом приклеили БПК проекта 1134. Но получился «не мышонок, не лягушка, а неведома зверушка», который не отвечал требованиям ни к тому, ни к этому кораблю. Даже настоящие авианосцы проекта 11435 почему-то попали в этот странный класс кораблей. Но тяжелую судьбу единственного достроенного корабля этого класса, как мне кажется, определило другое. «Рига» – «Леонид Брежнев» – «Тбилиси» – «Адмирал флота Советского Союза Кузнецов»… Один раз переименовать корабль – уже к несчастью, а тут целых четыре разных названия. Определенно не к добру.

Мало того! Вы в курсе, что в те далекие времена наши подводные лодки с баллистическими ракетами числились в составе флота как РПКСН – ракетные подводные крейсера стратегического назначения. Вот такие пирожки с крейс… то есть с котятами получаются.

На этом бы можно было закончить описание истории класса крейсеров, но, как мне представляется, она будет продолжаться и далее. Современные системы вооружения становятся все более громоздкими и тяжелыми, соответственно, растет водоизмещение кораблей. Новые американские фрегаты уже подобрались к критической точке 10 000 тонн, так что вполне вероятно очередное изменение классификации, и количество крейсеров снова подпрыгнет. И так далее до бесконечности, пока существуют военные флоты, а их упразднять пока было бы форменной архиглупостью, говорить о большой войне сегодня не приходится, но вот борьба с пиратами в XXI веке снова стала актуальной. Королевский флот снова вынужден возродить, казалось бы, ушедшие навсегда в прошлое вспомогательные крейсера. Компания «Pacific Nuclear Transport Limited» с помощью флота вооружает транспорты для перевозки атомного топлива автоматическими пушками, чтобы им не угрожал захват со стороны пиратов. В России рассматривается вариант вооружения транспортов замаскированными пусковыми установками ракет ЗМ-54 с целью все того же внезапного удара по вражескими авианосцам, прямо натуральный HSK-8 «Корморан» получается. Поэтому угадать, что ожидает нас в будущем, совершенно невозможно. Ясно только, что история крейсеров, безусловно, будет продолжаться.

Отечественные крейсеры проекта 1144 «Орлан» - это серия из четырех тяжелых атомных ракетных крейсеров (ТАРК), которые были спроектированы в СССР и построены на Балтийском заводе с 1973 по 1998 годы. Они стали единственными надводными кораблями в составе российского ВМФ, оснащенными ядерной энергетической установкой. 18 Сентябрь 2015, 09:25

Отечественные крейсеры проекта 1144 «Орлан» по натовской кодификации получили обозначение Kirov-class battlecruiser, по названию первого корабля серии крейсера «Киров» (с 1992 года «Адмирал Ушаков»). На Западе их отнесли к линейным крейсерам в силу исключительных размеров и вооружения кораблей. Главным конструктором атомных крейсеров проекта 1144 был Борис Израилевич Купенский, заместителем главного конструктора был Юдин Владимир Евгеньевич.

Крейсеры «Киров» не имеют аналогов в мировом кораблестроении. Данные корабли могли эффективно выполнять боевые задачи по уничтожению надводных кораблей противника и его подводных лодок. Установленное на кораблях ракетное вооружение позволяло обеспечить с большой долей вероятности поражение крупных надводных ударных группировок противника. Корабли серии были самыми большими в мире неавинесущими ударными боевыми кораблями. К примеру, американские атомные крейсеры УРО типа «Вирджиния» по водоизмещению были в 2,5 раза меньше. Крейсера проекта 1144 «Орлан» были предназначены для поражения крупных надводных целей, защиты соединений флота от атак с воздуха и подводных лодок в удаленных районах мирового океана. Эти корабли имели на вооружении почти все виды боевых и технических средств, которые только были созданы для надводных кораблей в СССР. Главным ударным ракетным вооружением крейсеров был противокорабельных ракетный комплекс «Гранит».

26 марта 1973 года на Балтийском заводе состоялась закладка первого головного корабля проекта 1144 - тяжелого атомного ракетного крейсера «Киров» (с 1992 года - «Адмирал Ушаков»), 27 декабря 1977 года корабль был спущен на воду, а 30 декабря 1980 года ТАРК был передан флоту. 31 октября 1984 года в строй вступил второй корабль серии - ТАРК «Фрунзе» (с 1992 года - «Адмирал Лазарев»). 30 декабря 1988 года флоту был передан третий корабль - ТАРК «Калинин» (с 1992 года «Адмирал Нахимов»). А в 1986 году на заводе приступили к постройке последнего корабля данной серии - ТАРК «Пётр Великий» (первоначально его хотели назвать «Куйбышев» и «Юрий Андропов»). Строительство корабля пришлось на сложный период в истории страны. Развал СССР привел к тому, что постройка завершилась только в 1996 году, а испытания в 1998 году. Таким образом, корабль был принят в состав флота через 10 лет после закладки.


Тяжелый атомный ракетный крейсер "Фрунзе" в Индийском океане во время перехода во Владивосток


Первый крейсер проекта 1144 Орлан (Калинин)

На сегодняшний день из всей четверки в строю находится лишь тяжелый атомный ракетный крейсер «Пётр Великий», который является самым мощным ударным боевым кораблем не только в составе ВМФ России, но и во всем мире. Первый корабль серии «Адмирал Ушаков» находится в отстое с 1991 года, в 2002 году был выведен из состава флота. Его судьба уже решена - корабль будет утилизирован на оборонной судоверфи «Центр судоремонта «Звездочка» в Северодвинске. По оценкам экспертов, утилизация данного ТАРК обойдется приблизительно в 10 раз дороже, чем демонтаж самой крупной атомной субмарины, так как технологий и опыта утилизации подобных боевых кораблей в России просто нет. С большой долей вероятности такая же судьба постигнет и второй корабль серии - крейсер «Адмирал Лазарев», корабль находится в отстое на Дальнем Востоке с 1999 года. А вот третий крейсер проекта 11442 «Орлан» «Адмирал Нахимов» в настоящее время проходит ремонт и модернизацию на Севмаше. Он будет возвращен в состав флота на рубеже 2017-2018 годов, ранее назывался 2019 год. При этом, по словам генерального директора «Севмаша» Михаила Будниченко, срок эксплуатации крейсера после завершения ремонта будет продлен на 35 лет. Предполагается, что отремонтированный ТАРК «Адмирал Нахимов» продолжит службу в составе Тихоокеанского флота России, а «Пётр Великий» будет оставаться флагманом российского Северного флота.


ТАРК проекта 11442 "Адмирал Нахимов" на ремонте

Тяжелые атомные ракетные крейсеры проекта 1144 «Орлан» не имели и не имеют прямых аналогов за рубежом. Списанные на данный момент атомные американские крейсеры УРО типа «Лонг Бич» (17 500 тонн) были в 1,5 раза, а «Вирджиния» (11 500 тонн) в 2,5 раза меньше и обладали гораздо более слабым как качественно, так и количественно вооружением. Это можно было объяснить разными задачами, которые стояли перед кораблями. Если в американском флоте они были лишь эскортом для многоцелевых авианосцев, то в составе советского флота атомные надводные корабли создавались, как самостоятельные боевые единицы, которые смогли бы составить основу океанских боевых сил флота. Разнообразное вооружение ТАРК проекта 1144 сделало эти корабли многоцелевыми, но одновременно усложнило их обслуживание и создало некоторые проблемы с определением их тактико-технической ниши.

История создания крейсеров проекта 1144

В 1961 году в состав ВМС США вошел первый атомный крейсер УРО «Лонг Бич», данное событие стало толчком к возобновлению теоретических работ по разработке в Советском Союзе боевого надводного атомного корабля. Но даже без учета американцев, ВМФ СССР, вступающий в те годы в период своего бурного развития, объективно нуждался в океанских кораблях, которые бы смогли подолгу действовать в отрыве от береговых баз, решению данной задачи наилучшим образом способствовала атомная энергетическая установка. Уже в 1964 году в СССР снова начались исследования по определению облика первого в стране боевого атомного надводного корабля. Первоначально исследования закончились созданием тактико-технического задания на разработку проекта большого противолодочного корабля с атомной энергетической установкой и водоизмещением 8 тысяч тонн.


Тяжелые атомные ракетные крейсеры "Пётр Великий", "Адмирал Ушаков", зима 1996-1997 годов

При проектировании корабля конструкторы исходили из того, что решение главной задачи удастся добиться лишь при обеспечении достаточной боевой устойчивости. Уже тогда ни у кого не вызывало сомнений, что главную опасность для корабля будет представлять авиация, поэтому изначально предусматривалось создание эшелонированной системы ПВО корабля. На первоначальном этапе разработки конструкторы полагали, что совместить все необходимое оборудование и вооружение в одном корпусе будет очень сложно, поэтому рассматривался вариант создания пары из двух атомных надводных кораблей: БПК проекта 1144 и ракетного крейсера проекта 1165. Первый корабль должен был нести противолодочное вооружение, второй - противокорабельные крылатые ракеты (ПКР). Эти два корабля должны были действовать в составе соединения, прикрывая друг друга от различных угроз, зенитными средствами они были оснащены примерно на равных, что должно было способствовать созданию сильной эшелонированной ПВО. Однако по мере развития проекта было принято решение о том, что рациональнее всего будет не разделять противолодочные и противокорабельные функции, а совместить их в одном крейсере. После этого работы по проектированию атомного крейсера проекта 1165 были прекращены и все усилия разработчиков были перенаселены на ставший универсальным корабль проекта 1144.

По ходу работ возрастающие требования к проекту вели к тому, что корабль получал все большую номенклатуру вооружений и различного оборудования - что, в свою очередь, отражалось в росте водоизмещения. В результате проект первого советского атомного надводного боевого корабля достаточно быстро отошел от узких противолодочных функций, приобретя многоцелевую направленность, а его стандартное водоизмещение перевалило за 20 тысяч тонн. Крейсер должен был нести все самые современные виды боевых и технических средств, которые были созданы в Советском Союзе для боевых надводных кораблей. Данную эволюцию отразила и новая классификация корабля - «тяжелый атомный ракетный крейсер», которая была присвоена в июне 1977 года, уже во время строительства головного корабля серии, который закладывался как «атомный противолодочный крейсер».

В своем окончательном виде технический проект нового атомного надводного корабля был утвержден в 1972 году и получил шифр 1144 «Орлан». Проект первого советского надводного боевого атомохода разрабатывался в Северном проектно-конструкторском бюро в Ленинграде. Главным конструктором проекта 1144 стал Б. И. Купенский, а от ВМФ СССР главным наблюдающим за проектированием и строительством крейсера с самого начала и до передачи корабля флоту был капитан 2 ранга А. А. Савин.


Головной корабль серии, крейсер проекта 1144 "Киров".

Новый атомоход с самого начала стал любимым детищем С. Г. Горшкова, занимавшего пост главнокомандующего ВМФ СССР. Несмотря на это, проектирование корабля шло трудно и достаточно медленно. Рост водоизмещения крейсера по мере пересмотра и внесения изменений в требования к проекту заставлял конструкторов искать все новые и новые варианты главной энергетической установки корабля - в первую очередь, ее паропроизводящей части. При этом Горшков потребовал разместить на крейсере резервную энергетическую установку, которая работала бы на органическом топливе. Опасения военных тех лет можно было понять: советский и мировой опыт эксплуатации атомоходов в те годы был недостаточно большим, да и в наши дни аварии с выходом из строя реактора время от времени случаются. В то же время надводный боевой корабль, в отличие от субмарины, может себе позволить перейти с атомного реактора на сжигание обыкновенного горючего в топках - данным преимуществом было решено воспользоваться в полном объеме. Предполагалось, что резервный котел сможет помочь и в обеспечении стоянки корабля. Недостаточно развитая система базирования крупных боевых кораблей в Советском Союзе длительное время была больным местом для военно-морского флота.

Пока головной корабль серии еще стоял на стапеле, для следующего крейсера уже был создан усовершенствованный проект, получивший индекс 11442. Он предусматривал замену некоторых образцов вооружения и оборудования новейшими на тот момент системами: зенитно-артиллерийский комплекс (ЗРАК) «Кортик» вместо башенных 30-мм шестиствольных автоматов; ЗРК «Кинжал» вместо ЗРК «Оса-МА», универсальная спаренная 130-мм установка АК-130 вместо двух одноорудийных 100-мм башен АК-100 на «Кирове», противолодочный комплекс «Водопад» вместо «Метели», реактивные бомбометы РБУ-12000 вместо РБУ-6000 и т.д. Планировалось, что все последующие за крейсером «Киров» корабли серии будут строиться по улучшенному проекту, однако фактически по причине неготовности к серийному выпуску всех намеченных образцов вооружения, их добавляли на строящиеся корабли по мере окончания разработки. В конечном итоге проекту 11442 мог соответствовать лишь последний корабль - «Пётр Великий», но и он с оговорками, а второй и третий корабли «Фрунзе» и «Калинин» по составу вооружения занимали промежуточное положение между первым и последним кораблями серии.

Описание конструкции крейсеров проекта 1144

Все крейсеры проекта 1144 «Орлан» обладали корпусом с удлиненным (более чем на 2/3 от общей длины) полубаком. Корпус с помощью водонепроницаемых переборок делится на 16 главных отсеков. На всем протяжении корпуса ТАРК идут 5 палуб. В носовой части корабля под бульбовым обтекателем находится неподвижная антенна гидроакустического комплекса «Полином». В корме корабля находится подпалубный ангар, который рассчитан на постоянное базирование 3-х вертолетов Ка-27, а также помещения для хранения запасов топлива и подъемник, предназначенный для подачи вертолетов на верхнюю палубу. Здесь же в кормовой части корабля имеется отсек с подъемно-опускным устройством буксируемой антенны гидроакустического комплекса «Полином». Развитые надстройки тяжелого крейсера выполнены с широким применением алюминиево-магниевых сплавов. Основная часть вооружения корабля сосредоточена на корме и в носовой части.


Тяжелый атомный ракетный крейсер "Пётр Великий"

От получения боевых повреждений крейсеры проекта 1144 защищает противоторпедная защита, двойное дно на всем протяжении корпуса, а также локальное бронирование жизненно важных частей ТАРК. Как таковой, на крейсерах проекта 1144 «Орлан» поясной брони нет - бронезущита находится в глубине корпуса - однако вдоль ватерлинии от носа корабля до его кормы был проложен утолщенный пояс обшивки высотой 3,5 метра (из них 2,5 метра выше ватерлинии и 1 метр ниже ватерлинии), играющий важную роль в конструктивной защите крейсера.

ТАРК проекта 1144 «Орлан» стали первыми после Второй мировой войны боевыми кораблями, в проекте которых было заложено достаточно развитое бронирование. Так машинные отделения, ракетные погреба комплексов «Гранит» и реакторные отсеки с бортов защищены 100-мм (ниже ватерлинии - 70 мм) и со стороны палубы 70-мм броней. Броневую защиту получили и помещения боевого информационного поста корабля и главного командного пункта, которые находятся внутри его корпуса на уровне ватерлинии: они прикрыты 100-мм боковыми стенками с 75-мм крышей и траверзами. Помимо этого, в корме крейсера броня имеется по бортам (70-мм) и на крыше (50-мм) вертолетного ангара, а также вокруг хранилища боезапаса и авиационного топлива. Локальное бронирование есть и над румпельными отделениями.

Атомная энергетическая установка с реакторами КН-3 (активная зона типа ВМ-16), хотя и базируется на ледокольных реакторох типа ОК-900, обладает значительными отличиями от них. Основное - в топливных сборках, в которых находится уран с высокой степенью обогащения (примерно 70 %). Срок работы такой активной зоны до следующей перезарядки составляет 10-11 лет. Установленные на крейсере реакторы двухконтурные, на тепловых нейтронах, водо-водяные. В качестве теплоносителя и замедлителя в них используется бидистиллят - вода высокой чистоты, которая циркулирует через активную зону реакторов под большим давлением (примерно 200 атмосфер), обеспечивая кипение второго контура, который в итоге и идет в турбины в виде пара.


Особое внимание разработчики уделили возможности использования двухвальной энергетической установки крейсера, мощность на каждом валу которой составляет 70000 л.с. Комплексно-автоматизированная АЭУ располагалась в 3-х отсеках и включала в свой состав 2 атомных реактора с общей тепловой мощностью 342 МВт, 2 турбозубчатых агрегата (расположены в нос и в корму от реакторного отсека), а также 2 резервных автоматизированных котла КВГ-2, смонтированных в турбинных отделениях. При функционировании лишь резервной энергетической установки - без использования атомных реакторов - крейсера проекта 1144 «Орлан» в состоянии развивать скорость хода 17 узлов, запасов топлива хватит чтобы пройти на этой скорости 1300 морских миль. Использование атомных реакторов обеспечивает крейсеру скорость полного хода 31 узел и неограниченную дальность плавания. Установленная на кораблях данного проекта энергетическая установка была бы в состоянии обеспечивать теплом и электричеством город, население которого составляло бы 100-150 тысяч жителей. А продуманные обводы корпуса и большое водоизмещение обеспечивают ТАРК проекта 1144 «Орлан» отличную мореходность, что особенно важно для боевых кораблей океанской зоны.

Экипаж ТАРК проекта 1144/11442 состоит из 759 человек (в том числе 120 офицеров). Для размещения экипажа на борту корабля имеется 1600 помещений, в том числе 140 одно- и двухместных кают, которые предназначены для офицеров и мичманов, 30 кубриков для матросов и старшин на 8-30 человек каждый, 15 душевых, две бани, сауна с бассейном 6х2,5 метра, двухуровневый медицинский блок (амбулаторная, операционная, лазареты-изоляторы, рентгеновский кабинет, зубоврачебный кабинет, аптека), спортзал с тренажерами, 3 кают-компании для мичманов, офицеров и адмиралов, а также салон для отдыха и даже своя собственная кабельная телестудия.

Вооружение крейсеров проекта 1144 «Орлан»

Основным оружием данных крейсеров были ПКР П-700 «Гранит» - сверхзвуковые крылатые ракеты третьего поколения, обладающие пониженным профилем траектории полета к цели. При стартовой массе 7 тонн данные ракеты развивали скорость до 2,5 М и могли нести обычную боевую часть массой 750 кг или ядерный заряд-моноблок мощностью до 500 кт на расстояние до 625 км. Длина ракеты составляет - 10 метров, диаметр - 0,85 метра. 20 противокорабельных крылатых ракет «Гранит» были установлены под верхней палубой крейсера, с углом возвышения 60 градусов. Пусковые установки СМ-233 для данных ракет производились на ПО «Ленинградский металлический завод». По той причине, что ракеты «Гранит» первоначально предназначались для субмарин, перед пуском ракеты установка должна заполняться забортной водой. По опыту оперативной и боевой подготовки ВМФ, сбить «Гранит» очень сложно. Даже если поразить ПКР противоракетной, она из-за своей огромной скорости и массы может сохранить достаточный импульс, для того чтобы «достать» корабль-цель.


Пусковая установка корабельного ЗРК «Форт-М»

Основу зенитно-ракетного вооружения крейсеров проекта 1144 «Орлан» составлял ракетный комплекс С-300Ф (Форт), который на крутящихся барабанах размещался под палубой. Полный боекомплект комплекса состоял из 96 зенитных ракет. На единственном корабле серии «Петре Великом» (вместо одного комплекса С-300Ф) появился уникальный носовой комплекс С-300ФМ «Форт-М», который был произведен в одном экземпляре. Каждый такой комплекс в состоянии одновременно обстреливать до 6 маневрирующих малоразмерных целей (сопровождать до 12 целей) и наводить на них одновременно 12 ракет в условиях постановки противником активных и пассивных помех. По причине конструктивных особенностей ракет комплекса С-300ФМ боекомплект «Петра Великого» сократился на 2 ЗУР. Таким образом, ТАРК «Пётр Великий» вооружен одним комплексом С-300ФМ с 46 ракетами 48Н6Е2 и одним комплексом С-300Ф с 48 ракетами 48Н6Е, полный боекомплект состоит из 94 ракет. «Форт-М» создавался на базе армейского комплекса ПВО С-З00ПМУ2 «Фаворит». Данный комплекс в отличие от предшественника - зенитного комплекса «Форт», в состоянии поражать цели на расстоянии до 120 км и успешно бороться с ПКР противника на высотах до 10 метров. Расширения зоны поражения комплекса удалось достичь за счет улучшения чувствительности приемных каналов и энергетических характеристик передатчика.

Вторым эшелоном ПВО крейсера является ЗРК «Кинжал», который был включен в проект 11442, но в действительности появился лишь на последнем корабле серии. Основная задача данного комплекса - это поражение воздушных целей, которые прорвались сквозь первую линию ПВО крейсера (ЗРК «Форт»). Основой «Кинжала» являются твердотопливные, одноступенчатые, телеуправляемые ракеты 9М330, которые унифицированы с комплексом ПВО сухопутных войск «Тор-М1». Ракеты взлетают вертикально с неработающим двигателем под действием катапульты. Перезарядка ракет автоматическая, интервал пуска составляет 3 секунды. Дальность обнаружения целей в автоматическом режиме - 45 км, количество одновременно обстреливаемых целей - 4, время реакции - 8 секунд. ЗРК «Кинжал» работает в автономном режиме (без участия личного состава). По спецификации на борту каждого крейсера проекта 11442 должно было находиться 128 таких ЗУР в 16х8 установках.

Третьим рубежом ПВО является ЗРАК «Кортик», представляющий собой комплекс ближней обороны. Он призван заменить обыкновенные 30-мм шестиствольные артиллерийские комплексы АК-630. ЗРАК «Кортик» в телевизионно-оптическом и радиолокационном режимах в состоянии обеспечить полную автоматизацию боевого управления от обнаружения цели до ее поражения. Каждая установка состоит из двух 30-мм шестиствольных автоматов АО-18, суммарная скорострельность которых составляет 10 000 выстрелов в минуту и двух блоков по 4 двухступенчатых ракеты 9М311. Данные ракеты обладают осколочно-стержневой БЧ и неконтактным взрывателем. В подбашенном отделении каждой установки находится 32 таких ракеты в транспортно-пусковых контейнерах. Ракеты 9М311 унифицированы с сухопутным комплексом 2С6 «Тунгуска» и в состоянии бороться с ПКР, управляемыми бомбами, вертолетами и самолетами противника. Дельность действия ракетной части ЗРАК «Кортик» составляет 1,5-8 км, дострел из 30-мм артиллерийских установок ведется на дистанции 1500-50 метров. Высота поражаемых воздушных целей - 5-4000 метров. Всего на каждом из трех крейсеров проекта 11442 должно было находиться по 6 таких комплексов, боезапас которых состоял из 192 ракет и 36 000 снарядов.

Противолодочное вооружение крейсера проекта 1144 было представлено комплексом «Метель», который в проекте 11442 был заменен на более современный противолодочный комплекс «Водопад». В отличие от «Метели», «Водопад» не нуждается в отдельной ПУ - ракето-торпеды комплекса заряжаются в стандартные торпедные аппараты. Ракета модели 83РН (или 84РН с ядерной БЧ), подобно обыкновенной торпеде, выстреливается из торпедного аппарата сжатым воздухом и ныряет в воду. Затем, по достижении определенной глубины запускается ракетный двигатель и ракето-торпеда взлетает из-под воды и уже по воздуху доставляет боевую часть в район нахождения цели - до 60 километров от корабля-носителя - после чего БЧ отделяется. В качестве боевой части может использоваться УМГТ-1 - 400-мм малогабаритная самонаводящаяся торпеда. Дальность хода торпеды УМГТ-1, которая может устанавливаться на ракето-торпедах - 8 км, скорость движения - 41 узел, глубина - 500 метров. В боекомплекте крейсера до 30 таких ракета-торпед.

Высокое состояние германской техники и инженерной мысли просто не позволяло создать явно неудачный проект, хотя в случае крейсеров типа "Адмирал Хиппер" можно отчасти говорить о том, что такая попытка была-таки сделана. Вообще сравнение боевых кораблей различных наций, построенных в соответствии с разными стратегическими и тактическими идеями - дело неблагодарное. Особенно это касается времени Второй мировой войны, когда свершался переход приоритета от факторов, связанных с чисто артиллерийским боем (число и качество орудий, бронирование), к «инструментальным» элементам, таким, как системы управления огнем, радиолокаторы, гидролокаторы и другое наукоемкое оборудование. Тем не менее, попытаемся дать общую оценку германского варианта тяжелого крейсера.

Прежде всего стоит отметить, что несмотря на фактическое отсутствие ограничения водоизмещения, столь сильно досаждавшее всем остальным странам, немцам не удалось создать ни более сильно вооруженный, ни лучше защищенный корабль. Вооружение «Хиппера» (восемь 203-мм орудий) эквивалентно "обязательному минимуму" для вашингтонских крейсеров. При этом американские корабли того же класса имели по 9 орудий, а японские - 10. Среди восьми-орудийных тяжелых крейсеров второго поколения немецкие имели, пожалуй, самую слабую защиту. «Альжери», один из главных потенциальных противников, имел более толстую поясную и палубную броню (соответственно 110 мм + 40 мм переборка и 80 мм). Еще более сильно бронировались итальянские крейсера типа «Пола». Пояс американской «Уичиты» - последнего предвоенного проекта, созданного еще под ограниченное водоизмещение, имел толщину 163 мм, хотя и на меньшей площади, чем у «германцев». На этом фоне 80-мм пояс, подкрепленный 30-мм скосом (что обеспечивало защиту, примерно соответствующую 110–130 мм с учетом разнесения брони и в зависимости от дистанции), выглядел не слишком внушительно. Во всяком случае, традиционный принцип постройки немецких кораблей - усиленная защита, пусть даже за счет вооружения - при создании проекта тяжелых крейсеров соблюден не был. Даже наиболее мощно вооруженные японские тяжелые крейсера, меньшие по водоизмещению и более скоростные, имели примерно такой же уровень бронирования (наклонный пояс 102 мм, правда, на гораздо меньшей площади). В результате опасными противниками для «немцев» становились солидно защищенные большие легкие крейсера, вооруженные 12–15 шестидюймовыми орудиями (британские «города» и «колонии», американские «Бруклины» и "Кливленды"), в особенности на небольших дистанциях, где большую роль играла плотность огня.

Все, что сказано о бронировании «хипперов», можно сказать и об их подводной защите. Система булей с тонкой (20-мм) основной противоторпедной переборкой обеспечивала не большую безопасность, чем 40-мм броневая переборка «Альжери» при системе развитого двойного борта, или чем те же були плюс 25-мм переборка японских тяжелых крейсеров. Впрочем, данный факт свидетельствует лишь о принципиальной невозможности обеспечить достаточную подводную защиту от современных ему торпед любому кораблю данного класса. Живучесть при подводных взрывах в значительной мере обеспечивалась большим запасом плавучести самой «коробки» и тщательностью конструирования и постройки всех водонепроницаемых переборок. Ну, еще и удачей при конкретном поражении. Надлом кормы у «Ойгена» вроде бы свидетельствует о недостаточной прочности корпуса, но его же поведение при атомном взрыве говорит о сохранении вполне приличной живучести даже после длительной службы в условиях отсутствия должного "ухода".

О мучениях с энергетической установкой уже сказано достаточно. Стоит лишь отметить, что она не обеспечивала особо высоких ходовых характеристик. Скорость несколько больше 32,5 узлов на мерной миле отнюдь не принадлежит к числу рекордных. Мореходные качества «хипперов» являлись удовлетворительными, но не более того. Для Атлантики корпус оказался все же низковатым; носовая оконечность в плохую погоду сильно заливалась водой, даже после «наращивания» "атлантического" форштевня.

Последовательное рассмотрение умеренных боевых качеств может вызвать вопрос: куда все же «испарилось» столь значительное лишнее водоизмещение? Ответ на вопрос можно получить, рассмотрев вспомогательное вооружение и оборудование германских тяжелых крейсеров. Если их вооружение выглядит не слишком внушительно, то системы управления огнем, пожалуй, не имеют аналогов среди данного класса кораблей. Полное дублирование КДП и вычислительных центров главного и зенитного калибра и их оснащение оптикой и аппаратурой высокого класса давало «хипперам» почти «линкорные» возможности, По мощи тяжелого зенитного вооружения (двенадцать 105-мм орудий) соревноваться с ними могли только американские крейсера начиная с «Уичиты». На все это ушло около 2500 т. Немало веса «съели» попытки немцев придать своим кораблям как можно большую универсальность. На долю авиаоборудования, 12 торпедных аппаратов с запасными торпедами, снабжения и запасов так же приходилась заметная часть нагрузки.

Такая универсальность и насыщенность оборудованием привели к двум весьма важным с точки зрения оценки проекта последствиям. Во-первых, резко возросла численность команды. Вместо 600–800 человек на крейсерах Англии, Франции и США, на «хипперах» экипаж достигал 1400–1600 человек, а в боевых походах обычно дополнительно брались моряки сверх комплекта. Таким образом, тяжелые крейсера, как и все крупные корабли Германии, поглощали большое число дефицитного подготовленного персонала и, на первый взгляд, чисто волюнтаристское решение Гитлера о выводе их в резерв после "новогоднего боя" 1943 года имело определенный смысл: экипаж одного корабля равнялся по численности командам целой флотилии подводных лодок.

Вторым следствием являлась цена. «Хиппер» и его систершипы оказались исключительно дорогими кораблями. Тому немало причин, в частности - высокая стоимость рабочей силы в Германии (фашизм хорошо оплачивал квалифицированный труд на военных предприятиях), но немалую роль играла и высокая стоимость наукоемкого вооружения и оборудования, которым были насыщены тяжелые крейсера. Их стоимость неуклонно повышалась: от «Хиппера» (85,9 млн. рейхсмарок) до "Принца Ойгена" (104,5 млн.). Достаточно сравнить эти цифры с ценой "карманных линкоров" (80–90 млн.) и настоящих линкоров типа «Шарнхорст» (около 175 млн.) и «Бисмарк» (180–200 млн.), чтобы понять, насколько дорогой ценой были куплены не слишком многочисленные достоинства германских тяжелых крейсеров. Вместо двух единиц этого класса теоретически можно было построить лишний линкор, корабль, во всех отношениях (по защите, вооружению, дальности, степени угрозы для противника и возможности отвлечения его сил) в несколько раз более полезный. Или же иметь 7 "карманных линкоров" вместо 5-корабельной серии тяжелых крейсеров. Этот вариант представляется особенно предпочтительным с точки зрения попытки вести крейсерскую войну. Но все «забивает» сравнение со стоимостью подводных лодок: по подсчетам немецких специалистов каждый «хиппер» эквивалентен примерно 25 субмаринам, которые несомненно могли бы принести гораздо больше пользы.

Еще более разительна дороговизна «германцев» в сравнении с тяжелыми крейсерами других стран. В сравнимых ценах стоимость ранних единиц составляет свыше 4 млн. фунтов стерлингов, а «Ойгена» - почти 5 млн., тогда как британские «Каунти» обошлись в сумму около 2 млн. фунтов. Разница еще более увеличивается, если принять во внимание гораздо большие эксплуатационные затраты в случае германских крейсеров, связанные с огромным экипажем и высокими требованиями к обслуживанию капризной механической установки.

В итоге претензии на создание "большого флота" дорого обошлись Третьему рейху, как в смысле самих денежных и людских затрат, так и в смысле отвлечения их от других вариантов применения. Тяжелые крейсера являются, пожалуй, наиболее яркой тому иллюстрацией. Созданные для действия в составе эскадр единого флота по типу Флота Открытого моря, они так и не нашли своей «ниши» в боевом применении, поскольку вряд ли можно считать таковой наиболее яркие эпизоды их деятельности, связанные с обстрелом береговых целей в последней стадии Второй мировой войны.

Однако не все так просто. Может показаться парадоксальным, но несмотря на все перечисленные отрицательные стороны, германский проект явился в значительной мере прототипом современных крейсеров. Действительно, строившиеся после войны советские крейсера типа «Свердлов» очень близки по компоновке, характеристикам и оборудованию к 6-дюймовому варианту «хипперов». Примерно аналогичные по параметрам (хотя более сильно вооруженные) корабли проектировали англичане после снятия ограничений на водоизмещение. Ставка не на грубую мощь залпа, но на обеспечение качественного управления огнем, на более высокую универсальность боевых единиц, стала основной тенденцией дальнейшего развития класса крейсеров, которым, впрочем, история оставила не так много времени.

В 1962 году произошло громкое ЧП на крейсере «Лонг Бич». В ходе учебных стрельб в присутствии высокопоставленных лиц государства, среди которых был сам президент Кеннеди, новейший атомный ракетный крейсер не смог перехватить воздушную мишень. Раздраженный Кеннеди, поинтересовался составом вооружения «Лонг Бич». Узнав, что на крейсере полностью отсутствует артиллерия (имеется лишь 4 ракетных комплекса), он, как бывший моряк, порекомендовал добавить пару орудий универсального калибра.

Вот так, смелая идея построить корабль с чисто ракетным потерпела крах. Вскоре Кеннеди был убит, а ракетный крейсер «Лонг Бич» с тех пор носил на палубе две 127 мм пушки. По иронии судьбы, за 30 лет службы крейсер ни разу не применил свою артиллерию, зато регулярно стрелял ракетами. И, всякий раз, попадал в цель.

На другой стороне океана происходили аналогичные процессы. Сразу после смерти Иосифа Сталина, в 1953 году было прекращено строительство тяжелых крейсеров проекта 82 «Сталинград» (полное водоизмещение – 43 тыс. тонн). Командование Военно-морского флота, в том числе легендарный адмирал Н.Г. Кузнецов, однозначно высказалось против этих кораблей: сложных, дорогих, и, к тому времени, уже морально устаревших. Расчетная дальность плавания «Сталинграда» не превышала 5000 миль 15-узловым ходом. По всем остальным параметрам тяжелый крейсер на 10-20% уступал зарубежным аналогам, много вопросов вызывало его зенитное вооружение. Даже прекрасные 305 мм орудия не могли спасти положение – морской бой грозил превратиться во вторую Цусиму.

Однако, вплоть до середины 1950-х годов, СССР не имел реальных технических возможностей для создания мощного океанского ракетно-ядерного флота и был вынужден строить корабли с обычным артиллерийским и торпедно-минным вооружением. В период с 1949 по 1955 г. корабельный состав ВМФ СССР пополнился четырнадцатью артиллерийскими крейсерами проекта 68-бис (тип «Свердлов»). Изначально созданные для оборонительных действий в прибрежных водах, эти 14 кораблей вскоре оказались одними из немногих эффективных средств ВМФ СССР для нанесения парализующих ударов по авианосным ударным группировкам «вероятного противника». В моменты обострения международной обстановки крейсера пр. 68-бис намертво «приклеивались» к американским АУГ, грозя в любой момент обрушить на палубы авианосцев сотни килограмм смертоносного металла из своих двенадцати 152 мм орудий. При этом сам крейсер мог не обращать внимания на огонь 76 мм и 127 мм орудий американских эскортных крейсеров – толстая броня надежно защищала экипаж и механизмы от таких примитивных боеприпасов.


Крейсер "Михаил Кутузов" проекта 68-бис.
Водоизмещение 18 тыс. тонн, масимальная скорость хода 35 узлов, воружение: 12х152 мм орудий главного калибра, 12х100 мм орудий универсального калибра, 8 зенитных автоматов АК-230. Бронепояс - 100мм.


Среди любителей военно-морской существует мнение, что постройка трех тяжелых крейсеров типа «Сталинград» вместо 14 «68-бис» могла значительно усилить потенциал ВМФ СССР – девять 305 мм орудий тяжелого крейсера могли несколькими залпами потопить ударный авианосец, а их дальность огня в разы превышала дальность стрельбы 152 мм орудий. Увы, реальность оказалась более прозаической – дальность плавания крейсеров пр. 68-бис достигала 8000 морских миль на оперативно-экономической скорости хода 16-18 узлов – достаточно чтобы действовать в любом районе Мирового океана (как было отмечено ранее, расчетная дальность плавания «Сталинграда» была почти два раза меньше: 5000 миль на 15 уз.). Тем более, время не позволяло ждать – требовалось как можно быстрее насытить ВМФ СССР новыми кораблями. Первые «68-бис» вступили в строй уже в 1952 году, тогда как постройка «Сталинградов» могла быть завершена лишь к концу 50-х годов.

Разумеется, в случае реального боевого столкновения 14 артиллерийских крейсеров тоже не гарантировали успех – во время слежения за авианосными группировками ВМС США над советскими кораблями вился рой палубных штурмовиков и бомбардировщиков, готовых по сигналу наброситься на свою жертву со всех румбов. По опыту Второй мировой известно, что при атаке авиации на крейсер, аналогичный по конструкции «68-бис», от момента начала атаки до момента, когда мачты корабля скрывались в волнах, проходил временной промежуток 8-15 минут. Крейсер терял боеспособность уже в первые секунды атаки. Возможности ПВО «68-бис» оставались на том же уровне, а скорость реактивных самолетов увеличилась в разы (скороподъемность поршневого «Эвенджера» - 4 м/с; скороподъемность реактивного «Скайхока» - 40 м/с).

Казалось бы, совершенно проигрышный расклад. Оптимизм советских адмиралов основан был на том, что единственное удачное попадание может парализовать АУГ – достаточно вспомнить жуткий пожар на палубе авианосца от случайно сработавшего 127 мм НУРС. Крейсер и его 1270 человек экипажа, конечно, погибнут смертью храбрых, но АУГ значительно утратит свою боеспособность.
К счастью, все эти теории остались неподтвержденными. Крейсера «68-бис» своевременно появились на просторах океана и честно служили 40 лет в составе ВМФ СССР и ВМС Индонезии. Даже когда основу ВМФ СССР составляли атомные подводные ракетоносцы и космические системы целеуказания, старые крейсера все еще использовались в роли кораблей управления, а в случае необходимости, могли принять на свои палубы батальон морской пехоты и поддержать огнем десант.

Бесславные подонки

В годы Холодной войны в странах НАТО была принята авианосная концепция развития флота, блестяще показавшая себя во время Второй мировой. Все основные задачи, в том числе удары по надводным и наземным целям, возлагались на авианосцы – палубные самолеты могли поражать объекты на удалении сотен километров от эскадры, что давало морякам исключительные возможности для контроля морского пространства. Корабли остальных типов выполняли преимущественно эскортные функции или использовались в качестве противолодочных средств.


HMS Vanguard, 1944 год. Один из лучших линкоров по совокупности характеристик. Водоизмещение - 50 тысяч тонн. Главный калибр - восемь 381 мм орудий. Пояс цитадели - 343...356 мм броневой стали


Большим пушкам и толстой броне линкоров не нашлось места в новой иерархии. В 1960 году Великобритания отправила на слом свой единственный линкор «Вэнгард». В США в 1962 году были сняты с вооружения относительно новые линкоры типа «Саут Дакота». Единственным исключением стали четыре линейных корабля типа «Айова», два из которых успели принять участие в операции против Ирака. Последние полвека «Айовы» периодически появлялись на морских просторах, чтобы, после обстрела побережья Кореи, Вьетнама или Ливана, вновь исчезнуть, уснув на многолетней консервации. Разве такое предназначение для своих кораблей видели их создатели?

Ракетно-ядерная эпоха изменила все представления о привычных вещах. Из всего состава ВМФ только стратегические подводные ракетоносцы могли эффективно действовать в глобальной ядерной войне. В остальном, военно-морской флот утратил свое значение и переквалифицировался на выполнение полицейских функций в локальных войнах. Не избежали этой участи и авианосцы – за прошедшие полвека за ними стойко закрепился имидж «агрессоров против стран третьего мира», способных лишь бороться с папуасами. На самом деле это мощное морское оружие, способное за час обследовать 100 тыс. кв. километров поверхности океана и наносить удары за многие сотни километров от борта корабля, создавалось совсем для другой войны. Но, к счастью, их возможности остались невостребованы.

Реальность оказалась еще более обескураживающей: в то время, как супердержавы готовились к мировой ядерной войне, совершенствуя противоатомную защиту кораблей и демонтируя последние слои брони, по всему Земному шару росло число локальных конфликтов. Пока стратегические подлодки прятались подо льдами Арктики, обычные эсминцы, крейсера и авианосцы выполняли свои привычные функции: обеспечивали «бесполетные зоны», проводили блокаду и деблокаду морских коммуникаций, оказывали огневую поддержку наземным войскам, выполняли роль арбитра в международных спорах, одним своим присутствием принуждая «спорщиков» к миру.

Кульминацией этих событий стала Фолклендская война – Великобритания восстановила контроль над затерянными в Атлантике островами в 12 тыс. километров от своих берегов. Дряхлая ослабевшая империя показала, что никто не вправе бросать ей вызов, тем самым укрепив свой международный авторитет. Несмотря на наличие у Великобритании ядерного оружия, конфликт протекал в масштабе современного морского боя – с ракетными эсминцами, тактической авиацией, обычными бомбами и высокоточным оружием. И флот в этой войне сыграл свою ключевую роль. Особенно отличились два британских авианосца – «Гермес» и «Инвинсибл». По отношению к ним слово «авианосцы» нужно брать в кавычки – оба корабля имели ограниченные характеристики, малочисленную авиагруппу самолетов вертикального взлета и не несли самолетов ДРЛО. Но даже эти реплики настоящих авианосцев и два десятка дозвуковых «Си Харриеров» стали грозным препятствием для аргентинской ракетоносной авиации, не позволив до конца потопить Королевский флот.

Атомный киллер


В середине 70-х годов специалисты ВМС США стали возвращаться к идее тяжелого крейсера, способного действовать у вражеских берегов без поддержки собственной авиации – настоящего океанского бандита, способного расправиться с любым из возможных противников. Так появился проект атомного ударного крейсера CSGN (cruiser, strike, guided missle, nuclear-powered) – крупного (полное водоизмещение 18 000 тонн) корабля с мощным ракетным оружием и (внимание!) артиллерией крупного калибра. Кроме того, на нем впервые в американском флоте планировалось установить систему «Иджис».

В комплекс вооружения перспективного крейсера CSGN планировалось включить:
- 2 наклонные пусковые установки Mk.26 Боекомплект – 128 зенитных и противолодочных ракет.
- 2 бронированные пусковые установки ABL. Боекомплект – 8 «Томагавков»
- 2 пусковые установки Mk.141 Боекомплект – 8 ПКР «Гарпун»
- 203 мм высокоавтоматизированное орудие 8”/55 Mk.71 с неуклюжим названием MCLWG. Перспективная морская пушка обладала скорострельностью 12 выстр./мин, при этом максимальная дальность стрельбы составляла 29 километров. Масса установки – 78 тонн (с учетом магазина на 75 выстрелов). Расчет – 6 человек.
- 2 вертолета или СВВП

Разумеется, ничего подобного в реальности не появилось. 203-мм орудие оказалось недостаточно эффективным по сравнению с 127 мм орудием Mk.45 – точность и надежность MCLWG оказались неудовлетворительными, при этом легкая 22-тонная Mk.45 имела в 2 раза большую скорострельность и, в целом никакой потребности в новой крупнокалиберной артсистеме не было.
Крейсер CSGN окончательно погубила ядерная силовая установка – после нескольких лет эксплуатации первых атомных крейсеров стало ясно, что ЯСУ, даже если не рассматривать ценовой аспект, значительно портит характеристики крейсера – резкое увеличение водоизмещения, меньшая боевая живучесть. Современные газотурбинные установки с легкостью обеспечивают дальность плавания 6-7 тысяч миль на оперативно-экономической скорости хода 20 уз. – больше от военных кораблей не требуется (при нормальных условиях развития ВМФ в Иокогаму не должны ходить корабли Северного флота, туда должен ходить Тихоокеанский флот). Тем более, автономность крейсера определяется не только по запасам топлива. Простые истины, про них было уже сказано много раз.


Испытания 203 mm Major Caliber Lightweight Gun


Одним словом, проект CSGN загнулся, уступив место ракетным крейсерам типа «Тикондерога». Среди конспирологов существует мнение, что CSGN –спецоперация ЦРУ, разработанная с целью направить ВМФ СССР по ложному пути строительства «Орланов». Вряд ли это так, учитывая что все элементы суперкрейсера так или иначе воплотились в реальности.

Ракетный дредноут

В дискуссиях на форуме «Военное обозрение» неоднократно обсуждалась идея высокозащищенного ракетно-артиллерийского крейсера. Действительно, в условиях отсутствия противостояния на море, такой корабль имеет ряд преимуществ в локальных войнах. Во-первых, «ракетный дредноут» является отличной платформой для размещения сотен крылатых ракет. Во-вторых, все, что находится в радиусе 50 км (надводные корабли, укрепления на побережье) может быть сметено огнем его 305 мм орудий (калибр двенадцать дюймов – оптимальное сочетание мощности, скорострельности и массы установки). В-третьих, уникальный уровень защищенности, недостижимый для большинства современных кораблей (лишь атомные ударные авианосцы могут позволить себе 150-200 мм бронирование).

Самое парадоксальное – все это вооружение (крылатые ракеты, системы, ПВО, мощная артиллерия, вертолеты, бронирование, радиоэлектроника), по предварительным расчетам, легко помещается в корпус супердредноута типа «Куин Элизабет», заложенного ровно 100 лет назад – в октябре 1912 года!


HMS Warspite - супердредноут типа Куин Элизабет, начало ХХ века


Для размещения 800 вертикальных пусковых установок типа Mk.41 требуется площадь не менее 750 кв. м. Для сравнения: две кормовые башни главного калибра «Куин Элизабет» занимают 1100 кв. м. Масса 800 УВП сравнима с массой тяжело бронированных двухорудийных башен с орудиями калибра 381 мм вместе с их барбетами и бронированными зарядными погребами. Вместо шестнадцати 152 мм орудий среднего калибра могут быть установлены 6-8 зенитных ракетно-артиллерийских комплексов «Кортик» или «Палаш». Уменьшится калибр носовой артиллерии до 305 мм – вновь солидная экономия водоизмещения. За последние 100 лет произошел огромный прогресс в области энергетических установок и автоматизации – все это должно повлечь за собой уменьшение водоизмещения «ракетного дредноута».

Разумеется, при таких метаморфозах полностью измениться облик корабля, его метацентрическая высота и статьи нагрузки. Чтобы привести внешние формы и содержание корабля к норме потребуется долгая кропотливая работа целого научного коллектива. Но главное – нет ни одного фундаментального запрета такой «модернизации».
Единственный стоящий ребром вопрос – какова будет цена такого корабля. Я предлагаю читателям оригинальный сюжетный ход: попробовать оценить «ракетный дредноут» типа «Куин Элизабет – 2012» в сравнении с ракетным эсминцем типа «Арли Берк», причем мы будем делать не на основе скучных курсов валют, а используя данные открытых источников + каплю здравой логики. Результат, обещаю, будет весьма забавным.


Итак, Иджис-эсминец типа «Арли Берк», подсерия IIА. Полное водоизмещение – ок. 10 000 тонн. Вооружение:
- 96 ячеек УВП Mk.41
- одно 127 мм орудие Mk.45
- 2 зенитных комплекса самообороны «Фаланкс», 2 автоматические пушки «Бушмастер» (калибр 25 мм)
- 2 торпедных аппарата калибра 324 мм
- вертолетная площадка, ангар на 2 вертолета, магазин на 40 авиационных боеприпасов

Стоимость «Арли Берка» в среднем составляет 1,5 миллиарда долл. Эта колоссальная цифра определяется тремя практически равными составляющими:
500 млн. – стоимость стального корпуса.
500 млн. – стоимость ГЭУ, механизмов и оборудования корабля.
500 млн. – стоимость системы Иджис и оружия.

1. Корпус. По предварительным подсчетам, масса стальных конструкций корпуса «Арли Берка» находится в пределах 5,5 - 6 тысяч тонн.
Масса корпуса и брони линкора типа «Куин Элизабет» хорошо известна - 17 тысяч тонн. Т.е. требуется в три раза больше металла, по сравнению с маленьким эсминцем. С точки зрения банальной эрудиции и непостижимой вечной истины, пустая коробка корпуса «Куин Элизабет» стоит как современный эсминец типа «Арли Берк» - 1,5 миллиарда долл. И ни копейки меньше.
(К этому еще нужно учесть удешевление постройки «Арли Берка» ввиду крупносерийного строительства, но данный расчет не претендует на математическую точность).

2. ГЭУ, механизмы и оборудование.
«Арли Берк» приводится в движение 4 газовыми турбинами LM2500 суммарной мощностью 80 тысяч л.с. Также, имеется три ГТУ аварийного хода производства фирмы Allison.
Первоначальная мощность ГЭУ «Куин Элизабет» составляла 75 тыс. л.с. – этого было достаточно для обеспечения скорости хода 24 узла. Разумеется, в современных условиях это неудовлетворительных результат – для увеличения максимальной скорости корабля до 30 уз. потребуется в два раза более мощная силовая установка.
На борту «Куин Элизабет» изначально находилось 250 тонн топлива – британский супердредноут мог проползти 5000 миль на скорости 12 узлов.
На борту эсминца «Арли Берк» 1500 тонн керосина JP-5. Этого достаточно для обеспечения дальности хода 4500 миль 20-уз. ходом.
Совершенно очевидно, что «Куин Элизабет – 2012» для сохранения характеристик «Арли Берка» потребуется в два раза больше топлива, т.е. в два раза больше цистерн, насосов и топливных магистралей.
Также, многократное увеличение размеров корабля, количества оружия и обрудования на борту приведет к тому экипаж «Куин Элизабет - 2012» увеличится как-минимум вдвое по сравнению с «Арли Берком».
Не мудраствуя лукаво, увеличим изначальную стоимость ГЭУ, механизмов и оборудования ракетного эсминца ровно в два раза – стоимость «начинки» «ракетного дредноута» составит 1 миллиард долларов. У кого-нибудь еще остались сомнения по этому поводу?

3. «Иджис» и оружие
Самая интересная глава. Стоимость системы «Иджис», включая все радиоэлектронные системы корабля составляет 250 млн. долл. Оставшие 250 млн. – стоимость оружия эсминца. Что касается системы "Иджис" эсминцев типа "Арли Берк", то на них стоит модификация с ограниченными характеристиками, напрмер имеется всего три РЛС подстветки целей. Например, на крейсере "Тикондерога" их четыре.

С точки зрения логики, все вооружение «Арли Берка» можно разделить на две главные составляющие: пусковые ячейки Mk.41 и остальные системы (артиллерия, зенитные комплексы самообороны, постановщики помех, торпедные аппараты, оборудование для обслуживания вертолетов). Полагаю возможным допустить, что обе составляющие имеют равную стоимость, т.е. 250 млн./2=125 млн. долл. – в любом случае, это мало отразиться на окончательном результате.
Итак, стоимость 96 пусковых ячеек 125 миллионов долл. В случае «ракетного дредноута» «Куин Элизабет - 2012» количество ячеек увеличивается в 8 раз - до 800 УВП. Соответственно, их стоимость возрастет в 8 раз – до 1 миллиарда долл. Ваши возражения по этому поводу?

Артиллерия главного калибра. Пятидюймовая легкая морская пушка Mk.45 весит 22 тонны. 12-дюймовое морское орудие Mk.8, применявшееся на кораблях в годы Второй мировой войны имело массу 55 тонн. Т.е., даже не учитывая технологические трудности и трудоемкость производства, для этой системы требуется в 2,5 раза больше металла. Для «Куин Элизабет - 2012» таких орудий требуется четыре.

Вспомогательные системы. На «Арли Берке» два «Фаланкса» и два «Бушмастера», на «ракетном дредноуте» 8 куда более сложных ракетно-артиллерийских комплекса «Кортик». В два-три раза увеличилось количество пусковых установок SBROC для отстрела дипольных отражателей. Авиационное оборудование останется прежним – 2 вертолета, ангар и посадочная площадка, топливная цистерна и магазин склад боеприпасов.

Полагаю возможным увеличить изначальную стоимость этого имущества в восемь раз – с 125 млн. до 1 миллиарда долларов.

Вот, пожалуй, и всё. Надеюсь, читатель сможет правильно оценить этот жуткий гибрид «Куин Элизабет -2012», являющий собой сочетание старого британского корабля и российско-американских систем оружия. Смысл буквально в следующем, с точки зрения элементарной математики, стоимость «ракетного дредноута» с 800 УВП, броней и артиллерией составит минимум 4,75 миллиардов долларов, что сравнимо со стоимостью атомного авианосца . При этом, «ракетный дредноут» не будет иметь и доли возможностей авианесущего корабля. Наверное, в этом и заключается отказ от постройки такого «вундерваффе» во всех странах мира.

Загрузка...